КОЛЛЕКТИВНЫЙ ПОРТРЕТ 

Его уважали коллеги, с которыми у него были самые добрые отношения. А питомцы, коим он отдавал всего себя без остатка, до конца дней поддерживали с ним связь: навещали, сопереживали его горю, делили с ним радость. 

Почти сорок лет Геннадий Семёнович БУБНОВ отдал педагогической работе в Маслянской школе. Он был настоящим другом ребят. Уроки математики у него превращались в увлекательный коллективный поиск истин. Никогда не распекал своих питомцев, никого не упрекал. Вместо этого тонкий юмор над неудачным ответом и неподдельное восхищение победой ученика над теоремой, над жизненной ситуацией. Быть на высоте ему помогала эрудиция: он знал три иностранных языка, писал стихи, его оригинальные шахматные задачи печатал всесоюзный журнал «Шахматы в СССР». 

Три месяца назад Геннадия Семёновича не стало. Но он остался в сердцах учеников (многие сами стали педагогами), в их воспоминаниях и письмах любимому учителю. 

ПЛЕЧО НАСТАВНИКА 

– Вспоминая прожитое, часто возвращаешься в далёкое прошлое, к тем людям, которые сыграли огромную роль в становлении тебя как личности. Таким для меня был Геннадий Семёнович Бубнов – учитель от Бога, неординарная личность, необыкновенной души человек, мой наставник и просто друг. Его уроки математики проходили всегда интересно. Но он учил нас и многому другому. Вёл в школе кружок «Юный журналист». Часто писал в районную газету. Именно под его руководством там стали появляться и мои заметки. 

Летом мы, старшеклассники, работали с детьми, возглавляя разновозрастные отряды. Геннадий Семёнович не только помогал нам в этом, он сам вёл один из отрядов. Были соревнования, игры, конкурсы, посильная помощь предприятиям села. А в конце состоялся отчётный концерт. Как всё это было интересно и увлекательно! Ну, а главное – дети были заняты, у них не оставалось времени для хулиганства и скуки. 

Иногда к нашей группе, гуляющей возле железной дороги, присоединялся Геннадий Семёнович. Это были незабываемые вечера! Обсуждали фильмы, спорили, шутили. Но на следующий день при проверке знаний именно мы первыми оказывались у классной доски. Как говорится, без поблажек. 

Плечо наставника я ощущала и тогда, когда уже сама работала в школе. Геннадий Семёнович посещал мои уроки. И как волнительно было выслушивать оценку от своего наставника. Одну из них он дал в газете «Трудовое знамя»: «Инна Александровна не жалеет сил, чтобы её подопечные прибавляли в технике чтения, эрудиции и интеллекте. Но самое главное – своим благородным гуманитарным предметом она пробуждает у них добрые чувства». 

Спасибо тебе, дорогой человек, за то, что ты был в моей жизни и навсегда останешься в моей памяти. 

Инна УРИХ 

ПИСЬМО К УЧИТЕЛЮ 

– Добрейший вам день, Геннадий Семёнович! Пишет Вам ваш бывший ученик Плаксин Владимир. Узнал, что Вы малость приболели. Решил гостинцев прислать для скорейшего и полного выздоровления. Также высылаю Вам книгу по шахматам с автографом Анатолия Карпова – он недавно был в нашем городе. У меня всё хорошо, женат, работаю, вырастил двух сыновей. Геннадий Семёнович, может, что надо, не стесняйтесь – звоните, чем могу, помогу. 

Всегда с теплотой вспоминаю ваши уроки математики, вашу внеклассную работу и отдых с нашим классом. В 2000 году я решил получить дополнительное образование. На экзамене по математике мне поставили твёрдую четвёрку (логарифмы подвели). Честно говоря, не готовился, а с собой были только таблицы Брадиса. Председатель экзаменационной комиссии, узнав, что школу я окончил аж тринадцать лет назад, прервал экзамен и давай кричать на весь институт о преимуществе советской системы образования. Я его еле успокоил, сказав, что не у всех были такие учителя, как наш Геннадий Семенович. Вы, я помню, в основном не по учебнику нас учили. В общем, дай Вам Бог всего за ваш труд. Главное, не болейте, не падайте духом – всё будет хорошо. 

Владимир ПЛАКСИН 

КАК НАМ ЗАВИДОВАЛИ! 

– Геннадий Семёнович был с нами во всех делах. И на заготовке дров для школы, и в лыжных походах, и на вылазках в лес. И во всё он привносил что-то необычное. Однажды после уроков в наш девятый пришло письмо, а в нём сообщение о «зарытом кладе». Была приложена карта с подробными ориентирами. Надо ли говорить, какое началось оживление. Километра три мы шли по этому путеводителю. В конце пути увидели кучу хвороста, а под ним картошка, конфеты, спички, чтобы разжечь костер и изладить печёнки. И тотчас из-за кустов поздравить нас с удачной находкой вышел Геннадий Семёнович. Боже, как же было весело! И как нам потом завидовали ребята из других классов. 

Александр УРИХ 

ОН БЫЛ ПРИМЕРОМ 

– Всё, что помню из школьной жизни до 8-го класса, это побелка помещений в зимние каникулы и игра в чехарду на переменах. А потом классным руководителем в наш восьмой пришёл Геннадий Семёнович. И появилась стенгазета, да не обрывочек трафаретный, а на ватмане или на обоях пятиметровой длины. Про школьную жизнь. Красочно оформленная. Содержательная. Но чтобы в неё что-то написать, надо это что-то сделать. Так газета стала организатором хороших дел. Однажды районная газета посвятила целую страницу нашим заметкам. 

Как не вспомнить переход на самоуправление! Я в это время болела. Склонив класс к новому делу, Геннадий Семёнович (прошагал по слякоти два километра) пришёл агитировать и меня, комсорга школы. Мой папа тогда сильно удивлялся, что учитель явился на дом к какой-то соплюхе и на полном серьёзе два часа убеждает ее, что всё получится. Получилось, хотя наше самоуправление стоило ему больших сил и нервов. 

Он стал зваться не классным руководителем, а наставником, что подчёркивало нашу самостоятельность и ответственность. Мы сами проверяли дневники, проводили родительские собрания, организовывали уборку класса и помощь слабо успевающим. Устраивали политбои, тематические вечера, экскурсии, подрабатывали зерно на хлебоприёмном пункте. Проводили «Клуб выходного дня». При необходимости привлекали учителей. Но за всё отвечали мы, комсомольцы. За всем этим незримо стоял Геннадий Семёнович. Хотя план работы «Клуба» утверждала администрация школы, но за огрехи и сбои спрашивали с наставника. Мы старались его не подводить. 

Геннадий Семёнович в школе и институте изучал немецкий, затем самостоятельно освоил французский и английский. Этот факт заставил и нас обращать внимание на иностранный. В результате я, например, стала учителем немецкого и английского. 

Последние десять лет Геннадий Семёнович жил в Доме- интернате. Он вёл активный образ жизни, занимался общественной работой, мужественно сражался со своими болезнями. К нему наведывались бывшие ученики. Мы с сестрой Валентиной (Геннадий Семёнович был и её наставником) приезжали к нему каждую весну и осень. Перезванивались. Последние месяца три Геннадий Семёнович звонил часто. Говорил медленно, иногда замолкал. Будто прощался. 

Один из лучших учителей нашей школы, он был примером во всём. Нам будет его не хватать. 

Нина ФИЛЁВА (КРЫЛОВА) 

P. S. Закончить коллективный рассказ об Учителе уместно словами Дмитрия Ивановича Менделеева: «Вся гордость учителя в учениках, в росте посеянных им семян». Как видим, семена дали хорошие всходы. 

НА СНИМКАХ: Геннадий Семёнович Бубнов; он же среди учеников. 

Юрий БУБНОВ /фото из архива автора/