Судьба обрекла её в полной мере испытать и голод, и холод, и горе, и радость, и неизбывную печаль одиночества…
Полина Константиновна сидит напротив меня, привычно опираясь на тросточку, без которой уже не обойтись. Смущенно прячет натруженные руки, много лет выполнявшие непосильную работу. Прикладывает платок к усталым глазам, в которых то и дело появляются непрошеные слезы. Тихо повествует о пережитом, порой в таких деталях и ужасающих подробностях, что становится не по себе. Поневоле задаешься вопросом: за что простой русской женщине такие нечеловеческие страдания?
– Родилась я в деревеньке Крутое Тавдинского района Свердловской области, – рассказывает Полина Константиновна. – Мне едва исполнилось четырнадцать годков, когда я наравне со взрослыми уже вовсю работала в совхозной бригаде: мы корчевали лес, грузили его на машины, рыли какие-то бесконечные рвы и канавы, питаясь при этом дарами того же леса – зачастую желудями.
Известие о начале войны вызвало у всех односельчан и тревогу, и небывалый подъём энтузиазма, желание как можно скорее разгромить коварного врага. И не было никаких скидок на возраст, на болезни или отсутствие опыта, ведь мы были одержимы лозунгом: «Всё для фронта, всё для победы!». Вскоре в совхозе почти не осталось взрослых мужчин – и на заготовку древесины выходили женщины, старики и подростки. Не жалея сил, не щадя здоровья, мы продолжали выполнять и перевыполнять дневную норму, хотя под конец смены от усталости буквально падали. Однако не роптали, а на следующее утро, забыв о болячках, стискивали зубы и яростно отвоевывали у непроходимого леса новые территории. Уже в зрелом возрасте довелось услышать песню «Поговори со мною, мама» в душевном исполнении Валентины Толкуновой, там есть такая строчка: «И в детство нить оборвалась…». Все именно так и случилось со мной и в биографии моих сверстников, тягловых лошадок военного тыла.
Зато можете представить всенародное ликование, когда наступил выстраданный, долгожданный День Победы! А вскоре я, деревенская девчонка Полина Осипенко, встретила бравого красноармейца-победителя Урунчикова, и мы создали семью. Жили, как говорится, небогато, но счастливо: воспитали двух дочерей. Увы, муж умер от полученных на фронте ранений, и дальнейшая забота о семье полностью легла на мои плечи. Конечно, государство предоставило солдатским вдовам льготы, да и мои трудовые заслуги перед Родиной дают право не чувствовать себя забытой. И всё же…
Здесь Полина Константиновна умолкла и долго не могла решиться продолжить свой рассказ, видимо, сомневаясь, надо ли вообще жаловаться на свои текущие проблемы, кого-то обременять.
Просветлев лицом, она всё же поведала:
– Когда я стала инвалидом второй группы, то лишилась возможности выходить на улицу. Жизнь ограничилась стенами однокомнатной квартиры, где собеседником стал экран старенького телевизора. И тогда я в полной мере ощутила справедливость фразы: мир не без добрых людей. Если бы не Тамара Трофимовна Павлова, работница службы соцзащиты, я бы давно скончалась от одиночества, – с мягкой улыбкой говорит Полина Константиновна. – А она, эта милая женщина, и продуктов принесёт, и здоровьем поинтересуется, и местными новостями поделится, спасибо ей!
Провожая меня до двери, Полина Константиновна с трудом опиралась на тросточку, и каждый шаг давался ей с большим трудом. Не избалованная общением, она, казалось, совсем не к месту и очень грустно вспомнила рано умершую дочь. И другую дочь, живую, но совсем далёкую. И любимого внука из Нового Уренгоя, каждая редкая весточка от которого – неописуемая радость.
Не удержался, спросил, какие фильмы и песни любит Полина Константиновна.
– «Баллада о солдате»! – не задумываясь, ответила она. – А из песен – «Соловьи»!
И слабеющим голосом пропела: «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, пусть солдаты немного поспят!».
И вновь защемило сердце.
Григорий ЗАПРУДИН /фото автора/
