СУБЪЕКТИВНО 

В последних числах декабря случилось важное событие, однако россияне вряд ли обратили внимание. Подумаешь, заменили одного чиновника! Эка невидаль… Но это как посмотреть.

Премьер Медведев назначил Павла Малкова начальником Росстата – вместо Александра Суринова. Малков, экс-министр экономики Саратовской области, до перемещения руководил департаментом госуправления МЭР. 

Суринов, всю жизнь отдавший статистике и 9 лет возглавлявший Росстат, ушел «по собственной просьбе». Решение принял меньше чем за месяц до публикации Росстатом итоговой статистики за 2018 год, которая оказалась хуже самых пессимистичных оценок правительства. Между тем президент страны приказал ускорить экономику до темпов выше мировых. 

Больше всего высокое начальство возмутило то, что реальные доходы граждан, по Росстату, резко, почти на 3%, упали в ноябре и ушли в минус по году. А ведь Минэк прогнозировал конец 4-летнего падения уровня жизни! И доходы, пусть чуть-чуть, но приподнимутся. Тем более что на большой пресс-конференции 20 декабря президент Путин заявил, что по итогам года доходы должны вырасти на 0,5%. А тут – на тебе… 

Особое возмущение высказал журналистам вице-премьер и глава Минфина Антон Силуанов: «Росстат – важнейшее ведомство, которое пользуется устаревшими технологиями и устаревшими инструментами. <…> Организация нуждается в серьезном реформировании…» 

В качестве примера Силуанов опять же привел «важнейший» показатель реальных располагаемых (оставшихся после всех обязательных выплат) доходов населения, который, по Росстату, снижается с 2014 года. «Реальные зарплаты, которые составляют большую часть реальных доходов населения, как считаются, более-менее понятно и достоверно. Что касается расчета реальных доходов населения, большие очень претензии», – указал вице- премьер. 

Ну как же, ведь и премьер Медведев, отчитываясь в конце декабря на пяти федеральных каналах, утверждал, будто реальные располагаемые доходы населения вырастут в 2018 году на 1,6%. Игорь Николаев, крупный экономист, директор Института стратегического анализа компании ФБК, комментируя лукавый отчет премьера, пишет: «Но ведь вступали в 2018 год с планом, что они (доходы) вырастут на 2,3%? Значит, снова явное недовыполнение. И это после четырех лет беспрерывного падения доходов населения накопленным итогом почти в 11%. Я уже не говорю о том, что даже эти 1,6% требуют важного пояснения: достигнуты они были, прежде всего, за счет накачки бюджетной сферы деньгами накануне президентских выборов в марте текущего года». 

В здравоохранении, например, по этой причине уволили более трети младшего медперсонала и 10% научных сотрудников. Зарплаты оставшихся и вправду выросли. Но вот летом мне срочно потребовались физиопроцедуры, единственная медсестра физотделения нашей поликлиники заболела, а двух сократили под указ. Вот и маялся я две недели со своим недугом, моля о выздоровлении медсестры… Между тем, по данным экспертов, увеличение нагрузки на медсестру с положенных четырех до восьми пациентов увеличивает смертность в больнице до трети. 

Зато не бедствуют государевы люди, зарплаты которых пухнут независимо ни от социально- экономического положения населения, ни от экономики. Это в какой-нибудь Японии, Новой Зеландии или Швеции зарплаты госслужащих зависят от показателей экономики. Последний раз об эффективности госуправления России пробовали говорить в 2004 году, робко вводя систему бюджетирования, ориентированного на результат: так называемый БОР. Система прожила до кризиса 2008 года, потом БОР тихо похоронили и больше не вспоминают. Государевых людей можно поощрять и без всяких БОРов. 

Заметьте: эксперты говорят о четырёх годах непрерывного падения доходов! С ними согласен и директор аналитического департамента "Локо-инвест" Кирилл Тремасов: «В новейшей истории России столь длительного периода снижения доходов ещё не было. Сейчас они примерно на 2% ниже уровня 2011 года и на 10% ниже пиковых значений середины 2014-го. В свете повышения налогов и ускорения инфляции очень высока вероятность того, что и в следующем году доходы продолжат снижаться, причём падение может ускориться». 

Наконец, Алексей Кудрин, глава Счетной палаты, 3 января написал в своём Твиттере: "СП дает предварительную оценку на конец года: инфляция – выше прогноза, рост ВВП – ниже, реальные доходы граждан если и выросли, то на десятые доли процента. Правительству пока приходится начинать с низкого старта". «Сейчас мы видим риски, что доходы будут нулевыми или даже отрицательными", – добавил Кудрин. 

Можно бесконечно цитировать экспертов – я ни у одного не нашел казенного оптимизма. Наверное, весь концентрируется у Силуанова… 

Может быть, какие-то технологии сбора информации и расчетов Росстата, в чем Силуанов обвинил статистиков, действительно устарели – тем более и прежде у объективных экспертов были претензии к ведомству. Однако не странно ли революционные перемены поручать чиновнику Малкову, весьма далекому от тонкостей этой сферы? Увы, от назначения нового главы ждали только одного результата. И когда он не замедлил явиться буквально через 5 дней, меня просто смех разобрал: 29 декабря Росстат объявил, что по новым подсчетам кризис победили еще в 2015 году. 2016-й, когда ВВП вроде бы падал на 0,6%, новый начальник вытянул в плюс – на 0,3%. Правда, 2017-й удалось приукрасить лишь на 0,1%, но и то – хлеб! Рост, а не падение… 

Вообще, старые игры с десятыми долями процента могут греть только чиновничьи души: есть чем оправдаться перед самым высоким начальством. Я не раз писал, что специфика нашей экономики в том, что прирост ВВП на 2 и даже 3 процента авторитетные экономисты объясняют статистическим шумом. Вот, например, в декабре стоимость газопровода «Сила Сибири», детище компании господина Тимченко, которого называют близким человеком президента Путина, перевалила за 1 трлн руб. По данным ведущего эксперта отрасли Михаила Корчемкина, издержки на подобных российских объектах минимум в два раза выше, чем в мире. Они-то и есть те самые источники даже не шума, а свиста статистического. 

Но куда как загадочнее другое, парадоксальное в мире и эксклюзивно российское явление. Это прибавка долларовых миллионеров среди моря нищеты и в лучшем случае стагнирующей экономики. Так, в минувшем году россиян с состоянием от 50 до 500 млн долларов увеличилось на 707 человек. Правда, некоторые участники дискуссии говорят, что в Индии или Китае, например, люди богатеют быстрее. Это верно, но в упомянутых странах и экономики растут в 4–5 раз быстрее, нежели в России. А наш парадокс, по словам Рубена Варданяна, инвестора и общественного деятеля, как раз в том и заключается, что «можно зарабатывать на растущей экономике, но гораздо больше – на падающей». Владимир Осипов, профессор МГИМО, подчеркнул: «Лучшее время для заработка и перераспределения капиталов в России – именно экономический кризис, заработать на котором позволяют два основных источника: спекуляции на валютном рынке и доступ к бюджетным потокам». 

Как это делается, объясняет Наталья Акиндинова, директор Института «Центр развития» НИУ ВШЭ. По её словам, в нашей экономике очень велика доля распределительных отношений: «Не скажу, что все на этом построено, но очень многое. Это модель, в которой зарабатывают не на прибыли от продажи товаров, а на потоках денег. И лучшие возможности открываются в кризис или стагнацию». 

Личные деньги люди делают двумя способами: извлекают монопольную ренту и за счет доступа к казне. Степень монополизации экономики у нас очень высока. По ряду отраслей, особенно в энергетике и строительстве, есть несколько крупных игроков, диктующих всем остальным условия и цены. По данным "Национального рейтинга прозрачности закупок – 2018", государство из-за этих игр «втёмную» потеряло 86,5 млрд рублей с поправкой на инфляцию. 

Понятно, что эффективность экономики монополистов не волнует, потому что конкурентов у них нет. К тому же в активах бесконечно растёт доля государства, а оно-то как эффективный предприниматель – никакое. «Но и многие частные предприятия в значительной степени зависят от госзаказа, от бюджетных субсидий, инвестиций, от кредитов банков с госучастием, – говорит Акиндинова. – Такие отношения порождают потоки ресурсов, получая которые, предприятие мало заинтересовано в прибыли. Иначе нужно было бы выпускать конкурентоспособную продукцию, развиваться. Но коли нет конкуренции – нет и развития». 

Обо всех подобных тонкостях простые люди, естественно, ни сном ни духом. Им хватает ценников в магазинах. И нет ничего удивительного в том, что в конце декабря ЦБ зафиксировал новый обвал экономических ожиданий россиян. Они жалуются, что в первую очередь дорожают мясо и птица (42%), а также молоко и молочная продукция (29%). Практически каждый третий считает, что в 2019 году цены вырастут «очень сильно», хотя еще весной пессимистов насчитывалось не больше 8%. 

Словом, народ теряет надежду на улучшение жизни. Индекс потребительских настроений, оценивающий уровень доходов, а также возможности людей тратить и сберегать, в декабре спикировал еще на 3 пункта – до минимальных за два года 89-ти пунктов, следует из опроса для ЦБ. То есть за год индикатор потерял 17 пунктов, чего не фиксировали с 2009 года. 

Еще до смены начальника, в середине декабря, Росстат зафиксировал, что цены на базовые продукты растут в 2-40 раз быстрее итоговой инфляционной цифры ЦБ. Анализ потребительского благополучия РАНХиГС показал, что 22% россиян находятся в зоне бедности. Значительная часть этих бедняков поставлена перед жестким выбором: купить минимальный набор самых простых продуктов (картофель, морковь, хлеб) или самые дешевые, но необходимые лекарства. Чему ж удивляться? Кроме жиреющих продуктовых цен, жаднеют разные тарифы, та же горючка дорожает с каждым днем. Инфляционные ожидания россиян на конец декабря достигли максимума за полтора года: в среднем люди говорят, что цены в 2019 году вырастут за 10%. Это более чем вдвое превышает прогноз Центробанка. Так что большинство россиян вынуждены экономить на спичках, а в зоне потребительского комфорта находятся только 28,3%. Столько человек сказали экспертам, что могут позволить себе товары длительного пользования, не опасаясь снизить уровень жизни в ближайшее время. 

Однако судьба неумолима. По данным HeadHunter, до 15% компаний (на 5% больше в сравнении с предыдущим исследованием) планируют сократить зарплаты сотрудникам. И даже если Росстат приукрасит отчетность, людям легче не станет… 

Игорь ОГНЕВ