СУБЪЕКТИВНО 

В середине октября премьер Медведев с трибуны саммита АСЕАН в Маниле погордился тем, что Россия выходит из кризиса, демонстрируя «неплохой восстановительный рост». Вроде бы повод для оптимизма наметился: во II квартале промышленность выросла на 3,8% к тому же кварталу годом ранее. Следом приподнялся и ВВП – на 2,5%, больше, чем предрекал Минэк.

Однако едва успел премьер уехать из Манилы, как в том же октябре промышленность пала бездыханной – по нулям. А в сравнении с сентябрём – и вовсе ниже нуля. Вконец огорчил Росстат: за III квартал ВВП прибавил ничтожные 1,8% – куда меньше чиновных прогнозов. Такой же результат аналитики ожидают и по году. Они рисуют порочный круг: компании заразились оптимизмом правительства и принялись забивать склады продукцией, махнув рукой на чуть живой спрос. А он так и не взбодрился. Что теперь делать с неликвидами? Ведь такой фальстарт выходит боком. Компании понабрали кредитов, в срок вернуть не могут, поскольку не с чего – продукция лежмя лежит. Словом, на всех парах близится роковая черта. В том же III квартале обанкротилось на 12,4% компаний больше, чем годом ранее: рекорд с октября 2009 г. 

Но ведь встрепенулась же экономика в октябре! Пусть рост был не гигантский, но обнадеживающий чиновников… Что случилось потом? Октябрьский подскок, по словам Георгия Остапковича, директора Центра конъюнктурных исследований ВШЭ, эпизодический. Его дали не постоянные, а временные факторы: строительство стадионов к чемпионату мира по футболу, Керченского моста, газопровода «Сила Сибири». К тому же этот прирост не компенсировал глубокий спад в среднем и малом бизнесе, а так- же в других секторах. 

Яркий пример – строительство. Росстат по итогам полугодия объявил рекордный за 9 лет рост – на семь процентов с гаком! На самом деле прирост был, но в 10 раз меньше, и Росстат признал ошибку. А в августе сектор рухнул. Лишь 8 компаний назвали свою ситуацию благополучной. Итог: доля строительства в валовом продукте за два года сжалась на 6%. 

Надо сказать, что предмет особой гордости правительства – ипотека, показавшая гигантский скачок: по числу кредитов за три квартала на 29%, а в деньгах – аж на 40%! Бум вызван снижением банковских ставок: в сентябре займы обходились в 10,5% годовых. Людей, мечтающих о своём жилье, подвигло, на мой взгляд, и надвигающееся событие: президент Путин поручил правительству и Банку России поэтапно замещать долевое строительство проектным финансированием. Да, могут, наконец, исчезнуть обманутые дольщики, но жильё подорожает на 30-40%. И где тогда брать деньги на ипотеку? Ведь кризису конца не видно, эксперты говорят, что реальные доходы большинства россиян могут ощутимо подрасти только через 4-5 лет. На прошлой неделе Росстат сообщил: падение уровня жизни ускорилось вчетверо, а за три года реальные располагаемые доходы (после вычета обязательных платежей) сократились на 11%. Впрочем, эксперты называют и 14%. И вот народ ринулся, что называется, в последний трамвай. 

С другой стороны, как только запретят привлекать бесплатные деньги дольщиков, многие застройщики просто исчезнут с рынка: уже сегодня, по результатам обследования Росреестра и ВШЭ, на грани банкротства 16- 18% компаний, а с переходом на проектное финансирование будет много больше. 

Однако хоть ипотека и слегка подешевела, но люди-то оказались в омуте – долговом. Новых ипотечников, скорее всего, ждет участь «старых». Половина из них вылетела из графика погашения займов и, по данным коллекторской компании «Кит Финанс Капитал», пытается быстрее продать заветные квартиры в счет погашения долга, не доводя до суда с банками. Мало того что процедура банкротства неимоверно дорога, так еще и цены на вторичку падают. В итоге созревает полноценный «ипотечный пузырь». 

А тут еще почти на треть разбухло потребительское кредитование. К концу октября 7 млн россиян не платили по кредитам более 90 дней. Люди берут новые кредиты, чтобы погасить старые. По данным Дмитрия Янина, предправления Международной конфедерации общества потребителей, средний долг таких заемщиков около 300 тыс. руб. при месячном доходе 20 тыс. И таких – 40%. В итоге около 10% заемщиков отдают банкам от 50 до 75% заработка, а каждый четвертый – до половины. В относительно благополучной зоне, когда банку перечисляют меньше четверти заработка, находится лишь треть должников. Цифры по долговой нагрузке населения являются «невероятными», признал 30 октября замминистра финансов Сергей Сторчак: «Рано или поздно это выстрелит». 

Чтобы люди могли расплачиваться за ипотеку и потребительские займы, в том числе – в микрофинансовых организациях под 900%, нужен рост экономики, а главное – повышение благосостояния. Ни того, ни другого нет. Почему? Потому что сформировался порочный круг: одни компании сокращают расходы и выпуск – от этого падают доходы других компаний, а главное – у первых и вторых тают заработки персонала, и следом – спрос. Бумеранг возвращается. 

И опять возникает проклятый вопрос: почему наша экономика ковыляет, словно подстреленный заяц, а то еще, придавленная неимоверными коррупционными и дорогими блатными проектами «друзей», и вовсе залегает в ямах? Ведь безнадегу пророчат не только независимые эксперты, которых власть подозревает в необъективности. На прошлой неделе не кто иной, как глава Центробанка госпожа Набиуллина, порадовала, что «период восстановительного роста почти завершен». Не успев начаться? Увы… Дело в том, что в условиях теперешнего кризиса для полноценного восстановления экономики требуется ее годовой рост не на призрачные 1,5-2%, а не менее чем на 4%. Где они? Их не докличешься, поскольку наш подстреленный заяц то и дело натыкается на бурелом проблем. 

Извлечем хотя бы пару «бревен» из этого бурелома. Вот первое. Если по всей экономике прибыль за 8 месяцев сократилась без малого на 9%, то в машиностроении рухнула на 43%! Что случилось? Я, наверное, надоел читателям занудством по части неимоверной – за 70% – доли госсектора. Но что делать? Такова жизнь. По большей части за гигантский обвал прибыли в машиностроении благодарите государство. Монополисты суют свои запредельные издержки не только в тарифы, но и в пухнущие цены своей продукции. В свою очередь эти цены и тарифы бьют по машиностроению. Да еще как бьют! Рентабельность валится со страшной силой. 

Один пример монопольных фокусников. В октябре РЖД прекратила продавать билеты на поездки с 1 января 2018 г. Из-за конфликта с антимонопольщиками. ФАС обнаружила: плацкартные билеты частенько дороже купейных. В РЖД объяснили нонсенс: да, повышаем стоимость плацкарта, поскольку растёт спрос. Рынок! Монополистов даже не осенило, что они демонстрируют извращенную логику, по которой перевозка пассажиров – не суперсоциальная функция, и торговать билетами нужно, как и семечками, на базаре. Но если «извращёнка» господствует во всей экономике, да еще и поощряется государством, то почему РЖД должна быть белым лебедем в стае черных? 

Единственным драйвером роста, как и прежде, остается сырье и всё, что с ним связано. За 8 месяцев в разных секторах ТЭКа прибыль взлетела до 2,6 раза! В правительстве не устают глаголить о том, что сырьевые доходы отступили на второй план. Однако на прошлой неделе даже глава ЦБ Эльвира Набиуллина предупредила, что без реформы, даже при нефти по $100, страна «не сможет в среднесрочной перспективе вывести рост ВВП за пределы диапазона в 1,5-2%». Это второе «бревно» в буреломе, которое эксперты окрестили структурным тупиком. 

И не стоит думать, что «бревна» из бурелома не стукнут по россиянам. Во-первых, машиностроителям срежут зарплату, и, во- вторых, поднимутся цены, к примеру, на оборудование для пищевиков – у них прибыль уже сократилась на 12%. А пищевики, в свою очередь, перекатят издержки на стоимость своей продукции. Крупнейшие молочные компании уже заявили, что с нового года их товары подорожают минимум на 10%. Думаю, что скоро подобных заявлений будет больше. Дело в том, что цены производителей сейчас растут в 1,8 раза быстрее, чем в магазинах, хотя рентабельность розничной торговли и без того упала вдвое. Не станет ведь вся торговля доводить себя до банкротства – значит, жди роста цен. 

Кажется, в новом году экономику, а значит, и всех нас, ждут новые испытания. На прошлой неделе президент Путин на совещании с руководством Минобороны и оборонно-промышленного комплекса заявил: «Все крупные предприятия в России, в том числе частные, должны быть готовы в кратчайшие сроки перейти на производство военной продукции и услуг для нужд армии». Это требуется для того, чтобы экономика могла быстро реагировать на критические ситуации, что является одним «из важнейших условий обеспечения безопасности государства», говорил президент. Оказывается, во время недавних учений «Запад-2017» в связке всей экономики и армии обнаружились недостатки. А время-то вроде как суровое. Глава Минобороны Шойгу стращает россиян тем, что США готовятся к ядерной войне с нашей страной. 

Судя по всему, Россия возвращается во времена СССР. Тогда на каждом предприятии существовали мобилизационные мощности, угнетая и без того загибающуюся экономику. И вот – снова да не ладом. Предприятиям с исчезающей рентабельностью и прибылью придется закупать дополнительное оборудование. А оно превратится в нахлебника, во-первых, потому, что будет работать только в часы пик (о прибыльности лучше не заикаться), а во-вторых… Тут и вовсе диковинный сюрприз. 

Минфин подготовил поправку в закон, которая вводит налог на движимое имущество: оборудование и транспорт. Это еще одна добавка к пакету фискальных отягощений бизнеса. Вот мнение Игоря Юргенса, вице-президента РСПП: «Классическая мера в кризис – снижение налогов. Хорошо, мы понимаем, что с бюджетом сложности, поэтому о снижении налогов пока речь не шла. Но, по крайней мере, неизменение их – это точно было обещано на всех уровнях: президент, премьер, министр финансов и так далее. Сейчас… просто резкий разворот». И ведь «отрезали» именно те послабления, что были направлены как раз на модернизацию, технологическое да и простое обновление. Без этого не вылезти из структурного тупика. Основные фонды обветшали более чем на 50%. И если поправку Минфина примут, то чем больше компании будут покупать современной техники, тем больше будут за это платить. Бизнесу только первый год обойдется примерно в 80 млрд рублей. Добавьте сюда закупку оборудования на мобилизационные мощности по заданию президента плюс налоги, которые придется заплатить за это «движимое имущество», заведомо убыточное. Где брать деньги сверх всяких планов и расчетов? 

Похоже, страна никак не хочет расставаться со статусом Верхней Вольты с ракетами, полученным во времена СССР… 

Игорь ОГНЕВ