Бывает, разговоришься с попутчиком, чтобы скоротать в дороге время, и беседа полезной окажется. Или в очереди – слово за слово, и вдруг завязалось знакомство.

Имя у моей собеседницы оказалось необычное, редкое: Рема Васильевна.

– Что оно означает? – спросила.

– Революционный мир.

– Так было модно называть девочек в 20 - е годы.

– Верно. Папа мне имя выбрал, а родилась я в городе Термезе Узбекской ССР. Отец служил на границе с Афганистаном. С бандитами воевал. Мама была секретарем-машинисткой.

– А вы по профессии… – пытаюсь угадать, глядя на женщину с добрыми глазами. В облике ее читается благородство. Профессия накладывает на человека отпечаток, и я осмелилась предположить:

– Вы… учитель.

– Математики, – улыбнулась Рема Васильевна, – вам «пятёрка». Я в 7‑й школе работала. В Тюмени живу с 1959 года.

– Приходите в гости, – пригласила она. И я пришла.

Меня ждал сюрприз. Оказывается, Рема Васильевна – искусная мастерица. Вышивает удивительной красоты картины. Сколько требуется вложить труда, терпения, потратить времени, чтобы создать настоящие произведения! Без души и таланта здесь не обойтись.

Рема Васильевна вышивает гладью и креcтиком, вяжет крючком дивные кружева, салфетки и скатерти. Каждая работа неповторима. Рукоделием она занимается с детства. Навсегда ей запомнилcя 1942 год. Голод. Мама решила сшить мягкую игрушку из ненужных тряпок, сделала выкройку, а маленькая Рема набила чехол ватой, мордочку вышила. Заяц получился просто загляденье: солидный, величиной с полметра. Мама пошла на базар, чтобы его продать. Не донесла. Встретились по дороге добрые люди, предложили обменять игрушку на буханку хлеба. Это была большая радость и удача.

– Мы жили тогда в городе Кинешма, – говорит Рема Васильевна, – по карточкам получали 300 граммов хлеба, в школе детям дополнительно, бывало, давали по 50 (маленький кусочек), подкармливали в столовой. Это спасало жизни.

Мама шила платочки, которые отправляли в посылках на фронт бойцам. Вечером в комнате темно, из-за экономии лампочка горела тускло. Я ставила стул на стол, усаживалась поближе к этой лампочке и не ложилась спать, пока не обвяжу все платочки.

Когда училась в девятом классе, вышивала кофты, шторы. Люди охотно покупали. Мне не нужно было просить у мамы денежки в театр – рукоделие выручало.

Семья осталась без кормильца. Отец Василий Феоктистович Карюхин ушел на фронт добровольцем, без вести пропал в 42‑м. В старших классах Рему увлекла работа пионервожатой – младшие слушались и уважали. Ей была интересна общественная жизнь школы. Она выбрала свой профессиональный путь безошибочно. Окончила институт, стала работать учителем математики.

Гуманитариям точные науки даются трудно, Рема Васильевна умела доходчиво объяснять сложное, читала вслух книжку В. Лёвшина «Три дня в Карликании», где задачки подавались в увлекательной форме. Вспоминает: «У! Как слушали! А мне радостно, что дети стараются, делают успехи».

Школьная жизнь была наполнена приятными заботами: создание музея боевой славы, встречи учеников с фронтовиками, походы, трудовой лагерь «Ленинец», легендарные сельхозработы, демонстрации и многое другое. Рема Васильевна не мыслила себя без общественной работы.

– Вышла на пенсию, у меня появилось время, чтобы заняться рукодельем, – замечает она. – Когда работала учителем, не до вышивок было. В 80‑х я стала вести в родной школе кружок вышивки и макраме. Даже мальчишки охотно ходили на занятия! Как им нравилось из веревок плести кашпо…

233-12-3Рассказывать о своих заслуженных наградах Рема Васильевна не стала, поскромничала. Она – ветеран труда, имеет медали «За доблестный труд» и «Победитель в социалистическом соревновании».

– Не это главное, – говорит, – приятно, что многие выпускники школы состоялись как личности, самый известный из них – доктор филологических наук Сергей Комаров. Я давно уже в школе не работаю, но меня не забывают. В праздники обязательно поздравляют, цветы дарят, в школу на встречи приглашают.

Трое детей Ремы Васильевны связали свою жизнь с точными науками, получили прекрасное образование. Четверо взрослых внуков обожают бабушку Рему, заботятся о ней. Хотя зрение у нее не то, не сдается, не унывает. Вяжет салфетки, носки, варежки. А коллекцию вышивок хранит как бесценный дар.

На одной из выставок в Тюмени демонстрировались работы Р. В. Забавиной. Люди восхищались искусными произведениями – не каждому такое умение дано.

Учитель и рукодельница Рема Васильевна улыбнулась: «Просто надо любить свое дело».