СУБЪЕКТИВНО

Из фольклора мы знаем, что в России беда в одиночку не ходит. Вдобавок к напастям пандемии в прошлом году основательно подпрыгнула стоимость сахарного песка, подсолнечного масла и других первостепенных продуктов. И это – в дополнение к доходам, которые и до пандемии немилосердно падали под давлением долгого кризиса. А теперь наши денежки и вовсе заплакали, попав на зуб вируса.

Чиновники   «экстренно»  проснулись после взбучки президента Путина в первой декаде декабря на совещании по экономическим вопросам. «Сахарный песок – министр сельского хозяйства сейчас докладывал – внутреннего производства достаточно, для того чтобы покрыть внутренние потребности. Но почему цены-то выросли на 71,5%?», –  возмутился Путин. Он упомянул, что подсолнечное масло подорожало на 23,8%, мука – на 12,9%, макароны – на 10,5%, хлеб и хлебобулочные изделия – на 6,3%.

– Министерства недооценили риски роста цен на важную продукцию, «пустили на самотек» и упустили ситуацию, – позже признал премьер Мишустин.

Правда, от того, что чиновники срочно проснулись, лучше не стало. На экстренном совещании у первого вице-премьера Белоусова чисто в советском духе решили, что производители, поставщики и ритейлеры установят предельные цены на сахар и подсолнечное масло. Оптовую цену 1кг сахара урезали до 36 руб., розничную – до 45 руб. Подсолнечного масла, соответственно, до 95 и 110 руб. за 1 литр.

Между тем еще осенью о росте оптовых цен сахара на 14% (без НДС) сообщал третий крупнейший в России производитель – группа «Русагро». Компания связывала подорожание с сокращением посевов сахарной свеклы, снижением урожайности и ростом мировых цен. Однако и в «Русагро», и в Союзроссахаре заявили, что, хотя производство в этом сезоне ниже потребления, нехватки не будет: запасы исторически максимальны, около 2,9–3 млн т, и позволяют покрыть внутреннее потребление около 6 млн т. К тому же производить сахар можно из импортного сырья.

Мы все помним, что еще год назад сахар подешевел до 10-летнего минимума – аграрии перестарались с посевами свёклы. Мог бы выручить прирост экспорта, однако наш сахар не отвечает требованиям зарубежных рынков. И в 2020 г. Минсельхоз рекомендовал сократить посевы. Сократили с плеча: в Центральной России на 26%, а на юге – на 36%. Видно, перестарались – рынок, хоть и скособоченный стараниями государства, требует прицельного попадания. Хотя в Институте конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) говорят, что рынок сахара конкурентен, однако доля пятерки крупнейших лидеров доминирует – до 64%.

Аналогична история с подсолнечным маслом: цена в рознице подросла примерно на 25%, соглашается исполнительный директор Масложирового союза России Михаил Мальцев. Но и сырьё, по его словам, за год подорожало более чем в два раза: до 47 тыс. руб. за тонну. Производители в убытках. Ну а подсолнечник дорожает из-за девальвации рубля и роста цен в России и Украине – крупнейших экспортеров сырья. Свою лепту внесла опять же засушливая весна и сухое лето в южных регионах.

Чтобы стабилизировать ситуацию, Масложировой союз предлагал повысить экспортную цену подсолнечника. После нагоняя от президента, 10 декабря правительство увеличило вывозную пошлину подсолнечника, а с 9 января также рапса – до конца июня 2021 г. На этих условиях предприятия отрасли готовы обеспечить доступность масла для массового потребителя, обещает Мальцев. Ну что ж, поживём – увидим.

Наконец, за последние семь месяцев пшеница подорожала в полтора раза. Производство муки для индустриальных мельниц убыточно, они массово закрываются. Естественно, хлеб с разными макаронным изделиями подорожали в среднем на 9-14%.Цены зерна, в свою очередь, растут, как и в случае с подсолнечником, из-за девальвации рубля и увеличения мировых цен, объясняет президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский. А рост мировых цен, по его словам, спровоцирован политикой России и регулированием экспорта зерна. Как только российские власти начинают обсуждать меры, которые могут отразиться на экспорте, то спрос, и, значит, цены, растут. В конце марта Россия ограничила вывоз, чтобы их стабилизировать и обеспечить потребности страны. При этом нехватки зерна на мировом рынке не ожидается, урожай зерна в России в этом году будет вторым крупнейшим в истории, отмечает Злочевский. В ноябре Минсельхоз предложил установить новую квоту на вывоз зерна в 2021 г., а в последние недели обсуждается вопрос о возможности вернуть экспортную пошлину на зерно, которая сейчас обнулена, напоминает Злочевский.

Словом, субсидирование экспорта с прицелом на внешнюю экспансию на фоне роста цен внутреннего рынка признано ошибкой. Участники мирового рынка взволновались. И не зря. Стоимость фьючерса на российскую пшеницу уже превысила $300 за тонну, а цены на физическом рынке приближаются к этой отметке. Последний раз такие котировки отмечены в апреле 2014 г. Текущий тренд будет зависеть от готовности к сделкам крупных покупателей, в частности Египта. Директор «Совэкона» Андрей Сизов говорит, что вскоре цена тонны может превысить и $300. Однако найдется ли покупатель на таких условиях?

Оптовые цены на сахар и подсолнечное масло снижаются, дуэтом настаивают в Минсельхозе и Минпромторге. О победе отрапортовала и Генпрокуратура. Правда, в мегаполисах потребительские цены на эти товары, по версии Росстата, выше прописанных в соглашениях. Но пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил 21 января, что меры правительства оцениваются как эффективные и энергичные. Так ли?

В традиционной рознице (например, во множестве магазинов «Продукты» или «У дома», а также в региональных торговых сетях) средние цены, включая продажи по промоакциям, как правило, выше почти на треть, чем в федеральных сетях: из-за меньшего оборота эти игроки получают менее выгодные условия от поставщиков.
Хотя заморозка цен действует всего ничего, магазинчикам, небольшим и средним торговым сетям стало сложнее закупать масло и сахар по регулируемым ценам. У таких продавцов, в отличие от крупных торговых сетей, нет мощных распределительных центров, и они традиционно имели дело не с производителями, а с посредниками-дистрибьютерами. Однако в соглашение о регулировании цен правительство почему-то посредников не включило. Намеренно или по недосмотру – поди, гадай… Понятное дело, что, купив у производителей то же масло или сахар по оптовой цене, перепродавать рознице дистрибьютры, как и всегда, будут дороже. Иначе в чем их бизнес? А что делать мелкой рознице?

Такое регулирование цен, полагает Счетная палата, несет системные риски: товары по сниженным ценам спровоцируют ажиотажный спрос, а следом грянет дефицит. Торговые сети и производители поднимут цены вопреки постановлению правительства. А после отмены ограничений цены могут расти ускоренными темпами, предупреждают в Счетной палате.

Минсельхоз тут же парировал: он не ожидает дефицита продуктов. Экономист Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа компании ФБК, согласен: тотального дефицита не будет, потому что у крупных сетевых ритейлеров проблемы с закупкой товаров вряд ли появятся. Но поведение государства как медведя в посудной лавке обернется ростом цен – на другие товары! Ростом сначала незаметным, но потом – ощутимым.

– Желая обуздать инфляцию, – пишет Николаев, – власти попыткой директивного регулирования цен, напротив, стимулируют эту самую инфляцию. Людям всё равно придется платить больше. Это в условиях продолжающегося падения реальных доходов.

Как развернется ситуация с сахаром, рассказал исполнительный директор Ассоциации предприятий кондитерской промышленности Вячеслав Лашманкин. Правительство отдало приоритет торговым сетям, чтобы обеспечить доступность продукции для потребителей. Но более 40% сахара использует пищевая промышленность: свыше половины от этого объема – кондитерские фабрики, а остальное – производители газированных напитков, молочных продуктов, джемов, хлебопеки и даже виноделы.

Крупные компании заключают контракты на несколько лет вперед, и текущая нестабильность на рынке их мало волнует. Но у предприятий поменьше таких возможностей нет. Если поставщики попытаются компенсировать негативный эффект от сдерживания цен в рознице, то, как предупреждает господин Лашманкин, при сохранении текущей стоимости сахара производителям сладостей придется поднять цены на 6–30%. В результате потребитель, которого чиновники стремились оградить от подорожавшего сахара в рознице, может довольно скоро платить больше за конфеты, печенье или йогурты. «Зачем тогда пускаться в регулирование цен – непонятно, – недоумевает экономист Николаев. – Разве только чтобы лишний раз убедиться, что ни один, даже хороший госплан, все предусмотреть не может». Такая же вовсе не сладкая модель накроет масло и прочие продукты…

Вот и подтверждение прогноза Николаева по инфляции. Даже официальная по итогам 2020 г. – 4,9% – стала неприятным сюрпризом для властей. Только за декабрь цены выросли на 0,8%. На самом деле, реальный прожиточный минимум, как признали в Минтруде, в 2-3 раза выше официального. А по замерам «Ромира» на основе реальных покупок 15 тысяч семей в августе потребительская корзина из 156 наименований подорожала на 1,66% – почти в 5 раз выше официальной. Только за первую декаду января цены товаров, не попавших в поле зрения правительства, тоже подскочили: помидоры – на 7,7%, морковь – на 3,4%, картофель – 2,7% и т.д. Причем, в бедных регионах цены стремились вверх активнее, нежели в богатых. И что, ждать нового нагоняя от президента?

Пока правительство задумало заморозить цены на яйца, макароны и картофель. Но и в этом случае проку будет меньше, чем вреда. Уже поползли вверх цены чая, кофе, мяса, рыбы, круп. «В рыночной экономике подобное административное регулирование оборачивается или дефицитом товаров, или еще более быстрым ростом цен», – комментирует Николаев.

– Жесткое регулирование цен в итоге может привести к тому, что вся сельскохозяйственная отрасль будет в руинах – это после того, как в 2014 году под лозунгом импортозамещения, чтобы поднять наших производителей, скидывалась вся страна, – говорит ректор РЭШ Рубен Ениколопов.

– Ограничение роста цен, – считает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова, – просто говорит о том, что у правительства нет достаточно эффективных инструментов, чтобы оказать адресную помощь населению с низкими доходами.

В конце 2020 г. кабмин выделил 4,7 млрд руб. на компенсацию затрат производителей муки, хлеба и хлебобулочных изделий. Но – компенсацию частичную. Стало быть, цены всё равно будут упрямо расти, а доходы – падать. Об этом в следующий раз.

Игорь ОГНЕВ