СУБЪЕКТИВНО 

Продолжение. Начало в № 30  

Продолжаем читать доклад наших авторитетных экономических экспертов Сергея Алексашенко, Олега Буклемишева, Олега Вьюгина, а также политолога Кирилла Рогова «Санкционная ловушка. Какие санкции работают, какие нет, а какие для России опаснее, чем кажутся». Самые важные положения «Ловушки» сопоставим с реальностью. 

Напомню, что эксперты выделили три краткосрочных и отложенных эффекта санкций: инфляция, укрепление рубля и бюджет. В прошлом номере «ТП» мы посмотрели, что происходит с инфляцией и доходами россиян, поскольку эти вещи связаны теснейшим образом и сильнее всего бьют по людям. Ну а теперь поговорим о рубле и о том, что творится вокруг него. 

По сути, речь пойдёт о приключениях валют в России, у которой, как широко известно, особый исторический путь. Сергей Алексашенко, долго работавший зампредом российского ЦБ, с изрядной долей иронии написал в докладе: «Для меня большим сюрпризом оказалось то, как легко и изящно российские власти решили проблему, связанную с замораживанием активов Банка России, – практически полный запрет на капитальные и многие текущие операции свели эффект этой меры практически к нулю. При исключительно сильном положительном сальдо текущих операций накопленные валютные резервы ЦБ не нужны: избыток предложения валюты позволяет демонстрировать общественному мнению, что власти и экономика могут противостоять санкциям и минимизировать их влияние». Однако, по мнению эксперта, меры эти – не более как иллюзия нормальности. 

«Исключительно сильное положительное сальдо текущих операций» – это поступления в бюджет от высочайших цен нефти и газа, о чем поговорим в другой раз. А пока напомню, что в конце февраля санкции Запада заморозили, по словам Антона Силуанова, около $300 млрд, приблизительно половину золотовалютных резервов ЦБ. Они, в основном, были вложены в ценные бумаги развитых стран. А россиянам в массе своей валюта почти не нужна: отдыхать на привычных зарубежных курортах рискнули немногие. 

Почему меры ЦБ – всего лишь иллюзия нормальности? Одна из многих причин – без смягчения режима валютных ограничений рубль имеет огромный потенциал крепнуть. А это оборачивается не только снижением текущих доходов, но и рублевой оценкой Фонда национальной безопасности (ФНБ). 

Что это за валютные ограничения? Относительно населения, которое на 1 августа имело долларов и евро около $90 млрд в эквиваленте, со счетов после 9 марта можно было снимать не более $10 тыс., если деньги поступили до этой даты. Раньше мера действовала до 9 сентября 2022 г. Но 1 августа ЦБ продлил ограничение до 9 марта 2023 г. Причем, независимо от валюты вклада, вам выдадут американские доллары или евро. А сверх $10 тыс. получите только в рублях по рыночному курсу на день снятия. (О курсе отдельная тема.) 

До 9 марта 2023 г. банкам также запретили продавать доллары и евро, поступившие в их кассы до 9 апреля 2022 г. На другие валюты ограничений нет. 

Кроме авторов «Ловушки», в легком недоумении от запретов обращения наличной валюты еще и многие эксперты. Во-первых, сама глава ЦБ Эльвира Набиуллина на пресс-конференции 2 августа, после того как совет директоров регулятора резко – с 9,5% до 8% – опустил контрольную ставку, заявила, что наличные доллары в России будут обращаться «при самых апокалиптических сценариях». Однако глава ЦБ не упомянула, что обращение сильно урезано. А, во-вторых, банки, опять же, по словам Набиуллиной, сейчас не заинтересованы иметь иностранную валюту. Поэтому они снизили проценты по валютным вкладам почти до нуля и грозятся брать комиссию за её «хранение». 

Резонный вопрос: почему бы не выдавать желающим россиянам их валютные вклады без всяких ограничений? Да еще и не запрещать банкам, коли валюта им не интересна, продавать, как прежде? Ни аргументов, ни ответов нет. Разве что вот это заявление ЦБ от 1 августа: «Банк России вынужден сохранять указанные и другие ограничения по наличной валюте в связи с действующими против России санкциями, которые запрещают российским финансовым институтам приобретать наличную валюту западных стран». Но ведь – приобретать, а не ограничивать обращение внутри России! Тем более, как это сделано в отношении населения. По крайней мере, сегодня вместо инструмента накопления доллары и евро стали для россиян одним из самых крупных каналов финансовых потерь. 

Однако Русь на выдумки хитра. Еще одна иллюзия запретов ЦБ выскочила в появлении отмывочных площадок, а попросту – прачечных. Росфинмониторинг ликвидировал 19 с ежегодным оборотом около 30 млрд руб. На самом деле прачечных, говорят эксперты, гораздо больше. Это своего рода компенсация 20-процентного сокращения подозрительных операций в банках. Другое последствие иллюзии запретов ЦБ – черный рынок валюты, где курсы куда объективнее нарисованных. На прошлой неделе только в Москве задержали группу, организовавшую сеть нелегальных обменников валюты. Доход этих москвичей, по оценкам оперативников, превысил 25 млн. руб. 

Август по странной традиции сулит россиянам неприятности. Вот и теперь в начале сюрпризного месяца ЦБ сообщил о возможных санкциях в адрес Национального клирингового центра (НКЦ). Если просто, НКЦ – посредник между продавцами и покупателями валют, а еще и гарант рисков при сделках. Без его участия невозможны безналичные расчеты в ходе биржевых торгов валютами. Эксперты говорят, что в случае санкций НКЦ исчезнет удобный механизм определения объективного курса валют. Но еще опаснее то, что валюты, временно хранящиеся на площадках НКЦ, тоже будут заморожены, нанеся владельцам денег немалый ущерб. Поэтому Владимир Брагин, директор по анализу финансовых рынков и макроэкономики «Альфа-капитал», советует максимально минимизировать на счетах объем долларов и евро, наличных и безналичных. Альтернатива, по его словам, уже понятна: юань, возможно, гонконгский доллар, которыми стала торговать Питерская биржа. 

Другой сюрприз – американские Citigroup и JPMorgan с конца июля рассылают письма российским банкам о закрытии корреспондентских счетов, без которых операции в долларах невозможны. Под исключение пока попал лишь Газпромбанк, через который идут расчеты за экспорт газа, и структуры Московской биржи, в частности, тот же НКЦ. В конце февраля россияне и компании держали в банках $280,7 млрд. Закрытие валютных корсчетов означает, что у банков растут риски по валютным обязательствам перед клиентами, объясняют эксперты. И банки могут в одночасье лишиться валютных активов. 

Подробная информация о приключениях валюты в России простому читателю может показаться лишней. Но фокус в том, что даже через такие деньги, принадлежащие банкам и компаниям, пляска курсов рикошетом ударит и по «физикам», а что еще хуже – и по рублю. Ведь в финансовом мире всё взаимосвязано. К примеру, по оценкам экспертов, покупательная способность доллара США за полгода упала на треть. 

Компенсировать эти риски аналитик предлагает несколькими путями: «Можно перевести доллары для покупки на Мосбирже российских евробондов, не подпадающих под санкционную блокировку. Доходность по ним может составить 3–3,5% в валюте. Другой путь – перевести доллары с российского счета на зарубежный – свой или доверенного лица, родственника. 

Правда, финансовый омбудсмен Ассоциации российских банков Павел Медведев предупреждает о нестабильности обходных валютных маршрутов: «Организация параллельного импорта через нескольких посредников иногда дает сбои, скажем, на пятом или шестом платеже. А многие подробности валютных операций в условиях санкций мы узнаем лишь через несколько лет». 

Чтобы как-то компенсировать валютные ограничения, власти посоветовали покупать золото, экспорт которого из России запрещен. Глава Минфина Силуанов назвал золото «идеальной альтернативой доллару». По оценке WorldGoldCouncil, россияне на пике ажиотажа купили 6,5 т по 7,7 тыс. руб. за грамм. А на 5 августа цена драгметалла обвалилась аж на 56%. И хотя спрос сократился, люди покупают золото, поскольку курс рубля еще больше непредсказуем. 

Хотя судьба рубля беспокоит ведомства, однако они не могут пока найти согласованные решения ни по тактике, ни, тем более, по стратегии. Достаточно одного свежего примера. Вслед за снижением контрольной ставки ЦБ выпустил доклад о денежно- кредитной политике (ДКП), в котором рекомендует компаниям перевести накопленные валюты «недружественных» стран в иные, а правительству выпустить соответствующие директивы (рекомендации). Минфин же «пока» не считает нужным прибегать к таким мерам. 

Понятно, что беспокоиться есть о чем. Напомню, что по отношению к доллару США наша валюта укреплялась до 50 руб. А это со временем грозило обрушить бюджет. Потом рубль стал падать. Но оптимизм чиновников, размечтавшихся, что он опустится до комфортной отметки в 70 руб., на самом деле прикрывали временные причины. Например, массовая выплата налогов компаниями. А про объективные причины курса рубля говорила госпожа Набиуллина, комментируя неожиданно резкое снижение ставки ЦБ: продолжается «вынужденное накопление сбережений». А это «сжатая пружина в экономике, которая при определенных обстоятельствах может дать резкий рост потребления» и «быстро разогнать спросовую инфляцию». Ну а люди начали копить деньги, поскольку ограничено предложение товаров. По данным Минэка на середину июня, совокупный импорт с февраля схлопнулся вдвое и остается на 40% ниже, чем годом ранее. (Свежих данных нет, поскольку они засекречены.) Если гаджеты и ширпотреб пытаются завезти через параллельный импорт, то с оборудованием и технологиями куда сложнее. Опрос ЦБ показал: каждая четвертая компания не нашла замену импорту. Он к концу года сократится на 27-31%. 

В начале августа ЦБ выпустил доклад о денежно-кредитной политике (ДКП), где ситуация описана качелями, увы, не детскими: производители ждут подстройки спроса, а потребители вместе с населением – подстройки предложения. Беда в том, что качели эти могут болтаться бесконечно, а в докладе о ДКП прогнозируется «длительное охлаждение потребительской активности». Что бьёт уже по занятости: 24% компаний малого и среднего бизнеса начали массовые сокращения, а 13% – намерены. Заявки на бирже труда упали почти на 16%. Минэк ждёт рост безработицы осенью. 

Словом, между строк доклада о ДКП читается, что экономика, а вместе с ней и россияне, уже попали в «ловушку ожидания» неизвестной глубины. 

Авторы «Ловушки» санкций, наши эксперты-экономисты, видят опасность в том, что «в глубине души чиновники и менеджеры государственного лагеря пока не верят, что наступившая реальность – навсегда. И если так, к ней надо действительно приспосабливаться… Но большинство решений принимаются на живую нитку и без решительного разворота от привычного, как бы в расчете на короткий срок, после которого все «устаканится». Так ли? 

Продолжим в следующий раз. 

Игорь ОГНЕВ