ПРЕСС-ОБЗОР 

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ПОСЫЛ НЕ СТЫКУЕТСЯ С МЕСТОМ 

Президент России Владимир Путин провел традиционную прямую линию, в ходе которой почти четыре часа общался в телевизионном прямом эфире с согражданами.

Граждане воспринимают эту форму азартно, поступило около двух миллионов вопросов и обращений. Начали с экономики. Путин честно признался, что «очень хочется послать позитивный сигнал в общество», и привел статистические данные, свидетельствующие о преодолении рецессии. И тут же уточнил, что нерешенных, острых проблем хватает: «У нас снизились реальные доходы граждан за последние несколько лет, и что особенно тревожно – это то, что увеличилось количество людей, живущих за чертой бедности». 

В подтверждение ведущая Татьяна Ремезова привела статистику, основанную на обращениях граждан. Медсестра на космодроме Восточный получает 10 246 руб., дошкольный педагог в детском саду №111 в Астрахани – 7935 руб., начальник пожарной команды из Саратовской области – 8 тыс. руб., почтальон в одном из регионов – 3,6 тыс. руб. Все они спрашивали: как жить, отмечает «Коммерсантъ»

– Насчет 3,6 тыс. надо проверить, откуда берутся такие цифры. Но все люди, которых вы перечислили, относятся к такой категории бюджетников, которые не попали в так называемую указную категорию. 

На экране появилась Алена Остальцова из Иркутска. 

– Я из города Шелехова, работаю учителем начальных классов, отработала год, но свыше 16,5 тыс. я не получала. Не получала и подъемные для молодого специалиста. Я очень люблю свою работу, но зарплата не оставляет мне выбора. Как существовать на эти деньги? 

– Город Шелехов, видимо, небольшой населенный пункт,– отвечал Путин.– Не знаю, насколько комплектна ваша школа, но мы с вами знаем, и все другие учителя страны знают, что была поставлена задача довести заработную плату учителей до средней по экономике. Я боюсь ошибиться, не помню точную цифру, сколько средняя зарплата в Иркутской области − где-то 30 тыс. с небольшим... 

Президент добавил, что деньгами учителей и определением уровня зарплаты распоряжается руководство школы: 

– Ясно, что молодой специалист должен получать меньше, чем опытные педагоги со стажем. Но неясно, почему в два-три раза меньше. Надеюсь, что руководство области и соответствующих структур, которые занимаются образованием, обратят на это внимание. 

От внутрироссийских вопросов перешли к санкциям, под которыми, по словам президента, Россия жила с того момента, когда начала вставать на ноги. Путин отметил, что всегда считал, что введение ограничений ни к чему хорошему не приводит. Но оказалось, что санкции заставили включить голову и пошли на пользу. 

– Владимир Владимирович, мы воспринимаем санкции как подарок, дополнительный инструмент поддержки нашего агропромышленного комплекса. И ответные меры, которые были введены, уже дали свой эффект, − горячо убеждал главу государства глава Национального овощного союза Сергей Королев. − Мы, что касается овощеводства, растем такими темпами, которыми не росли за все время Советского Союза и современной истории России! Будем ли мы продлевать наши антисанкции в ответ на решения, которые были приняты на Западе? Не дай Бог, эти санкции кончатся, можем ли мы рассчитывать на вашу поддержку в защите нашего внутреннего рынка? 

Президент ответил, что санкции продлены до 31 декабря, дальше «будем смотреть, как будут складываться наши отношения со странами, которые вводят ограничения в отношении нашей экономики». Но ограничения не могут длиться вечно – отечественные производители должны быть к этому готовы. 

Возможно, Путин далее рассказал бы и о новых газотурбинных двигателях (предыдущий был сделан аж 29 лет назад! Страна узнала об этом, когда главному конструктору дали орден) и прочих высокотехнологичных вещах, где мы, по простодушному признанию премьера Дмитрия Медведева, думали, что уже утеряли компетенцию, да, видимо, не та аудитория. Звонки опустили Владимира Путина с технологических высот на землю. 

В студию позвонила Наталья Калинина из Забайкальского края. Её жилье в селе Шивия полностью сгорело, а предоставленное взамен оказалось непригодным для проживания. 

– У меня на руках маленький ребенок, я мать-одиночка. Куда я только не обращалась, но все инстанции занимаются только отписками. Наша районная администрация только разводит руками! Дочке в этом году идти в первый класс, а у нас нет прописки. Проживаем мы в старом заброшенном доме. Владимир Владимирович, будьте добры, помогите! Храни вас Бог! 

– Забайкальский край? Странно… Я попрошу губернатора с этим разобраться, обязательно попрошу разобраться прокуратуру: где деньги (предусмотренные на строительство жилья для погорельцев), как они были израсходованы. Но в любом случае, Наталья Александровна, вашу проблему решим. 

Следующий звонок был не проще: Иван Таркин из Владивостока интересовался судьбой «дальневосточного гектара». 

– Господин президент, подскажите, что у нас творится? Кроме как издевательством это не назовешь! Чтобы зарегистрировать свой участок, нужно сидеть месяцами на сайте, и все зря: программа постоянно зависает. Мне удалось каким-то чудом получить кадастровый номер, распечатать договор, подписать его и в феврале отдать в земельный комитет Владивостока. И с тех пор договор на руки мне не выдают под различными предлогами. А вот 100 лет назад у Столыпина с его примитивными инструментами таких ошибок не было. Почему? 

– Про Столыпина, конечно, вы к месту вспомнили…– заметил Путин.– Только надо иметь в виду, что там были еще и столыпинские вагоны, куда насильственно помещали людей, и были так называемые столыпинские галстуки. Это не что другое, как виселица. Правда, надо не забывать то положительное, что было сделано Столыпиным для нашей страны. Но у нас смертная казнь не применяется, как вы знаете, хотя иногда... − президент замялся, − вы понимаете, что я имею в виду. 

Путин добавил, что программа вполне работающая (из 92 тыс. заявок 27 тыс. уже удовлетворены, а получение участка занимает всего два с лишним месяца), но признал, что случай Таркина плохой: «Постараемся помочь, уверен, что и министры сейчас нас соответствующие региональные слушают, и вице-премьер Юрий Трутнев слышит, они среагируют». 

На экране появилась Елена Михайленко из Балашихи. 

– Мы находимся в тяжелой ситуации, просто невыносимой. В черте города, всего в 200 м от жилых кварталов, детских садов и поликлиник, а также в 20 км от Кремля, находится огромная свалка – самая большая в Московской области! Там происходят ежедневные возгорания, невозможно дышать, постоянно происходит выброс газов: метилмеркаптан, диоксид серы! Этим всем мы дышим. Рвота, тошнота – постоянно. Это просто невыносимо… 

– Вопрос очень болезненный и сложный,– признал Путин.– Я смотрю, вы стоите на фоне дома − ему явно не 50 лет (на протяжении этого времени складывалась свалка). Надо вспомнить, наверное, «добрым словом» тех, кто принимал решение о строительстве в этом месте. 50 лет складывалась. Но мы имеем то, что имеем, и должны на это реагировать. 

Ведущий Дмитрий Борисов сказал, что Балашиху для съемки выбрали неслучайно. 

– Ну, естественно, чего же! Там люди живут, а рядом вонища! 

– Экран, к сожалению, не передает запах,– «утешил» Борисов, показав фотографию свалки, наскоро обвешанной цветными шариками.– Говорят, что проблемы вроде нет. 

Следующее включение было из куда более приятного места: Ольхон, озеро Байкал. Камера взяла крупным планом жителя Виктора: 

– Начнем с дороги. Дорога от парома до Хужира отвратительная, считайте, что ее нет вообще! Ею никто не занимается, уже 10–15 лет отсыпки не было, а начальство наше из области и из района прилетает только на вертолетах, они дорогу эту не видят и не знают, что это такое. Теперь по воде: мы живем на воде. Посмотрите, сколько воды у нас, а пьем из скважины! Пьем такую дрянь: берешь чайник трехлитровый, как будто он полный, а там накипи в два пальца! И никакой фильтрации, ничего − не могут даже водонапорную башню хорошую поставить. 

– Дорогу, я так понимаю, здесь нельзя строить? Или можно? – уточнил Путин 

– Дорогу нельзя строить, потому что по закону на острове нельзя делать карьеры − только на материке. А паром ходит через час, через него каждую машину не навозишься! Когда у нас организовали Прибайкальский национальный парк, нам обещали золотые горы: «Мы ваши права ущемлять не будем, ничего плохого у вас не случится». А на самом деле случилось все! В лес – нельзя, в поле – нельзя, скотину (даже до того дошло) стали арестовывать: «Если в первый раз не поймете, будем отстреливать вашу скотину!». 

– Вы сказали о том, что слишком ужесточили экологические нормы, но эти территории наверняка защищены нашими международными обязательствами. Что в этой связи можно сказать? Все должно быть в рамках разумного. Водоохранная зона, о которой Вы говорите, она должна соответствовать не только статусу и значению Байкала. Она должна соответствовать и потребностям людей, которые там же живут. Нужно будет внести изменения в эти законы. 

Валентина Соковская из Ставрополья рассказала Владимиру Путину про свои проблемы с пострадавшим от наводнения жильем. 

– Трескаются стены, садится потолок, всё осыпается. Помощи от государства − никакой! Надеемся, может быть, поможете чем- то…

– Валентина, то, что вы мне сейчас сказали, очень странно, вообще не укладывается у меня в голове. И я хочу спросить: вам 10 тыс. выплатили? И 50 тыс.– за частично утраченное имущество? 

– Нет, выплат до сих пор нет. 

– Вообще никаких?! 

– Нет, помощи никакой не было. И я не одна такая. 

– Это очень странно, потому что деньги, необходимые для поддержки пострадавших семей, перечислены в Ставропольский край. И я хочу задать вопрос своему двойному тезке – губернатору Ставропольского края. Владимир Владимирович, где деньги? 

Вопрос звучал страшно, в СМИ тут же появились сообщения о добровольной отставке Владимирова, что выглядело комично, замечает «Lenta.ru». Однако в пресс-службе главы региона поспешили сообщение «категорически опровергнуть». А сам Владимир Владимиров поспешил в село Краснокумское «лично разобраться». 

Президент пообещал разобраться в проблеме Светланы Романовой из Челябинской области, пожаловавшейся, что после решения об увеличении охранной зоны (со 100 до 150 метров) находящегося рядом газопровода ее обязали снести садовый дом за свои средства и без компенсации. 

«Тех, кто уже построился в 100-метровой зоне, нужно оставить в покое, а запретить лишь новое строительство», – прокомментировал Путин. 

В администрации Челябинской области тут же напомнили федеральное законодательство, отметив что «с моральной точки зрения такие решения нельзя назвать справедливыми». 

Федеральный посыл не стыкуется с местом. 

Сергей ШИЛЬНИКОВ 

Евгений КРАН /рис./