СУБЪЕКТИВНО

«БЕДНОСТЬ» ПО-КИТАЙСКИ И ПО-РУССКИ НАПОЛНЕНЫ РАЗНЫМИ СМЫСЛАМИ

Как я писал, председатель КНР Си Цзиньпин объявил об окончательном искоренении крайней бедности в стране. За последние восемь лет вырвались из нищеты около 100 млн китайцев – это, между прочим, более двух третей населения России. Китай достиг цели ООН на 10 лет раньше срока. Да еще мощный рывок сделан в период пандемии.

Львиная доля бедных жила в сельской местности. От нищеты избавили 832 уезда и 128 деревень, инвестируя в важнейшее дело только с 2013 г. $246 млрд. Си Цзиньпин назвал это «еще одним чудом», сотворенным в КНР, которое останется в истории.

– Китайские власти делали все постепенно, – комментирует востоковед Алексей Маслов, директор Института Дальнего Востока РАН, профессор НИУ ВШЭ. – Вопервых, процесс выхода из крайней нищеты начался еще десятилетия назад. Он шел с южных регионов на северо-западные, где проживало самое бедное население. Во-вторых, Поднебесная одновременно вводила пенсионную систему, что также сказалось на успешности программы. В-третьих, Китай вкладывал огромные деньги в более продуктивную промышленность, чем в менее эффективное сельское хозяйство. Многих крестьян перевели на городские предприятия. Более того, в КНР сильно изменился уровень технологического обеспечения жизни общества. В частности, это связано с развитием искусственного интеллекта. В конечном счете, резко удешевились сервисные услуги. Жить стало дешевле, а зарплаты китайцев росли. В-четвертых, особо подчеркнул Маслов, в последние годы Китай освобождал от налогов целые категорий населения. В стране ввели «налогонеоблагаемый минимум» – около 5 тысяч юаней в месяц, или примерно 50 тыс. руб. Кроме того, от налогов освобождены многие малые и средние предприятия. Так или иначе, все больше денег остается у населения. (В России, напомню, налоги только растут).

Мнение Алексея Маслова дополню взглядом изнутри – старшего научного сотрудника аналитического центра Taihe (Тайхэ) Лэй Чжитяна. Он говорит, что бедность победили не простой раздачей денег, а системным подходом, включающим несколько приоритетных мер: доступ к образованию, занятость, упор на промышленность, которая, в свою очередь, поддержала образование. Круг замкнулся и выжимает бедность из страны. Кроме того, есть программа переселения бедного населения, а также строительство инфраструктуры. А у России денег на инфраструктуру вечно не хватает. Куда они исчезают без отдачи – я, в частности, писал в прошлом номере «ТП». Китайцы действуют мудрее, поскольку пекутся о людях.

– Например, – говорит Лэй Чжитянь, – строительство дорог в бедных районах повышает мобильность населения, а хорошая сеть коммуникаций – конкретные меры по борьбе с бедностью. Результаты появляются не сразу, но наши упорные усилия привели к сегодняшней победе.

Однако, по словам Лэй Чжитяна, многое предстоит сделать: "Стандарты еще недостаточно высоки, у нас есть определенная дистанция с ожиданиями населения, потому что главное противоречие сегодня в Китае – несбалансированность развития. Она еще очень остро стоит".

Лэй Чжитянь подчеркнул, что по-прежнему существует большая разница между уровнем жизни в КНР и в развитых странах.

Китайские власти с гордостью сообщают, что их ВВП на душу населения уже второй год выше $10 тыс., (а в России, опустившись ниже $10 тыс., показатель вернулся к 2007 г.). В этом году ожидают увеличение разрыва. В IV кв. ВВП КНР вырос на 6,5%, хотя в годовом исчислении почти на 3%. Искоренение бедности привлекло крупные инвестиции. Но во всех крупных странах – спад (в США падение 11,6%, правда, сейчас начался рост). В 2021 г. показатель КНР поднимется почти на 8%, однако с 2022 г. средний темп будет на уровне 5,5%. Тем не менее, эксперты прогнозируют, что в ближайшие годы китайскую экономику ожидает бум, и она способна обогнать американскую, несмотря на вроде бы солидный разрыв: у первой ВВП $15,7 трлн, а у США – $20.8 трлн. (ВВП РФ, для справки, на конец 2020 г., по оценке S&P, $1,425 трлн., на $100 млрд или на 6,5% меньше 2010 г.) За счет чего бум в КНР? Конечно, новые технологии. Еще аналитики ссылаются на заявление китайского руководства, что страна «не оспаривает доминирующую роль Америки, не намерена делить с нею сферы влияния и не навязывает никому свою модель развития». Значит, меньше трат идёт на вооружения, в отличие от России.

Кремль откликнулся на заявление председателя Си. «Работа по борьбе с бедностью ведется на постоянной основе. Да, не все получается, да, различные факторы иногда серьезно мешают в этой работе, но никто руки опускать не собирается, и эта работа будет продолжаться», – сказал Песков. По словам пресс-секретаря, борьба с бедностью является «абсолютнейшим приоритетом президента Владимира Путина и правительства».

Тем не менее, если Китай, как говорилось, одолел бедность как раз во время пандемии, то по россиянам она ударила весьма ощутимо. Январское глобальное исследование NielsenIQ среди более чем 11 тыс. респондентов 15 стран показало, что четверо из десяти (38%) опрошенных россиян не чувствуют уверенности в своем финансовом положении, если негативное влияние пандемии сохранится ближайшие 3-6 месяцев – это самый высокий показатель среди европейских стран. Почти 70% россиян вынуждены следить за расходами и экономить. И неудивительно: число потребителей, финансово пострадавших от пандемии, удвоилось с сентября 2020 г., достигнув 53% (+26 п.п.).

В начале марта в интервью ТАСС первый вице-премьер Татьяна Голикова сообщила: правительство рассчитывает выполнить национальную цель по двукратному снижению числа граждан, живущих за чертой бедности к 2030 г. То есть, предлагают потерпеть 10 лет, хотя утвержденный три года назад план достижения национальных целей намечал снизить бедность до 11,1% в 2020 г., до 9,3% – в 2022-м и до 6,6% – в 2024-м. Из болота нищеты предполагалось вытащить около 9 миллионов, ускорив рост экономики до 3% с гаком, увеличив несырьевой экспорт на 80% и долю инновационных компаний с 16% до 50%.

Увы, все планы горят синим пламенем. Есть прелюбопытнейшие нюансы. Первый: борьба с бедностью доверена регионам. Каждый субъект «выстраивает для себя свою линейку», а правительство – Минтруд – лишь дает «методические рекомендации» по составлению региональных программ, рассказала Голикова. Рекомендации, разумеется, великая ценность, однако регионам неплохо бы иметь еще и нечто более весомое – деньги. А вот с ними швах. По оценкам Аналитического кредитного рейтингового агентства, доходы субъектов уменьшились в прошлом году на 2% по сравнению с 2019 г. – на 234 млрд руб. С одной стороны, сокращение, на первый взгляд, не очень существенное, однако не худо бы глянуть с другой стороны – на расходы субъектов. А вот они увеличились на 17% и в первую очередь за счет урезания социальных статей. То есть, бьют как раз по бедным!

Нюанс второй. Правительство на 2021 г. повысило прожиточный минимум в целом с 11468 руб. до 11 653 руб. Повышение потрясающее! Интригует и то, что теперь показатель будут рассчитывать не на основе потребительской корзины, а исходя из медианного дохода. И сразу на год, не по кварталам, как раньше. Медианный доход – когда половина населения имеет доходы выше, а половина – ниже этой черты. Причем, прожиточный минимум определен в 42% медианного. Вот и получите на 2021 г. 11653 руб. В этом маневре правительства мне чудится тайна. Дело в том, что у Росстата и, например, холдинга «Ромир» потребительская корзина под давлением инфляции дорожала в последнее время с разницей в 4-5 раз. «Ромир» отслеживает цены не на полках, как чиновники, а в чеках покупателей, которые передаются из онлайн-касс в налоговую. Так учитывается не абстрактная базовая, а реальная корзина продуктов по факту покупок. Если прожиточный минимум рассчитывать, как прежде, то под давлением реальной – по «Ромиру» – инфляции, пришлось бы увеличивать прожиточный минимум основательнее.

Как заявил на днях URA.RU Николай Коломейцев, депутат Госдумы от КПРФ, доля бедных россиян не 20%, по официальной статистике, а где-то 40% – если считать по методике лишений. То есть анализировать степень удовлетворения потребностей. Например, может ли человек позволить себе мясные продукты хотя бы дважды в неделю и т.д. Но наши власти, в отличие от китайских, экономя на людях, берегут бюджетную «кубышку» на черный день, скрывая его «лицо».

Вернусь к еще одной китайской составляющей борьбы с бедностью – инновациям. Что за ними стоит? Правильно: фундаментальная и прикладная наука. В бюджете КНР расходы на это выросли с 3,2925 трлн иен в 2000 г. до 28 трлн иен в 2018 г. и уже стали самыми высокими в мире, включая США. Что соблазняет всё больше японских (!) ученых переезжать на работу в Китай. Российская наука по финансированию, как я уже писал, на 10-м месте в мире. Если два года назад, по данным г-на Никонова, главы думского комитета по науке, мы отставали от США в 28 раз, то сегодня – в 33 раза, от Китая в 18 раз – сейчас в 22 раза, от Германии отставали в пять раз – сейчас в восемь раз.

Похоже, науку намерены добить окончательно. Вице-президент РАН академик Хохлов написал в своём блоге: «2021: год науки или борьбы с ней?» А случилось вот что. Прежний очередной цикл бюджетного планирования предусматривал: в 2021 г. Российскому фонду фундаментальных исследований (РФФИ) достанется 26 млрд руб., а Российскому научному фонду (РНФ) – 21, 8 млрд. Всего менее 50 млрд. И вдруг финансирование сократили. РФФИ выделят не 26 млрд, а 21, 4, РНФ же не 21.8, а 13,8. На два фонда почти вдвое меньше. Но вот дефицит бюджета никак не мешает вкачивать триллионы в сомнительную добычу нефти на арктическом шельфе, о чем я писал в прошлом номере. И не только туда.

В программе под названием «Информационное общество» вы можете обнаружить весьма резкий рост финансирования раздела под называнием «На развитие телерадиопрограмм электронных СМИ». Неужто, подумал я, так бедствует телевидение? С таким количеством рекламы? Увы, я был наивен. Деньги предназначают на государственную пропаганду, точнее, воспитание патриотов. Причем, деньги огромные: на 4 года – 211 млрд. Рост составил 73 млрд. Например, «Россия сегодня» получит 6,8 млрд, а «RussiaToday» – 18,1 млрд. Не сюда ли, в том числе, пошли деньги, поначалу предназначенные ученым?

В ноябре президент РАН Александр Сергеев вновь говорил о критическом недофинансировании науки и её неспособности в нынешнем состоянии стать производительной силой экономики. Ну, а коли так, бедных будет не меньше, если не больше.

В мае 2020 г. президент Путин назвал патриотизм российской национальной идеей. Боюсь, однако, что нищета патриотов не прибавит.

НА СНИМКЕ: китайцы вскоре могут забыть о бедности.

Игорь ОГНЕВ