В исторической литературе к нему прочно приклеилось два ярлыка: брат декабриста и революционный провокатор

В исторической литературе к Ипполиту Иринарховичу Завалишину прочно приклеилось два ярлыка: брат декабриста Д. Завалишина, по выражению последнего, «злого двойника», и первый в России революционный провокатор, прославившийся патологической страстью к доносам, вроде приснопамятного попа Гапона. Теперь же о нем все чаще говорят как о талантливом исследователе Сибири. Главный труд его жизни «Описание Западной Сибири» в 3-х томах размещен в электронном виде в Интернете, и на него ссылаются в краеведческих и научных кругах как на достаточно интересный документ, дающий представление о жизни российской провинции, особенно об уездных городах Тобольской губернии.

Впервые переиздавая в 2005 г. первый том этого труда, тюменский издатель Ю. Л. Мандрика, в частности, отмечает: «Это имя, казалось, не надо представлять современному читателю. Брат декабриста Дмитрия Завалишина…Провокатор в камере осужденных членов польских тайных обществ… Приговоренный к смертной казни колесованием, которая была заменена военным губернатором П.К. Эссеном каторгой навечно… В молодости – переводчик Д. Байрона и А. Ламартина…Все это об одном человеке, прожившем длинную (1808-1883) и нелегкую жизнь. Но если сегодня поискать его имя на свалке мировой паутины, то можно встретить и другие определения: «известный русский исследователь Ипполит Завалишин», «научное значение имело опубликованное в 1862-1867 гг. «Описание Западной Сибири»…Как модно нынче говорить, у этих документов нынче иной дискурс. Они – черта той эпохи, в которую жил автор «Описания Западной Сибири». И нужно благодарить работников Государственного архива Омской области за сохранность документов, которые впервые ложатся на страницы книги…».

И.И. Завалишин родился 20 сентября 1808 года в семье генерал-майора, шефа Астраханского гарнизонного полка, писателя и поэта Иринарха Ивановича Завалишина (1769, по другим сведениям 1770-1821). Учился в артиллерийском училище. В 1826 году подал Николаю I донос на своего брата Дмитрия, обвиняя его в создании тайного общества и шпионаже. Было следствие, которое установило ложность доноса. После этого И.И. Завалишин был разжалован в рядовые и осенью того же года сослан на службу в Оренбург, где учредил тайное общество и затем представил начальству список заговорщиков.

Вот как выглядит этот эпизод в интерпретации информационного портала «Камчадалы.РУ»: «Восстания 14 декабря 1825 г. в Петербурге и Черниговского полка на юге страны были подавлены правительственными войсками. Но передовые идеи «героев 14 декабря» не умерли с разгромом восстания, а продолжали жить и распространяться вширь, вплоть до самых отдаленных уголков великой страны. Идеи декабристов имели своих сторонников и продолжателей в окраинном Оренбуржье. Здесь среди передовой части дворянской и разночинной молодежи в те годы распространялись свободолюбивые, демократические идеи и убеждения, проявлялось стремление быть готовым к борьбе за освобождение народа от крепостничества и деспотизма. В Оренбурге оформилась тайная организация, ведущая свое начало от местного отделения масонского Московского новиковского общества, возникшего в конце XVIII в.…».

И вот тут возникает зловещая фигура И.И. Завалишина, который донес властям о заговорщиках. Но поскольку все привлеченные к этому делу дружно отрицали существование Оренбургского тайного общества до появления в здешних краях Завалишина, власти пришли к выводу, что организатором этого общества является сам Завалишин. Военный суд, заседания которого начались 5 мая 1827 г., вынес жестокий приговор: Д.П. Таптикова, В.П. Колесникова, В.В. Ветошникова, И.И. Завалишина – приговорить к смертной казни через колесование; И.М. Старкова и Х.М. Дружинина – к смертной казни; А.Г. Шестакова – разжалованию навечно в солдаты. Гражданского чиновника 19-летнего Степана Дынькова палата уголовного суда приговорила к ссылке навечно в каторжные работы. Военный губернатор П.К. Эссен смягчил приговор. Затем материалы рассматривались в Военном министерстве и лично Николаем I, который после восстания декабристов безжалостно подавлял любые поползновения на власть. Окончательный вердикт: четверо осужденных приговаривались к различным срокам каторжных работ в Сибири, в том числе Завалишин – навечно. Осужденных обрили, одели в армяки, заковали в кандалы, попарно примкнули к железному пруту – «канату» и 13 сентября 1827 г. отправили в Сибирь по этапу. Пеший путь длился целый год. Декабристы приняли оренбуржцев сочувственно, как братьев по духу.

И.И. Завалишин вместе с декабристами находился в Чите и Петровском Заводе до 1839 года. Затем – на поселении в Верхнеудинске. В 1842 году отправлен в Западную Сибирь. До 1856 года жил под надзором полиции в Кургане. Что было дальше? Здесь источники противоречивые. Тот же информационный портал «Камчадалы.РУ» утверждает, что из Кургана Завалишин был выслан в Пелым и Ялуторовск. «Гуманитарный словарь» добавляет: «Был удален оттуда (из Петровского Завода. – П.Б.) в 1842 на поселение в Западную Сибирь (г. Курган до 1856, затем выслан в Пелым и Ялуторовск), где занялся писанием доносов на своих товарищей (А.Ф. Бриггена, Д.А. Щепина-Ростовского), угодил в тюрьму и даже подвергся наказанию розгами. Манифест 1856-го об амнистии декабристов к нему применен не был. С 1860-го жил в Туринске, в 1863-м – в Тюмени, в последний период жизни – в Самаре. О пребывании Завалишина в Ялуторовске упоминает еще один источник – научно-издательский центр «Сибирский хронограф» (г. Новосибирск), в изданном в 1997 г. историческом календаре (автор-составитель С.В. Камышан); здесь же, между прочим, среди рассказов и путевых заметок Завалишина значится произведение с интригующим названием «Ялуторовское дитя». Даже предположить невозможно, чему оно посвящено. Внебрачным детям И.И. Пущина? Воспитанницам М.И. и М.К. Муравьевых-Апостолов? Кому-то еще? Больше нигде нет ссылки на это произведение Завалишина. Возможно, лежит оно где-то в архивах.

Ялуторовск достаточно подробно, со знанием дела, чаще всего саркастично, как, впрочем, также Тюмень, Туринск и другие города («Описание Западной Сибири», «Путевые заметки», № 47 за 1863 г., «Тобольские губернские ведомости») описан в целом ряде документальных повествований Завалишина, что косвенно свидетельствует в пользу версии о его проживании в нашем городе. Сопоставляя различные исторические источники, вроде бы можно хотя бы приблизительно очертить временной период – с 1856 по 1860 гг. А если учесть, что во всех публикациях Пелым упоминается первым, то вполне логичным был бы вывод: в Ялуторовск Завалишин прибыл после Пелыма, ближе к 1860 году, а из Ялуторовска его путь лежал уже в Туринск. Однако в эту стройную картину вносит вопросительный знак «Объявление», недавно обнаруженное мною в номере «Тобольских губернских ведомостей» за 11 мая 1863 г. Причем принадлежит оно перу самого Ипполита Иринарховича. Сообщая читателям о возможном переиздании за границей второго издания «Описания Сибири», Завалишин просит подписчиков направлять корреспонденцию в Ялуторовск (!). Загадка, да и только! Возникает сразу несколько вопросов. Если сам Завалишин в этот период не проживал в Ялуторовске, то зачем он упоминает этот адрес? В расчете на то, что письма получит доверенное лицо? А может, он достаточно регулярно бывал в Ялуторовске, пользуясь относительной свободой передвижения в царствование Александра II? Либо у него были доверительные отношения с ялуторовским почтмейстером?

Завалишинское «Объявление» нисколько не похоже на типичные образчики этого сухого жанра. Скорее всего, это развернутая аннотация будущего издания. Впрочем, судите сами. Текст приведен в соответствие с современной транскрипцией.

С осени нынешнего 1863 года предпринимаю я второе издание полного «Описания Сибири» по совершенно новому плану переделанного и по образцу подобного рода сочинений за границей печатаемого.

Усвоение себе не только Россией, но и Европой, здравых и точных понятий о Сибири, изложенных языком популярным и в форме, доступной пониманию каждого, – есть ныне настоятельная необходимость. Сибирский телеграф сблизит скоро Европу с крайним Востоком. Первая сибирская железная дорога (от Тюмени до Перми) поставит скоро же границу Сибири лишь в несколько часов пути от Камы и Камско-Волжской системы. Наконец – постепенно ныне совершающееся углубление русского племени в Среднюю Азию бассейнами Балхаша и Амуро-Уссурийским, сделает тоже скоро Сибирь одним из мировых стратегически, дипломатически и торгово пунктом для исторического хода человечества. Сверх всего этого – как край малоизвестный и столь же мало исследованный, Сибирь заслуживает полного внимания не только администратора, купца, фабриканта, заводчика, золотоискателя, но и литератора, художника, ученого, одним словом каждого просвещенного и любознательного человека.

По новому плану, мною ныне принятому для сего издания полного «Описания Сибири», первый том оного будет заключать в себе «Описание Западной Сибири», то есть губерний Тобольской и Томской, областей: Семипалатинской и Сибирских Киргизов. С 1) «Вступлением» в описание этой половины сибирского края; 2) XX главами текста (с I по XX включительно); 3) 50-ю фотографическими рисунками: городов и других замечательных местностей, монастырей, соборов и церквей, исторических св. икон и приснопамятных могил, портретов деятелей по части преуспеяния края и типов племен его населяющих; 4) картой Западной Сибири; и 5) 25-ю статистическими таблицами и ведомостями (с 1 по 25-ю включительно).

II том будет включать в себя тоже «Описание Восточной Сибири», то есть губерний: Енисейской и Иркутской; областей: Якутской, Забайкальской, Амурской и Приморского Восточного океана, с владениями Российско-Американской компании. В этом II томе будут заключаться, как и в первом: 1) «вступление» в описание Восточной Сибири; 2) XX глав текста (с XXI по XL и последнюю включительно); 3) 50 фотографических рисунков; 4) карта Восточной Сибири; 5) 25 статистических таблиц и ведомостей (с 26-й по 50 и последнюю включительно). Издание сие предполагается печатать одновременно в Петербурге и Париже на русском и французском языках, в большую 1/2 долю листа, в 2 столбца мелкой печати с рисунками в самом тексте, по образцу заграничных изданий сего рода.

Содержание I тома следующее: «вступление» в описание Западной Сибири. Глава I. От предгорий уральских. Пелым. Туринск. Глава II. Тюмень. Глава III. Тобольск. Глава IV. Березов. Глава V. Северный океан. Глава VI. Тара. Васьюган. Глава VII. Ялуторовск. Курган. Глава VIII. Ишим. Петропавловск. Глава XI. Омск. Глава X. Бараба. Каинск. Глава XI. Томск. Нарым. Глава XII. Мариинск. Кузнецк. Глава XIII. Барнаул. Алтай. Глава XIV. Бийск. Глава XV. Семипалатинск. Глава XVI. Усть-Каменогорск. Бухтарма. Глава XVII. Семиречье. Глава XVIII. Заилийский край. Глава XIX. Каржараллы. Акмоллы. Глава XX. Кокчетав. Омская линия до предгорий уральских.

Фотографические рисунки к 1 тому будут следующие: 1. Граф Михаил Михайлович Сперанский, преобразователь сибирского края. 2. Александр Осипович Дюгамель. Генерал-Губернатор Западной Сибири. 3. Древний Пелым, место заточения бояр Романовых, Герцога Бирона Курляндского и генерала-фельдмаршала Графа Миниха. 4. Туринский женский монастырь в городе Туринске. 5. Город Тюмень. 6. Гробница митрополита Фелофея апостола Сибирского поморья, в Тюменском мужском монастыре. 7. Шлюпка государя Императора в Тюмени. 8. Город Тобольск. 9. Митрополит Иоанн Максимович. 10. Ссыльный Угличский колокол. 11. Памятник Ермаку. 12. Шведские ворота. 13. Чудотворная икона Абалакской Божией Матери. 14. Город Березов, место заточения князя Меньщикова, князей Долгоруковых и графа Остермана. 15. Медальон княжны Долгоруковой, обрученной невесты Императора Петра II. 16. Город Тара. 17. Петропавловский местный двор в городе Петропавловске. 18. Город Омск. 19. Дом Генерал-Губернатора Западной Сибири в Омске. 20. Рекреационная зала в Сибирском кадетском корпусе в Омске. 21. Церковный парад в Омске. 22. Город Мариинск (кийская слобода) в Томской губернии. 23. Золотой прииск на Мариинской системе. 24. Плавка золота в Барнауле. 25. Площадь в горном городе Барнауле. 26. Внутренность шахты в Алтайском горном округе. 27. Город Семипалатинск. 28. Арасанские минеральные ключи (близ Копала в киргизской степи). 29. Укрепление «Верное». 30. Озеро Балхаш. 31. Козачья станица на Омской линии. 32. Партия ссыльных в Сибирь в дороге. 33. Внутренность этапной тюрьмы. 34. Сибирская каторжная работа на казенном заводе. 35. Типы Сибирских крестьян Тобольской и Томской губерний. 36. Типы войск в Западной Сибири. 37. Вогулы. 38. Татары. 39. Остяки. 40. Остяцкий князь Тайшин в жалованной одежде. 41. Самоеды. 42. Шаман и шаманка. 43. Киргизский Султан. 44. Киргизы. 45. Вогульский паул. 46. Остяцкая юрта. Самоедский чум. 47. Киргизская кибитка. 48. Калмыки двоеданцы. 49. Бухарцы и Ташкинцы. 50. Идолы инородческих племен Западной Сибири.

Подписка на 1 том полного «Описания Сибири» принимается у меня лично, во время нынешних поездок моих по Западной Сибири, для проверки нового издания; или по следующему адресу: Ипполиту Иринарховичу Завалишину, в городе Ялуторовске Тобольской губернии. Подписная цена за 1 том с 50 рисунками и географической картой пять руб. серебром, с доставкою. Особы, подписавшиеся на 1 издание, напечатанное в 1862 году «Московским обществом распространения полезных книг» и не заключавшее в себе описание Томской губернии с Сибирско-Киргизской степью, без рисунков и карты по обстоятельствам тогда от меня не зависевшим, получат 1 том нового издания бесплатно.

Ипполит Завалишин, автор «Описания Сибири» и «Сибирских воспоминаний».

Ялуторовск недаром называли городом ссыльных. Вслед за декабристами и одновременно с ними здесь находились участники польских восстаний (самый известный из них аристократ Готард Собаньский покоится на старом кладбище), затем участники студенческих беспорядков в университетах Москвы, Петербурга, Казани, народовольцы, социал-демократы, большевики. В разные годы сюда под надзор полиции ссылались: делегат I съезда РСДРП В. Вановский; автор знаменитого «Энциклопедического словаря», основатель популярной серии «Жизнь замечательных людей» Ф. Павленков; участник Декабрьского восстания в Москве (1905 г.) врач И. Русаков; будущий нарком в первом большевистском правительстве, а затем строитель и первый директор «Ростсельмаша» Н. Глебов-Авилов. Пребывал у нас в ссылке и Ипполит Завалишин. Этот факт истории после анализа публикаций в «Тобольских губернских ведомостях» теперь не вызывает ни малейшего сомнения. И как бы мы ни относились к личности этого человека, имя его заслуживает упоминания в многовековой летописи Ялуторовска.