СУБЪЕКТИВНО 

Время от времени чиновники разных рангов с воодушевлением изрекают на публике, что замещение импорта идет успешно и даже более. Что страдает от наших зеркальных антисанкций один Запад. Но как только посмотришь даже официальную статистику, сразу хочется воскликнуть: а вы, государевы люди, не того, не переборщили?

По данным Федеральной таможенной службы, в 2018 г. весь импортный веер товаров только рос – на 5%. Конечно же, львиная доля – 47% – падает на машины, оборудование, транспортные средства. Далеко ли уедешь на 300 станках, выпускающихся в стране за год? На втором месте – более 18% – химическая продукция. На третьем – с долей более 12% – продовольствие, ну а на ширпотреб пришлось около 6%. 

Но что нам ширпотреб? Роскосмос, у которого каждый второй пуск ракеты идёт через пень- колоду, принес 1000% убытков страховщикам. А причина, кроме русского разгильдяйства, в том, что 87% оборудования, по словам главы госкорпорации Дмитрия Рогозина, «не соответствует современным стандартам». Чиновник прозрел после того, как его спустили на землю с высот властной вертикали, где он не день-два курировал отрасль. Не сам ли довел её до ручки? 

В конце августа в силу вступил полный запрет США на поставку вооружений и продукции двойного назначения в Россию. В ответ глава Минпромторга Денис Мантуров браво заявил: «Запрет на экспорт электронных устройств и комплектующих двойного назначения затронет некоторые отрасли российской экономики, но не критично». Евгений Балацкий, доктор экономических наук, директор Центра макроэкономических исследований Финансового университета, по этому поводу заметил: «Что касается электроники, которую нам не продают США, можно воспользоваться в течение какого-то времени Азией, но импортозамещение предполагает создание своей базы, с которой все очень плохо. До тех пор пока не будем производить самые простейшие компьютеры или гаджеты, говорить об импортозамещении, о каком-то успехе в закупке деталей просто бесполезно. Это латание дыр». 

Похоже, латать будем долго: для обновления технологий на ближайшую трёхлетку щедро выделено 46 млрд, а судебной системе, для сравнения, дали 200 млрд – чтобы судили исключительно «правильно»! 

– В прошлом году окончательно сформировалось понимание того, что программа импортозамещения не работает, – говорит директор Института актуальной экономики Никита Исаев. – И даже товары, которые продаются под российским брендом, зачастую оказываются почти полностью импортными. 

– Экономика не готова к полной реализации программы импортозамещения: в структуре продукции (особенно высокотехнологической ее части) львиную долю все еще занимают импортные составляющие, – подтверждает доцент Российского экономического университета Олег Чередниченко. – И даже в тех сферах, где удалось добиться высокой степени локализации, производство российских компонентов минимально. 

Конечно, санкции не «разорвали российскую экономику в клочья», однако ущерб нанесли ощутимый. Аналитики Bloomberg Economics оценили его примерно в 6% ВВП за период с 2014 года, когда США и ЕС ввели ограничения за Крым. А в целом задиристая Россия потеряла 10% ВВП за последние годы. Если еще учесть, что доморощенные изделия много дороже – вот вам дополнительная причина бедности населения. С оценками зарубежных коллег согласны, например, в «Центре развития» НИУ ВШЭ. Потенциала страны хватает, чтобы удвоить рост экономики, но только не в нынешней ситуации противостояния чуть ли не со всем миром. Поэтому аналитики сомневаются, что в 2020 г. Россия выйдет на траекторию устойчивого роста в 3% и выше, как грезит Минэкономики. 

Однако что нам Гекуба? В январе премьер Медведев потребовал за 6 месяцев избавить госструктуры от зарубежного программного обеспечения (ПО). Пока «доля иностранного продукта на этом рынке ещё очень велика», скромно констатировал премьер. По данным Центра компетенций по импортозамещению в сфере ИКТ, зарубежного офисного и системного ПО – до 95%, систем управления базами данных – более 80%... 

В феврале Счетная палата обнаружила, что министерства и ведомства как закупали иностранное ПО, так и продолжают в том же духе. Причем заказывают продукты с «избыточными потребительскими свойствами», которые стоят дороже. Да еще без достаточных на то обоснований. Впрочем, я не про то, что чиновники по привычке жируют. Как часто бывает в родном Отечестве, дело принимает неожиданный оборот. На заседании экспертного совета при правительстве все представители разработчиков ПО голосовали против указания главы правительства, а чиновники, которых там большинство, за. Вот и появляются подобные несуразицы. 

В ответ на требование премьера три ассоциации – предприятий компьютерных и информационных технологий, «Руссофт» и «Отечественный софт» – направили письмо главе Минкомсвязи Константину Носкову. Профессионалы, выбирая выражения, пытались объяснить министру, что это неожиданное и нерыночное обременение для IT-бизнеса не только «существенно затрудняет деятельность», но доконает ряд успешно работающих компаний, сократит долю IT в ВВП, а также снизит темпы роста экспорта отечественного ПО. Одна из главных причин нелепости премьерской инициативы: IT-компаниям, которые хотят сохранить свое ПО в реестре, придется разрываться, поддерживая целую линейку продуктов на разных платформах. Разрываться потому, что для госкомпаний следует использовать одни инструменты, а для экспорта – другие, популярные в мире. «Многие разработчики, – говорит гендиректор «Базальт СПО» Алексей Смирнов, – делают продукты в основном не для госорганов, а для корпоративного рынка и продажи за рубеж. Так что принятое решение будет для них серьезным ограничением: возможен просто отказ от работы на российском госрынке». 

Кроме того, правительство не удосужилось четко определить ряд терминов, сервера приложений, платформы и даже понятие «программные продукты иностранного происхождения». А без этого не выполнить и требования власти. Словом, поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. 

Наконец, пишут министру Носкову члены трех IT-ассоциаций, перейти на отечественное ПО еще можно за полтора-два года, но никак не за шесть месяцев. 

Однако тотальный переход на российское ПО, скорее всего, «семечки». На прошлой неделе президент Путин, комментируя принятый Госдумой в первом чтении законопроект «об автономном интернете», лишний раз заявил, что угроза ему «в теории» существует, поскольку невозможно предсказать действия других стран. При этом, по мнению Путина, интернет-изоляция России нанесет Западу «не только политический, но и экономический ущерб. Кроме того, осложнит работу западным спецслужбам». 

Эксперты сильно сомневаются, что столь экстравагантное импортозамещение – инициатива авторов законопроекта: сенаторов Андрея Клишаса и Людмилы Боковой, а также депутата Андрея Лугового. Эта мысль тем более укрепляется после того, как познакомишься с личностями этих деятелей. 

Господин Клишас – предприниматель-миллионер, член Совфеда от Красноярского края с 2012 г., доктор юридических наук, специалист по конституционному праву, теории государства и права.

Людмила Бокова в 2000 г. окончила Борисоглебский государственный пединститут по специальности «учитель русского языка, литературы и истории». До 2010 г. работала по специальности в разных школах Саратовской области. И вдруг – злые языки говорят, что не без поддержки деятелей Саратовского «Педагогического общества России», – избирается в Госдуму РФ – зампредседателя Комитетa по образованию. 

И, наконец, широко известный Андрей Луговой, политический деятель и предприниматель, но главное – бывший сотрудник органов госохраны России, экс-глава группы охранных предприятий «Девятый вал». Ряд СМИ называет Лугового бывшим сотрудником ФСБ: в 1990 году он окончил Высшие курсы военной контрразведки КГБ СССР. Сам Луговой принадлежность к ФСБ категорически отрицает. 

Как бы то ни было, но профессиональная деятельность этих людей никоим образом не связана с техническими тонкостями работы глобальной сети. Уже в ходе первого чтения в Госдуме оказалось, что юрист Клишас не удосужился конкретизировать угрозы «целостности, устойчивости и безопасности» Рунета. Не стану грузить читателя техническими нелепостями. Скажу только, что даже интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев считает: принятие законопроекта повлечет отставание от других стран, поскольку «явно просматривается диссонанс между декларируемыми целями и тем, что в нем прописано с точки зрения реализации». 

Идею превентивного «интернет- огораживания» не одобрили даже эксперты профильного комитета ГД, не говоря о массе других специалистов. АНО «Цифровая экономика» направила в правительство заключение, в котором предупредила, что «требования, изложенные в законопроекте, увеличат нагрузку на сетевую инфраструктуру операторов, приведут к сбоям в работе всей системы связи в России, а также потребуют серьезных бюджетных затрат». Правда, сей факт троица авторов поначалу вообще отрицала, но потом согласилась на 20 млрд руб. А вот по оценке экспертов, реализация закона потребует более 130 млрд руб. Деньги, и немалые, как водится, изыщут в наших кошельках, задрав тарифы на пользование интернетом. 

Впрочем, усекновение интернета началось и без закона. К примеру, доступ к сайту «Эхо России» пресекли несколько месяцев назад, после публикации репортажей с судебных заседаний в Испании по делу русской мафии, где наряду с одиозными обвиняемыми фигурировали фамилии о-о-о- чень высокопоставленных да еще и действующих деятелей России. А на прошлой неделе хитрая цветная пелена прикрыла сайт finanz. ru, публикующий экономическую аналитику. Анонсы статей видно, но тексты не открыть! Давно, давно пора, по примеру Китая, прикрыть критику состояния дел в экономике. Все у нас там обстоит наилучшим образом! Какой сайт на очереди? 

«Россия не училась у Европы, что нужно и хорошо… что для неё спасительно, – писал Николай Бердяев в книге «Судьба России», – а рабски подчинялась Западу или в дикой националистической реакции громила Запад… Только в России тезис оборачивается антитезисом, бюрократическая государственность рождается из анархизма, рабство рождается из свободы, крайний национализм – из сверхнационализма. Из этого безвыходного круга есть только один выход: раскрытие внутри самой России, в её духовной глубине мужественного, личного, оформляющего начала, овладение собственной национальной стихией… имманентное пробуждение светоносного сознания». 

«Судьбу России» философ опубликовал перед октябрьским переворотом, но и спустя век Россия то спит безмятежным сном, то мечется в беспамятстве из крайности в крайность – в точности по Бердяеву… 

Игорь ОГНЕВ