СУБЪЕКТИВНО 

С Новым годом, друзья! Так хочется, по традиции, пожелать и нового счастья, но язык не поворачивается. Как бы дополнительных обременений не накликать. Вот и Песков, пресс- секретарь президента, на брифинге в конце декабря хоть и не прямо просил потерпеть и следующую пятилетку, но есть же подтекст. Почувствовать изменения к лучшему, по словам Пескова, россияне смогут после реализации национальных проектов, то есть не раньше 2025 года. Но, похоже, власть не очень понимает, с какого конца подступать к сокращению бедности.

Комментируя результаты опроса ВЦИОМа, что 60% респондентов назвали уходящий год трудным и плохим для страны, Песков заметил: в Кремле считают, что к этим оценкам надо относиться «с известным допуском», поскольку в них присутствует «изрядная доля» эмоций. Но добавил: «Хотя, безусловно, не без трудностей… И вчера президент России Владимир Путин говорил на совете по нацпроектам, что граждане не очень-то почувствовали позитивные изменения в своей жизни, несмотря на всю проделанную работу». 

А эмоции россиян возникли не на пустом месте. Накануне традиционной ежегодной пресс- конференции президента Росстат постарался угодить: сильно занизил итоговые данные по реальным располагаемым доходам прошлого года, и на фоне этой низкой базы убогая динамика года нынешнего увеличилась вчетверо! Правда, эксперты показали изнанку фокуса. Да и возможности его ограничены. В конце декабря тот же Росстат вынужден был признать, что по итогам 9 месяцев доля граждан с доходами ниже прожиточного минимума увеличилась с 13% до 13,1%, или на 100 тысяч человек. Бедность, вопреки майским указам, требующим сократить армию нищих вдвое к 2024 г., превышала показатели 2018 г. весь 19-й, хотя должна была, по плану, упасть до 12%. А субъективная бедность еще выше: на конец июня половина россиян жаловалась, что может позволить себе только еду и одежду. Каждая седьмая семья находилась в положении, близком к казарменному. И это не эмоции, а данные Росстата. В среднем типичная наша семья тратит на еду треть доходов в месяц – втрое больше, чем в Великобритании, Нидерландах, Ирландии или Норвегии. 

Попеняв правительству на то, что доходы населения «стояли на месте», президент нашел повод и за что его похвалить. Встречаясь с членами кабмина, Путин заявил, что правительству и ЦБ удалось добиться хорошей макроэкономической базы развития: «Это уникальный результат. В нашей новейшей истории ничего подобного не было… минимальный уровень инфляции колеблется уже около 3%». Однако буквально на следующий день ЦБ опубликовал данные по инфляции, наблюдаемой населением. Оказывается, в декабре «согласно опросу ООО «инФОМ» по заказу Банка России, в декабре 2019 г. медианная оценка за последние 12 месяцев увеличилась, составив 9,4%». В декабре респонденты заметили значительный рост цен часто покупаемых товаров и услуг: молочных продуктов, лекарств, услуг ЖКХ, рыбы, бензина, яиц, сыра, колбас, фруктов и овощей. 

Интересы власти и общества не совпадают, уверены 72% россиян. Это максимальное значение за последние двенадцать лет, отмечают в "Левада-центре" по итогам ноябрьского опроса. У недовольной группы населения растет ощущение, что власть неэффективна, её мало волнует, как живет народ. 

Исследование показывает характерное для общества двоемыслие – зависимость и уязвимость населения, а с другой стороны – безальтернативность ситуации, указывает директор "Левада-центра" Лев Гудков: "Факт, что максимальное число россиян говорят о несовпадении интересов власти и общества, указывает на размывание того, что когда-то называли общественным договором". По словам социолога, раздражение властью проявляется по-разному – не только в негативной оценке правительства, Госдумы, "Единой России", но и в ощущении неэффективности и коррумпированности власти. Куда уж дальше ехать, дополню социолога, если в декабре Следственный комитет РФ назвал сотрудников МВД лидерами среди коррупционеров! 

Гудков напомнил о том, что пенсионная реформа оскорбила людей, и социальное раздражение приобрело стойкий характер. А на фоне стагнации и сокращения расходов выросло понимание алчности власти. Острее разрыв между властью и обществом ощущают предприниматели, специалисты и рабочие. А «бедные хотя и считают, что власть живет за счет народа, но при этом есть и смирение, мнение, что надо терпеть, – это одна из важных характеристик массового сознания", – констатирует Гудков. И добавляет: «Раздражение накапливается, идет медленная эрозия легитимности власти, но должно произойти что-то экстраординарное, чтобы это переросло в действия со стороны населения». 

Двоемыслие россиян бросается в глаза и при их оценке президента Путина. Так, большинство (68%) одобряют его деятельность, показал тот же ноябрьский опрос «Левады» (в октябре – 70%). А вот в целом позитивно к президенту относится лишь 32% россиян. Причем показатель снизился с 2017 г. на 10%. Кроме того, 48% россиян уверены, что страна движется в правильном направлении, а 42% с ними не согласны. 

Гудков утверждает, что ядро сторонников Владимира Путина – женщины, жители провинции и люди старшего возраста. 

Деятельность премьер- министра России Дмитрия Медведева одобряют 37% участников опроса, большинство (62%) его работой недовольны. Деятельность правительства одобряют 44% респондентов, 55% придерживаются обратного мнения. Деятельность Госдумы поддерживает 40% опрошенных, а 58% – нет. 

Ни для кого не секрет, что наличие стойкой нищеты власть приписывает помехам извне. Вот и Песков на упомянутой пресс- конференции в Кремле ссылался на то, что сложилось «достаточно недружественное международное окружение…», и, дескать, «вряд ли это способствует особо плодотворным результатам». 

Комментирует Максим Горюнов, философ: «Нужно учесть два момента. Для россиянина, прописанного, допустим, в спальном районе Рыбинска, чем плотнее «кольцо врагов», тем выше цена у серой многоэтажки, в которой он живет, у дребезжащего отечественного автомобиля, на котором он ездит на работу, у загородного участка, на котором он вот уже третий год, начиная с русской весны, вынужден выращивать капусту и картошку, латая дыры в семейном бюджете. «Кольцо врагов» говорит ему, что его имущество – многоэтажка, автомобиль, участок и урожай картошки – на самом деле стоит очень дорого. И все солидные американские и европейские чиновники в костюмах и галстуках, которых он ежедневно видит по телевизору, спят и видят, как бы забрать его добро себе». 

Петр Бычков, доцент кафедры политической психологии СПбГУ, кандидат психологических наук: «Причины, по которым большое количество россиян уверены в наличии у страны врагов, не нужно искать в нашей ментальности или в рассуждениях, что мы какие-то особенные. На мой взгляд, корни проблемы во многом кроются в том, что с детства нам рассказывают: Россия – держава, которая всех всегда побеждала исключительно в честном бою, никогда не вела захватнических войн, а наша разведка выполняла исключительно позитивные задачи. А вот с нами всю жизнь играли нечестно: и англичане, и немцы, и французы, и прочие неизменно стремились завоевать нашу территорию. Последствия такого восприятия действительности много серьезнее, чем кажется на первый взгляд. 23% заявивших, что вокруг нас одни враги, – абсолютно нездоровый показатель, маркер психологического здоровья нации. Люди, живущие с ощущением, что они находятся в «кольце врагов», по определению не могут себя чувствовать хорошо». 

Так что «кольцом врагов», словно щитом, власть прикрывает себя от наступающей бедности народа. Осведомленный чиновник, да еще социального профиля, возразит: но ведь с 2020 г. повысили пособия. Да, по уходу за ребенком до полутора лет – на 300 руб., до 4,8 тыс.; по беременности и родам за 140 дней отпуска – на 3 тыс., до 55 тыс. руб.; по временной нетрудоспособности за один день пребывания на больничном – на 28 руб., до 398 руб. Однако мне такая забота кажется издевательством. 

Крупный экономист академик Абел Аганбегян утверждает, что растущее число бедных – свидетельство неправильной социальной политики: «Основной рычаг преодоления бедности в других странах – непрерывное повышение минимальной зарплаты. У нас она ниже средней в 4,7 раза, в то время как в развитых странах – только в 2–2,5 раза». В развитых странах, продолжает ученый, нет бедных среди занятых полный рабочий день, потому что минимальная зарплата там превышает российскую в 10–15 раз, притом что уровень реальных доходов у нас ниже развитых стран всего в 2–3 раза. 

Далее, продолжает академик, в западных странах размер пенсий составляет 50–60% зарплаты, а не 35%, как в России. Если же учесть зарплаты в конвертах, то доля пенсий россиян и вовсе снизится до 25%. Пенсионеры в развитых странах не попадают в группы бедности, поскольку уровень зарплат, с которых начисляются пенсии, там существенно выше. Потому и средний размер пенсии в Западной Европе в реальном выражении выше, чем в России, в четыре раза. 

– Я уверен, – пишет Аганбегян, – что нам не надо ничего изобретать, а лишь умело использовать богатейший опыт, накопленный другими странами за много десятилетий работы в рыночной экономике. Важно акцентировать внимание на том, что преодоление бедности – это не благотворительная социальная мера, а прежде всего средство повышения производительности труда человека, увеличения его вклада в экономику, в создание валового внутреннего продукта. Не случайно в регионах с высокой производительностью труда и лучшими социально-экономическими показателями процент бедности самый низкий. 

Но пока эти предложения даже не обсуждаются, поскольку нет понимания того, что недостаточное вознаграждение не стимулирует высокопроизводительный труд, сетует экономист. 

Замечу, Аганбегян писал это в 2017 году, но с тех пор понимания того, что является причиной, а что – следствием, у власти так и не появилось. Между тем, еще в поздние советские времена бытовала в рабочей среде поговорка: вы делаете вид, что нам платите, а мы делаем вид, что работаем. Но, видно, власти о ней подзабыли. Так, на последней «большой пресс-конференции» президент Путин заявил, что вопрос снижения реальных доходов граждан нужно решать «фундаментально», добиваясь роста ВВП и производительности труда. Другие способы, в том числе раздача денег из резервных фондов, «ни к чему не приведут». 

При этом основная ставка делается на реализацию нацпроектов. Однако идет она ни шатко ни валко. Авторитетные эксперты уверяют, что ничего хорошего ждать россиянам, а тем более – бедным, не следует. Но об этом – в следующий раз.

Игорь ОГНЕВ