Улица Щорса одна из самых маленьких в Тюмени, на ней с десяток домов. При упоминании имени этого героя Гражданской войны сразу вспоминаются слова из песни «Щорс идет под знаменем – красный командир…». Её сочинили в 1935 году поэт Михаил Голодный и композитор Матвей Блантер, она сразу полюбилась советскому народу.

Бывший подпоручик царской армии

Родился Николай Александрович Щорс в 1895 году в семье машиниста-железнодорожника в украинском городе Сновске. В 1909 году будущий герой окончил церковно-приходскую школу, поступил в семинарию, но священником стать не захотел. Когда началась война с немцами, он получил повестку в армию и был воодушевлен тем, что идет бить врага.

Так как у парня имелось неплохое образование, его направили в киевскую школу военных фельдшеров. Полтора года Николай Щорс провел на фронте, а после учился на ускоренных четырехмесячных курсах Полтавского военного училища, которое готовило младших офицеров-прапорщиков для действующей армии. Накануне февральской революции он получает звание подпоручика. Октябрьский переворот 1917 года Щорс не поддержал. Но год спустя числился в левоэсеровском Курском полку, после примкнул к большевикам. Почему он так поступил? Историками выдвигаются разные версии. Одна из них – Щорс влюбился в чекистку Фруму Хайкину, она и повлияла на его политический выбор. Фрума родит Щорсу дочку Валентину.

В 1918 году будущий красный командир возвращается в родной Сновск, где организовывает партизанский отряд с громким названием «Первая революционная армия». Очевидцы отмечали, что отряд Щорса только тем и занимался, что нападал на небольшие команды немецких солдат, которые отправляли в Германию обозы с продовольствием. За плечами командира уже был опыт войны, и он вскоре создает Первый Украинский советский полк имени Ивана Богуна. Богун – это казачий полковник, сподвижник Богдана Хмельницкого. Неслучайно Николай Щорс назвал полк его именем. Сослуживцы красного командира отмечали, что и Щорс, и Богун одинаково дерзки, жестоки, они недолюбливали Москву, не хотели подчиняться кому-либо и ненавидели поляков.

Тайна гибели

Николай Щорс показал себя смелым талантливым командиром. Жизнь его оборвалась 30 августа 1919 года. Во время боя с петлюровцами у маленькой деревни под Коростенем красноармейцы попали под обстрел пулеметчиков, и командир был убит врагами. Такова официальная версия. Однако 4 марта 1938 года заместитель командующего Харьковским военным округом Казимир Квятек заявил, что находился во время боя рядом с комдивом. 100-4-5По позициям действительно бил пулемет противника, но в Щорса выстрелил кто-то из своих. Вот почему его тело спешно спрятали и увезли хоронить в Самару. Такому заявлению органы НКВД не дали ход, смелого заявителя арестовали и расстреляли. Лишь спустя 11 лет в Самаре всё же провели эксгумацию останков Щорса. Выводы экспертизы таковы: «Повреждения черепа нанесены пулей… ранение в области затылка…». Это подтвердило заявление Квятека. Значит, не вражеский пулеметчик, а кто-то из своих расправился с красным командиром. Иван Дубовой, помощник начдива, утверждал, что «за миг до гибели Щорса один из красноармейцев закричал: «Какая-то сволочь с ливорверта стреляет!». Кто этот человек, нанёсший смертельный удар в спину? Историки ломают голову по сей день. Называют несколько имен, причастных к драме. Первый подозреваемый – матрос Павел Дыбенко. Личность на ту пору довольно известная. Это муж Александры Коллонтай, старый партиец и друг Ленина. Дыбенко возглавлял оборону Киева, которую бездарно провалил и сбежал из города, оставив тем самым бойцов Щорса на произвол судьбы. Дыбенко опасался, что красный командир расскажет правду о его роли в киевской трагедии. Другой подозреваемый – политинспектор Павел Танхиль-Танхилевич, прибывший по распоряжению Сергея Аралова, члена реввоенсовета 12-й армии. Аралов ненавидел Щорса, в отчётах писал, что полк Щорса – это сборище бандитов, которое представляет угрозу советской власти. Но Щорс обладал авторитетом, арестовать и убрать его официально не решались. Поэтому появление доверенного человека Аралова в дивизии Щорса не было случайным. Кстати, именно Танхиль-Танхилевич утверждал, что красного командира убил вражеский пулемётчик. Он приказал забинтовать голову мёртвому Щорсу и не разрешал её разбинтовывать. После гибели командира инспектора и след простыл.

Николая Щорса вычеркнули из истории Гражданской войны. Личность красного командира стала известна всей стране благодаря песне и художественному фильму «Щорс». Александр Довженко в 1935 году получил заказ от Сталина снять патриотическую кинокартину о Щорсе, консультантом которой был Иван Дубовой. Но увидеть картину ему было не суждено. Замначальника дивизии Щорса Ивана Дубового в 1937 году репрессировали. Фильм вышел на экраны в 1939-м, сцены гибели там нет.

Именем красного командира

В 1935 году Сновск переименовали в Щорс. Одной из его достопримечательностей стал мемориальный музей народного героя. Воздвигнут и памятник: Щорс восседает на коне, победоносно подняв руку. Во многих городах СССР в названиях улиц увековечили имя красного командира. Не стала исключением и Тюмень. Любопытно, что на нашей улице, в доме №4, по уверению старожилов, жил адъютант Щорса. Звали его Михаил Ефимович Рабенок (фамилия записана со слов, возможно, она звучала иначе). Якобы этого человека направили в Тюмень по партийной линии. Работал он начальником 11-го цеха судостроительного завода. О Щорсе, и тем более о его гибели, ничего не рассказывал. Михаил Ефимович был «пожилым, по обличию полным, в общении – простым и неболтливым» – так мне его обрисовали. Говорят, что Рабенок долгое время жил один, потом женился, у него родилась дочка.

100-4-2Улица Щорса возникла на пустыре. Первыми строениями здесь были деревянные бараки. В них поселились калмыки, которых эвакуировали в войну с Поволжья, в основном старики и дети. Местное население на них смотрело с жалостью: истощенные, в грязной рваной одежде, дети – кожа да кости. Ели калмыки тухлое мясо и спасались от голода национальным напитком. Заваривали зеленый чай, добавляли ложку масла, соль и употребляли его вместо супа.

Недалеко от бараков стояла деревянная баня. Пока рабочие судостроительного завода мылись, их одежда проходила санитарную обработку, во избежание педикулеза. Эту специальную комнату народ называл «прожарка». Старейший завод тюменских корабелов, в годы войны выпускавший торпедные катера, находится в минуте ходьбы от улицы Щорса. После напряженной смены уставшие, продрогшие люди чуть ли не валились с ног. За стратегически важной продукцией завода прибывали моряки из воинских частей. Испытания торпедных катеров проводились на Туре. Одно испытание прошло неудачно, торпеда сорвалась, утонула. Поднять её не смогли (она по сей день лежит на дне Туры). После этого случая катера с оружием стали перегонять на Каму.

Неказистая деревянная банька, которая помогала людям избавиться от простуды и поддержать здоровье, сгорела в конце войны. Потом снесли опустевшие бараки, калмыки после войны вернулись домой. На месте бараков стоят теперь пятиэтажные дома. Улица Щорса начала обретать цивилизованный вид более полувека назад. Она входила в своеобразный городок судостроителей, включающий соседние с ней улицы Котельщиков, Харьковская (бывшие 1-я и 2-я Таборные), Павлика Морозова, Лагерная (сейчас Елизарова).

Журналист Александр Прокопьевич Фатеев писал в 1957 году в своём очерке: «…В городке судостроителей ровными рядами стоят жилые дома. Несколько лет подряд работают ремесленное училище, школа ФЗО, открыты магазины, детский сад и ясли, другие культурно-бытовые учреждения. Всё это построено за последние три пятилетки. Да и сейчас строительство идет полным ходом. На улице Щорса достраивается красивое трехэтажное здание. В доме оборудуется водяное отопление, ванные комнаты, канализация. В нижнем этаже будет открыт гастрономический магазин». Упомянутый дом и по сей день имеет на первом этаже магазин.

Двухэтажное здание ремесленного училища не сохранилось. В нём готовили токарей, судосборщиков, плотников, маляров и рабочих других специальностей. Практику ребята проходили на судостроительном заводе. В помещении ремесленного училища был небольшой кинозал, столовая. А вот здание другого учебного заведения живо. Очевидцы говорят, что домик №5 строили заключенные из колонии, на работу их приводили под конвоем. В начале 60-х в этом симпатичном домике звучал задиристый звонок, призывающий юных тюменцев на уроки. Здесь находилась начальная школа, но после она стала вечерней. Сейчас тут размещается Областная специализированная детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва.

В пятиэтажке №11/2 раньше располагалась медсанчасть судостроительного завода, теперь – консультативно-диагностическое отделение областной клинической больницы восстановительного лечения. 100-4-6Сама же больница находится чуть поодаль, во дворе.

В доме 8 на Щорса жил Почётный гражданин города Тюмени Юрий Максимович Шешуков. Он работал токарем на судостроительном заводе, куда устроился в 1963 году. Шешуков – ветеран Великой Отечественной войны и ветеран труда, кавалер ордена Ленина, удостоен звания «Заслуженный машиностроитель РСФСР».

В 50-х годах на улице Щорса возле жилых домов появились просторные дворы, чтобы людям было, где отдыхать, а детям играть. У тротуаров высаживали деревья. Липы, рябины и клены выросли, теперь они делают улицу уютней и оздоравливают воздух. Хорошо бы современным градостроителям, предпочитающим плотную застройку, сохранить существующий здесь микроклимат…