СУБЪЕКТИВНО 

КОЕ-ЧТО О ГЛОБАЛЬНОМ ПОТЕПЛЕНИИ 

Начало в №11 

Прежде чем говорить, в чем ошибаются океанологи, опровергая миф о глобальном потеплении на Земле, лишний раз напомню о Владимире Ивановиче Вернадском, очень неудобном гении. Прожив почти век, этот человек успел сделать столько, сколько человечество за половину тысячелетия, хотя сам сознавался, что реализовал свои планы лишь наполовину. До сих пор нынешнее поколение ученых не знает, с какого бока подойти к идеям и концепциям Вернадского, потому как они противоречат существующим парадигмам и догмам.

Ну, например, сегодня, отмеряя от так называемого «Большого взрыва» Вселенной, Земле дают 4,5 млрд, ну максимум 12 млрд лет. Вернадский этот возраст планеты считал детским, потому что он составляет эоны, то есть тысячи миллиардов лет, и приводил аргументы. В связи с глобальным потеплением остановимся только на одной идее Вернадского, высказанной им в 1912 г.: дегазации Земли. Именно она лежит в основе эфир-геосолитонной концепции (ЭГК), которую много лет назад предложил и успешно развивает тюменский ученый Роберт Михайлович Бембель, кандидат физико-математических и доктор геолого-минералогических наук, профессор ТюмНГУ. Кратко напомню: заключается она в том, что в плазменное, а вовсе не металлическое, как многие считают, ядро Земли постоянно нагнетается мировой эфир, превращаясь в весомое вещество. А из земного ядра, под воздействием гигантского давления, к поверхности идёт букет газов и дальше – в космос. Этот кругооборот вещества во Вселенной в 80-х годах XIX в. обосновал еще один гениальный русский ученый Иван Осипович Ярковский. А другой наш гений и земляк, Дмитрий Иванович Менделеев, почти одновременно с Ярковским не только пришел к той же модели, но и назвал эфир первоисточником многих элементов, поместив его в начало своей Периодический системы. Правда, в таком виде таблицу опубликовали только раз, при жизни Менделеева. 

Ученые Института океанологии РАН справедливо указывают на принципиальный момент: состояние климата – явление не глобальное, а локальное. Это связано с теорией геохор Вернадского. Геохоры – части ландшафтов с эксклюзивными биохимическими особенностями. Однако океанологи останавливаются там, где Вернадский шел дальше: климат геохор – следствие геологических процессов Земли. Это видно на примере упомянутой океанологами Гренландии. В последние годы много пишут, что ледяной щит континента быстро тает. Списывают это, конечно же, на глобальное потепление. Однако «грелки» – не единственная причина, и находятся они вовсе не в атмосфере. На границе четырехкилометровых льдов с поверхностью Гренландии обнаружены огромные объёмы воды скорее глубинного, а не солнечного происхождения. Как она образуется – тема отдельная. Пока скажу, что Ледовитый океан ежегодно заливает примерно по 30 кв. км побережья. Один источник воды – как раз этот резервуар под Гренландским щитом. Второй – Атлантический и Тихий океаны добавляют в Ледовитый свои многие тысячи кубокилометров. А третья причина – Ледовитый океан относительно молод, по геологическим меркам, разумеется. Так что и в арктическом потеплении первейшую роль играют геологические причины. 

Ну а Солнце? Действительно ли, как утверждается в модели профессора О.Г. Сорохтина, в первую очередь влияют на климат колебания активности светила, угол вращения Земли относительно плоскости обращения нашей планеты вокруг Солнца и другие факторы? Разумеется, и Солнце вносит свою лепту в климат Земли, однако вовсе не тем, что нагревает её атмосферу. Влияют протоны солнечного водорода, а не абстрактные газы, которые до Земли не долетают. Уместен вопрос: откуда берутся протоны и кто их доставляет до Земли? Здесь надо сказать спасибо эффекту Джоуля- Томсона. Ученые доказали, что при повышении давления водород всегда охлаждается. Вот почему ядра всех планет Солнечной системы и самого Солнца, где давление неимоверное – 3,5 млрд атмосфер, и земное ядро с давлением поменьше, но всё же внушительным – от 3,7 до 4,5 млн атмосфер – все ядра находятся в состоянии холодной плазмы. Но когда водород и гелий приближаются к поверхности планет, где давление газов падает, они нагреваются. Поэтому корона Солнца неимоверно горячая, и в нижних слоях земной атмосферы жарко. 

Теперь о том, как возникают протоны водорода. Когда ядро планеты выдавливает водород, он вместе с другими газами образует геосолитонные трубки, своеобразные сепараторы. Геосолитонная дегазация, как и все природные процессы, имеет форму вихря, который и провоцирует ионизацию водорода. Положительно заряженные тяжелые протоны разлетаются по бокам вихря, а отрицательно заряженные легкие электроны концентрируются вокруг его оси. Полная аналогия с сепарацией молока, от которого отделяются сливки. Поскольку радиус протона в 105 раз меньше радиуса атома водорода, протоны всей компанией проскакивают на высокой скорости сквозь любое вещество от ядер планет до их поверхности. А дальше летят в том направлении, куда нацелены геосолитонные трубки-пушки. В местах, где они извергают, в основном метан, но также азот, углекислый газ или кислород – там образуется мерзлота, фиксируются морозы, в том числе – рекордные. Например, в Уренгое почва промерзает до 350 м. В лабораторных условиях эти опыты проводил в Новосибирске Василий Иванович Бгатов, членкор Академии наук. Они показали, что температура при выходе метана на месторождениях севера Западной Сибири может опускаться до минус 120°. Скорее всего, по этой причине и вымерли мамонты, а не потому, что шкуры не выдержали. Подыши при температуре минус 100° – и копыта откинешь. 

Вернусь, однако, к Солнцу, состоящему на 90% из водорода. Когда активность светила увеличивается (циклы чередуются каждые 7-17 лет), поток частиц, летящих к Земле, усиливается во много раз. Выстреливают этими потоками темные пятна на Солнце – аналоги земных геосолитонных трубок. Работают в них такие же вихри-сепараторы и точно так же делят частицы на легкие (отрицательно заряженные электроны) и тяжелые (положительно заряженные протоны). К Земле они летят, не перемешиваясь, но всё-таки одним потоком. А в земной криосфере, попадая под влияние магнитного поля нашей планеты, разлетаются по своим адресам. Легкие (отрицательно заряженные электроны) – к Арктике, а протоны, то есть ядра атомов солнечного водорода, – к Антарктиде.

Дальше происходит вот что. Поскольку водород ионизирован, его химическая активность гораздо выше, чем обычно. Он соединяется с кислородом в криосфере Земли, и вниз летят уже кристаллы льда. Исследователи Антарктиды давно заметили странное явление: небо сияет, ни облачка, но сверху сыплются тонкие иголочки льда! Откуда? Это работает ионосферный кондиционер, объясняет Бембель. Вот откуда знаменитые льды и ледяные горы Антарктиды – до 4,5 тыс. метров! А толщина льда на Северном полюсе и вокруг – максимум 12 метров. 

Кстати, еще одно последствие «брака» ионизированного водорода и кислорода – озоновые дыры над Антарктикой. Они послужили дополнительным аргументом появления Киотского протокола, хотя никаким антропогенным фактором здесь и не пахнет. Вернадский писал, что «озон непрерывно образуется в тропосфере, и особенно в стратосфере, благодаря изменению кислорода под влиянием электрических зарядов, ультрафиолетовых лучей Солнца и других космических излучений». В таком процессе Вернадский увидел своеобразную организованность нашей планеты. Биогенный кислород, переходя в озон, предохраняет жизнь от разрушительного действия ультрафиолетовых лучей Солнца, частично поглощая те лучи, которые гибельны для земных организмов. Жизнь, живое вещество, как бы само создает себе область существования. Все это полностью подтверждает мнение Вернадского о доминирующей роли внутренних геологических процессов Земли перед внешними астрономическими. 

Итак, на Антарктиду валятся ледяные кристаллы, превращая континент в огромную ледяную гору. Она пластична, и в какие-то моменты лед сползает айсбергами. Они попадают в Мировой океан и пополняют его холоднющей водой. Все крупные течения трех океанов начинаются от Антарктиды и несут айсберги к экватору – им больше некуда деваться, поскольку подпирают материки. От экватора уже горячие массы воды текут к Северному полюсу. Сегодня известно, как образовался Гольфстрим. Течение идет над чередой подводных вулканов- курильщиков на дне Атлантики. Вулканы – выходы всё тех же геосолитонных трубок, подогревающих воду до +400°. Ширина природного бойлера чуть не 1000 км, скорость огромная… 

Еще загадка, о которой никто не говорит: куда девается вода, нагнетаемая с юга в Ледовитый океан. Это не жидкость, как принято думать – в этом виде вода существует в очень узком диапазоне температур – а в основном пар до ста градусов. А если температура достигает нескольких тысяч градусов? Трудно представить, какие гигантские объемы воды превращаются в пар! Куда он устремляется? У Бембеля на сей счет такая гипотеза. Поскольку Арктика из космоса облучается электронами, вода становится летучей. Ее частицы, словно ежик иголками, окружены гидратированными электронами, химически очень активными (открыты в конце ХIХ века). И вместе с ними часть воды Арктики, вероятно, уходит в космос. Такой кругооборот возможен в Солнечной системе. 

Еще один фактор – гравитация. Над выходами геосолитонных трубок, выбрасывающими протоны водорода, она высокая, а где и когда протонных выбросов нет – низкая. К колебаниям гравитации весьма чувствительны и нижняя граница криосферы, и геоид (поверхность моря). Гравитация повышается – криосфера опускается, гравитация уменьшается – криосфера поднимается. Поскольку земная ось наклонена к плоскости эклиптики (она проходит через орбиту Земли), гравитация сезонно меняется, особенно в высоких и умеренных широтах. Вслед за этим криосфера зимой опускается, а летом поднимается. Вот так Солнце, а точнее – его протоны, действительно влияет на температуру поверхности Земли: меняя гравитацию, а не свою радиацию. И климат вокруг полюсов отличается резко потому, что в Антарктиде гравитация Земли максимальна, а в Арктике – минимальна. Причем настолько меньше, что даже уровень геоида приплюснут на 55 метров. Криосфера зимой опускается куда как ниже, и морозы там слабее антарктических почти на 30°. А колебания криосферы устраивают оттепели зимой и заморозки летом. 

Есть еще масса тонкостей, однако вывод ясен: пытаясь осмыслить миф о глобальном потеплении и механизмы, влияющие на климат Земли, нельзя, как это сделали океанологи, ограничиваться только ролью Солнца вместе с изменениями атмосферы. Это – лишь часть всей системы, которая включает и Землю, и мировой космос со всеми процессами, в нем текущими. Но если человечество не может влиять на климат планеты, то это не дает ему права загаживать всё пространство вокруг себя. Об этом – в следующий раз. 

Игорь ОГНЕВ