22 (10 марта) исполняется 140 лет со дня рождения первого редактора газеты «Тюменский рабочий», видного революционного деятеля Арона Сольца.

В советское время эту дату всенепременно отметили бы торжественным мероприятием, сейчас вряд ли вспомнят о ссыльном революционере. Прежние герои отправлены в «отставку».

В биографии Сольца есть факт, который сразу обращает на себя внимание. В 1937-1938 годах Арон Александрович смело выступал против массовых репрессий. Это при всеобщей-то боязни быть названным «врагом народа» и получить пулю, в лучшем случае, надрываться на рудниках. Чего ради Сольц рисковал собой? То обстоятельство, что правдолюбец Арон занимался журналистикой, меня тоже заинтересовало, выходит – коллега. И я отправилась в архив, чтобы узнать из первоисточников подробности жизни и деятельности товарища Сольца.

В Государственном архиве социально-политической истории Тюменской области мне выдали несколько папок документов. Удача сразу шла в руки: тут и донесение ротмистра Полякова в жандармское управление о пребывании в Тюмени Сольца, и само письмо Арона, и его подробная биография. События выстраивались зримо, философия жизни раскрывала глаза на многие вещи. Так сложился этот рассказ.

Арон Сольц родился в 1872 году в местечке Соленикас Виленской губернии. Родители его, купцы, старались дать сыну хорошее образование. В 1895 году Арон поступил на юридический факультет Петербургского университета. В столице среди студенчества в полном разгаре кипели политические страсти. Молодые дерзкие вольнодумцы мечтали о строительстве нового мира. И Сольц был в их числе. Он напишет о себе: «Я впервые прочитал в гектографической тетради, переходящей из рук в руки, учение К. Маркса в изложении Каутского. Ни одна книга никогда впоследствии уже не играла в моей жизни такой роли, как эта гектографическая брошюра. Я решил с ней не расставаться и, не выходя из квартиры, всю ее переписал собственной рукой. С тех пор участь моя была решена. Я стал изучать рабочий вопрос, я нашел себя, я стал революционером и старался сделаться марксистом».

047-4-4«С 1998 года Арон Сольц – активный подпольщик, член социал-демократической группы «Рабочее знамя». В этой группе начинали свой революционный путь многие известные большевики: Ногин, Урицкий, Фрумкин. Началась беспокойная жизнь профессионального революционера – проживание по чужим паспортам, поездки из города в город для организации связи с товарищами, перевозки нелегальной литературы. Активно включилась в борьбу сестра Арона Эсфирь Александровна, она стала соратником и верным другом брата на всю жизнь. Была и в тюрьме, и в ссылке, вместе с братом и врозь» (Из доклада Павла Абрамовича Лурье, члена партии 1917 г.).

Сольцу как-то не очень везло в жизни, несколько раз его предавали, и он оказывался в заключении. Характер человека во многом определяет судьбу: если действовать «тихой сапой», изворачиваться, не вступаться за правду, угождать, то легче добиться своего, а на репутацию можно и наплевать. Нет, не таким был бескомпромиссный Сольц. «Совестью партии» называл его Ленин за честность и преданность идее.

В 1903 году в Екатеринославе были арестованы хозяева подпольной искровской типографии супруги Кушель. Их выдал провокатор, зубной врач Батушинский. Чету Кушель судили в Харькове, так и не узнав подлинные имена подсудимых. Это были Арон Сольц и бежавшая из сибирской ссылки Анна Зевина. На шесть лет подпольщиков упрятали в тюрьму, но революция 1905 года даровала им свободу. Сольц опять берется за подпольную работу в Вильно, под угрозой ареста бежит в Петербург. И снова усмешка судьбы! Дом, в котором снимали квартиру Арон и Эсфирь, проверяли полицейские, тут и попались им знакомые имена. Чтобы отправить под суд подозрительных личностей, улик не нашлось, но на всякий случай сослали Сольца с сестрой в Тобольскую губернию, сначала в Туринск, затем они перебрались в Тюмень.

Арон Александрович оставил о сибирском периоде жизни любопытные воспоминания: «…Пользуясь довольно свободным режимом в Тюмени, поставил там типографию и обслуживал весь Урал. В самой Тюмени был только завод Машарова… Была группа сочувствующих, с которой мы собирали деньги и которых, так сказать, использовали. Резкого разграничения на большевиков и меньшевиков тогда не было…Там и власти были либеральные, я у исправника давал уроки, хотя всей Тюмени было известно, что я глава организации. (Сольц возглавлял Тюменский комитет РСДРП – Е. Д.). Ко мне на квартиру ходили рабочие открыто, и работа, кроме законспирированной типографии, велась легально. Мы выпускали листки и для Екатеринбурга. Я туда ездил даже на собрание… Выпускал «Тюменский рабочий» – 5 или 6 номеров, после этого были арестованы я, Мишин, Стецкий и Мельничанский вместе с типогра-
фией. Я получил два года, которые отсидел в Тюменской тюрьме, а трое получили вечную ссылку, из которой Мельничанский бежал в Америку, а Стецкий и Мишин освободились совсем только после Февральской революции».

На сей раз предателем оказался техник типографии Логинов. В тюрьме политические долго гадали, кто же их выдал? Но кутузка оказалась не помехой в работе, Сольц умудрялся руководить распространением листовок, а «свои» конвойные солдаты помогли выкрасть из судебного дела основные улики – его рукописи, поэтому на суде Арона Александровича оправдали. Однако он не поторопился покинуть Тюмень, и в губернское жандармское управление г. Тобольска в 1910 году пришло донесение. «Ввиду невозможности выявить всех членов Тюменской организации РСДРП…полагал бы ликвидировать пока комитет организации, каковой составляют: Петр Мартемьянов, Николай Блинов, Иван Буторин (Иван 2-й) и Арон Сольц. Последнему срок ссылки тоже кончился 5 сего февраля, и, прибыв 7 числа из Туринска, он в данное время в Тюмени проживает нелегально, т.к. права жительства в городе как еврей не имеет. Затем ликвидировать остальных членов организации полагал бы так, как указывали бы обстоятельства дела. В случае, если Ваше Высокоблагородие согласится с настоящим донесением, прошу о сем поставить меня в известность, и я немедля приступлю к ликвидации», – писал ротмистр Поляков. Но ликвидация не потребовалась, Сольц покинул Тюмень.

047-4-2В столице он пошел на повышение: стал членом Петербургского комитета ЦК, принял участие в создании газеты «Правда». В 1913 году правительство готовилось праздновать 300-летие Дома Романовых, «очищало» город на Неве от разного рода неблагонадежного люда. На одном из рабочих собраний полиция задержала Сольца. Хотя он и жил по чужому паспорту, но его опознали и сослали в Нарым. В 1914 году он совершил побег. Обосновался в Москве, связался с партийным руководством, заимел паспорт крестьянина Коростелева.

С начала Первой мировой войны московская организация заняла резкую антивоенную позицию. Конечно же, журналист Сольц не остался в стороне. Выпустил для призывных солдат прокламацию «Долой войну!». Некий Романов по кличке «Пелагея», втершийся в доверие, его тут же и выдал. Военный суд приговорил Сольца к двум годам заключения, и он угодил в знаменитую Таганку. За свою жизнь Сольц провел в тюрьмах 10 лет, в трех ссылках – 4,5 года, трижды был осужден и дважды совершал побег из ссылки. Его племянница по этому поводу вспоминала: «С самых малых лет я только и слышала: «Арончик сидит» или «Арончик бежал», так себе его представляла: вот он сидит, сидит, потом вдруг побежал, побежал, сел и опять сидит».

В Февральскую революцию 1917 года Сольц вместе с соратником по партии Ольминским самолично захватил типографию для газеты «Социал-демократ». После чего целый год активно занимался журналистикой, публиковался в каждом номере газеты, подписывая свои статьи: «Андрей», «А», «А. С.», или просто «Арон». После Октябрьской революции Арон Александрович становится видным государственным и партийным деятелем, он – член Президиума ЦКК ВКП (б), Верховного Суда РСФСР и СССР, работал на ответственных постах в Прокуратуре СССР. Вот где пригодились юридическое образование и личный опыт, проявился его несгибаемый характер. «Мы не привыкли еще достаточно ценить человека, – писал Сольц. – Работники юстиции мало отвечают за свою плохую работу. Целесообразно установить взыскания за судебную неряшливость, чтобы и суды, и прокуратура отвечали по закону, а не оставались безнаказанными, если неправильно засудили советского человека».

«Весной 1923 года Сольц столкнулся с целым рядом фактов, которые побудили несгибаемого борца заняться обследованием тюрем. По его инициативе ВЦИК создал специальную комиссию, облеченную правом освобождения от имени ВЦИК всех, кого она найдет нужным. Эта комиссия пересмотрела несколько тысяч дел, причем лично беседовала с каждым заключенным. Были немедленно освобождены лица, неправильно осужденные. Решением ВЦИК такие комиссии работали по всему Союзу, была проведена широкая амнистия. Через год «Комиссия Сольца» повторила свое обследование, причем на этот раз кроме тюрем проверили народные суды. Множество мелких дел было тут же прекращено.

Сольц учил революционной законности народных судей, большинство которых было рабочими выдвиженцами, честными пролетариями, но не имели опыта. Сольц учил отличать случайно запутавшихся людей от преступников. Разбирал он дела тонко и умно, по-человечески, а не казенно. Часто принимал смелые решения, оправдывал или освобождал людей, совершивших те или другие проступки» (Из доклада Павла Лурье).

047-4-1В 1937-1938 годах Арон Александрович пытался протестовать всеми доступными ему средствами против нарушения законности. В результате его отстранили от ответственной работы, положив скромную пенсию.

По своей природе Сольц не мог сидеть без дела, тем более у него не было семьи, всю жизнь без остатка он посвятил делу революции, поэтому снова взялся за журналистику. Писал рецензии, брал редакторскую работу в издательстве «Молодая гвардия», потом устроился архивариусом в Музей народов ВЦСПС. В конце жизни Сольц часто и тяжело болел, сказались годы ссылок и тюрем. 30 апреля 1945 года в канун Победы пламенный революционер скончался, 4 мая был скромно похоронен в московском крематории.

 

P.S. В Тюмени Арон Сольц жил в доме на улице Сакко, 32. Особняк сначала подожгли, а потом и снесли. Осталась от него лишь мемориальная доска.