Полутораэтажный бревенчатый дом большой семьи Шахминых был хорош: небольшие овальные окна, резные наличники с узорчатыми ставенками, высокое светлое крыльцо. Он привлекал молодых людей не только своей красотой, но и очарованием трех дочерей хозяев дома: Нины, Любы, Вали.
Старшие девушки, получив среднее образование, вышли замуж за своих ровесников, отслуживших в армии и работавших по специальностям. А восемнадцатилетняя студентка педучилища Валя ждала своего принца.
Частенько в старинный особнячок заходил с соседней улицы двадцатитрехлетний голубевод Сережа Сорокин. Он общался с Валиным отцом, тоже державшим голубей. Но бывшего моряка-тихоокеанца интересовали не голуби, а красавица Валюшка. А отец Вали, Николай Егорович, может, в шутку, а может, всерьез, говорил:
– Ну что ты, парень, медлишь? Засылай сватов, мы с Софьей не будем против, а то уведут девку чужие.
Но Сергей не торопился. Он недавно демобилизовался с флота и пока еще не расставался с клешами и летней флотской майкой-безрукавкой.
Валя, глядя на одежду Сергея, шутя, говорила?
– Сержик, ты когда демобилизуешься?
– Ты, что, Валенька? Я уже три месяца как бросил якорь на берег.
– Я о твоем обмундировании. Как говорил Маяковский: «Ходишь, подметая клешами бульвары».
– Ах, вот ты о чем! В скором времени, Валенька. Как одежду приобрету, так сразу «перекуюсь», – пообещал Сергей.
В выходной день, путешествуя по промтоварным магазинам, наткнулся Сергей на мужскую одежду из Польши. Тройка светло-серого цвета подошла по размеру. Купил и, облачившись в новый костюм, отправился к Шахминым показать обновку. Валенька удивленно округлила глаза:
– Наконец-то стал вполне похож на гражданского человека. В таком прикиде все девчонки будут твои! Смотри, не зазнайся!
– Да ладно, Валюша, не сочиняй! На девчат я пока не обращаю внимания, присматриваюсь.
В то время, когда Сергей с Валей спокойно переговаривались, из своего домика с громким лаем выскочил пёс Кудлатка и остервенело стал рвать новые Серегины штанины. Как ни оборонялся парень, песик не уступал. И Валя не могла успокоить собачку. Только Николай Егорович сумел оторвать его от Сережиных штанов. Закрыв Кудлатку в будке, занялись обработкой йодом незначительных укусов. А потом и ремонтом порванных брюк , не снимая их с пострадавшего. Зашивая небольшие порывы, девушка, нечаянно или специально иногда укалывала и ноги. Сергей стойко переносил боль и только с опаской говорил:
– Валюша, ты только штанины к ногам не пришей, а то мне их будет трудно снимать.
– Больше, дорогой, ты в этих брюках к нам не ходи. Кудлатка привык к клёшам.
И точно, Сергей не стал ходить к Шахминым ни в рваных брюках, ни во флотских клёшах, когда, выходя из красивого дома, услышал Валину фразу:
– Молодец, Кудлатка, правильно поступил, а то ходят тут всякие, непонятные…
