СУБЪЕКТИВНО 

Прежде чем продолжить тему жалкого финансирования якобы приоритетных нацпроектов, сообщу о новых похвалах Международного рейтингового агентства Fitch в адрес России. Конечно же, за макроэкономическую стабильность! Наши власти распирает от гордости, а эксперты язвят: резервы копят в ущерб текущему развитию экономики.

В ответ на похвалу Fitch глава Минфина Силуанов рассказал, что экономика адаптировалась к санкциям. Чиновники похваляются, что Россия впервые за восемь лет может обогнать Саудовскую Аравию по объему международных резервов. Вредные эксперты опять же указали, что саудиты не гноят резервы, а солидную часть выделяют на социальную сферу. Более того, в этой стране, как, впрочем, в Кувейте, ОАЭ, Аляске, все жители как собственники недр с рождения получают на персональный счет пособия от продажи углеводородов до $3000 ежемесячно. Россияне – тоже собственники недр, но лишь по Конституции, а не по жизни. И потому народ поддерживает сектор, покупая дорожающий бензин. 

Примерно такая же ситуация с налогами и другими фискальными платежами. Пообещав не повышать минимум до 2024 г., власти накручивают их чуть не ежемесячно. Полезно посмотреть на действия Китая, где темпы роста экономики с 10% упали до шести с небольшим (нам бы столько!). В отличие от России, где НДС с 18 взвинтили до 20%, в КНР с 1 апреля налог снизили: для обрабатывающей промышленности с 16% до 13%, для транспорта и перевозок, строительства и других секторов – с 10% до 9%. С 1 мая еще уменьшили и ставки соцстрахования. Общая налоговая нагрузка полегчала на 2 трлн юаней ($ 285 млрд) в год. Еще там дешевеют бензин и дизтопливо. 

Вообще Минфин с благословения и правительства, и президента всё больше стал напоминать классического скупого рыцаря, над златом чахнущего. Правда, сдается мне, что скупость подхлестывает элементарный страх, заставляющий Минфин зажимать деньги казны даже на финансирование нацпроектов. Именно страх диктует тратить бюджетный профицит на лихорадочную скупку валюты – на всякий случай. Вот это и есть самый сокрушительный – психологический – эффект санкций. Россия – в кольце врагов! Кстати, за полгода профицит бюджета прибавил больше, чем планировали. Правда, аудиторы Счетной палаты пока не обнаружили источник 8 млрд. Сей факт наталкивает на мысль о хаосе, царящем на этажах и в кабинетах вертикали. 

И вот при таких деньгах казны её траты, по расчетам ВШЭ, на 12% меньше, чем пять лет назад в реальном выражении. Не надо забывать и о Фонде национального благосостояния (ФНБ), который за июль потолстел вдвое, почти до 8 трлн., перевалив за 7% ВВП. Сверх этой отметки деньги фонда можно использовать. Однако ведомства бесконечно спорят – на какие цели? Одни – за инвестирование в «качественные зарубежные активы», чтобы, не дай бог, не расшатать макроэкономику. Другие не видят опасности инвестировать внутри России. Кто перетянет? 

Но кроме профицитного бюджета и ФНБ есть заначки, о которых россияне слыхом не слыхивали. Одна из них – госхолдинг «Роснефтегаз» (РНГ), искусственная прокладка между государством и тремя госкомпаниями: «Роснефтью», «Газпромом» и «Интер РАО». С 2006 г. с небольшим перерывом председателем совета директоров РНГ является Игорь Сечин, он же – глава «Роснефти». РНГ – еще один бюджет правительства, объяснял «Ведомостям» президент Владимир Путин в декабре 2016 г.: «Да, есть такой резерв.., и некоторые вещи мы финансируем оттуда тогда, когда правительство забывает о том, что есть приоритеты, на которые нужно обращать внимание». 

Ведущий эксперт по нефти и газу Михаил Крутихин считает, что РНГ напрямую нарушают законы России, а президент по Конституции не может управлять собственностью государства – это прямая обязанность правительства. 

– Это не просто теневое правительство, я бы назвал это сговором организованной группы лиц… Ну, сколько там денег, никто как следует не знает за пределами этой организации. (Нераспределенная прибыль сегодня, по данным РНГ, перевалила за 0,5 трлн руб., пишут «Ведомости»). РНГ аккумулирует дивиденды с государственной доли как минимум трех компаний: примерно 11% "Газпрома", 69% с лишним "Роснефти" и где-то 27,5% "Интер РАО". Почему в РНГ, а не в федеральный бюджет поступают дивиденды – по словам Крутихина, это иллюстрация старой циничной мудрости, что государство является частной собственностью чиновников: «… В данном случае я могу только сказать, что здесь идет нарушение не только Конституции, но и … статьи 160-й Уголовного кодекса "Присвоение или растрата государственного имущества, которое осуществляется в особо крупных размерах организованной группой лиц". За это, в общем-то, причитается где-то до 10 лет тюрьмы». 

Мглой таинственности окутан не только РНГ. Если о похвале Fitch власти трезвонят во все колокола, то о советах Международного валютного фонда (МВФ) не очень распространяются. А зря. Эксперты МВФ нашли десять дыр в бюджетной системе России. Вот одна из них: доходы и расходы 30 тыс. госпредприятий никак не отражены в бюджетной отчетности государства, а многие не публикуют и аудированную отчетность. Минфин обещает обнародовать первые сводные оценки по госкорпорациям (без госпредприятий!) в начале 2020 года. Среди других рекомендаций МВФ – составление 50-летнего бюджетного и макроэкономического прогноза, а также укрепление независимости Росстата от органов исполнительной власти. 

Большинство предложенных МВФ мер по повышению бюджетной прозрачности уже реализуется, заверила РБК пресс-служба Минфина. Но почему только сейчас, хотя Госкап более полутора десятилетий правит бал в России?! Еще МВФ особо выделил непрозрачность расходов на национальные проекты и большую долю засекреченных статей федерального бюджета. Размер последней – на оборону и безопасность – с 10% в 2010-м вырос до 17% в 2018 году. 

Беда, однако, в том, что пока в разных кабинетах здания, сооруженного Госкапом, идут споры, быстротечное время несет Россию в неизвестном направлении. Я всё про те же нацпроекты. Оказывается, необходимые для их старта 17 федеральных законов еще только планируется обсуждать в осеннюю сессию Госдумы. Почти 1,5 года понадобилось юристам вертикали подготовить эти акты! Вот уж воистину: человек строит систему, а потом она формирует под себя людей, зачастую ни к чему не годных. Причем восемь законопроектов даже не внесены в парламент. А когда внесут – еще не факт, что качество законопроектов позволит их быстро принять. Пока суть да дело, скудные средства казны держат на привязи реализацию самых актуальных нацпроектов, способных придать ускорение многочисленным цепочкам смежников. Это «Повышение производительности труда и поддержка занятости» (исполнен на 17,7%), «Безопасные и качественные автомобильные дороги» (исполнен на 12,2%), «Цифровая экономика» (исполнен на 8,3%). 

– Перспектива запуска проектов с начала 2020 года выглядит весьма сомнительной, – считает партнер практики стратегии и операционной эффективности Althaus Group Герман Шеховцев. 

По мнению главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, это всё «заслуги» «доктрины бюрократического госкапитализма, лежащей в основе экономической политики Кремля, от которой правительство ждет «прорыва» и «экономического чуда» в ближайшие 6 лет». Пожалуй, г-жа Набиуллина первой осмелилась прямо в лоб, да еще и публично, на международном финансовом конгрессе в Питере в начале июля критиковать эту доктрину. 

Причины низких темпов экономического роста в России – внутренние, заявила Набиуллина, хотя есть соблазн списать все на внешние факторы: «Экономический рост создает бизнес, а не государство, – говорила она. – Государственные инвестиции не могут подменить частные. И даже при успешной реализации национальных проектов в их государственной части нет никакой гарантии, что они создадут соразмерный мультипликативный эффект». 

Крупные предприятия и госсектор на сверхщедрой бюджетной подпитке еще демонстрирует некое шевеление. Впрочем, за счет вздутых цен. Со скоростью, близкой к 10% за пять лет, вырос сектор госуправления на фоне дальнейшего огосударствления экономики и размножения чиновников и силовиков. Но ВВП с 2014 г. прибавил всего 2%, отмечают эксперты «Центра развития» ВШЭ. «Что касается средних и малых компаний,– говорит бизнес-омбудсмен Борис Титов, – которые в основном и создают добавленную стоимость в экономике, то здесь падение просто драматическое». МСБ усох за полугодие на 7-8%, или почти на 20 тыс. компаний. Но самое тяжкое бремя свалилось на регионы. Число депрессивных, где не растет ни один сектор, подскочило в 3,5 раза – с 4-х до 14. На их долю приходится больше 36% валового регионального продукта России. В проблемную группу попали такие крупные субъекты, как Челябинская область, Красноярский и Пермский края и даже Москва с Питером. 

Однако кроме внезапно прозревшей г-жи Набиуллиной руководство страны замены госкапитализму не видит. Это четко дал понять президент Путин в июльском интервью газете Financial Times перед саммитом «большой двадцатки». «Так называемая либеральная идея, она, по-моему, себя просто изжила окончательно… Наши западные партнеры признались, что некоторые ее элементы просто нереалис тичны: мультикультурализм там и так далее. Вот когда началась проблема с миграцией, многие признали, что да, это, к сожалению, не работает, и надо бы вспомнить об интересах коренного населения», – заявил российский лидер. 

Судя по фрагменту об «отжившем либерализме», не очень понятно, какие блоки включает господин Путин в классическую модель. Где, кстати сказать, мультикультурализма нет. Зато в модели присутствуют такие ключевые блоки, как независимость исполнительной, законодательной, судебной властей и прессы. Может, их президент подразумевал в «и так далее»? Он действительно считает, будто эти принципы изжили себя окончательно? Или – равенство всех, невзирая на чины и звания, перед законом? В России – наверняка, но только не в мире. 

Правда, в конце монолога Владимир Путин оговорился: «Я не стoрoнник тoгo, чтобы немедленно все заткнуть, завязать, закрыть, распустить, всех арестовать, разогнать. Либеральную идею тоже нельзя уничтожать, она имеет право на существование, и даже поддерживать нужно в чем-то. Но не надо считать, что она имеет право на абсoлютнoе дoминирoвание, вот o чем речь». 

Великий мыслитель и экономист Людвиг фон Мизес, один из главных создателей и теоретиков современной либеральной модели, заметил: да, она не идеальна. Но все остальные хуже. А уж госкапитализм, добавлю, и подавно. Это заметно по тем опасным вибрациям, которые давненько сотрясают конструкции здания, построенного Госкапом в России. Долго ли оно простоит? 

Игорь ОГНЕВ