КРИМИНАЛ 

Женщина не замечала за собой «хвоста», а Сашка уже знал о ней почти все: маршруты, знакомства, встречи... Он ходил за ней, как неприкаянный, а по вечерам забирался на чердак соседнего дома и с замиранием сердца наблюдал за светящимися окнами, зорко фиксируя дамский силуэт на фоне мерцающего голубого экрана...

С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА 

В канун Нового года тридцатидвухлетняя продавщица одного из тюменских магазинов Лариса Гурьянова задумала поставить у себя в квартире надежную металлическую дверь, а заодно и провести косметический ремонт в комнатах. Кто-то из подруг порекомендовал воспользоваться услугами бригады, работающей быстро и качественно, к тому же по низким расценкам. 

Волею случая попал в бригаду отделочников и семнадцатилетний Александр Брызлов, постигавший строительную науку в профколледже и не упускавший возможности «срубить копеечку» даже в роли подмастерья. О нем, правда, поговаривали, что хлопец водит знакомства с лихими ребятами, уже мотавшими срок по малолетке за хулиганку и воровство, но ведь слухи к делу не пришьешь. 

Из характеристики, выданной в колледже: «3а время учебы Александр Брызлов в полном объеме усвоил программу, хорошо зарекомендовал себя на практике... По характеру замкнутый, скрытный, близких друзей не имел, хотя никогда не отказывал в помощи своим сокурсникам. В отношениях с преподавателями и мастерами производственного обучения был вежлив, настойчив в стремлении постичь секреты избранной специальности». 

Хозяйка-заказчица встретила работяг приветливо. Весёлая, симпатичная дамочка в облегающем упругое молодое тело спортивном костюмчике. Она с первого взгляда произвела на Сашку очень глубокое впечатление. Крутится, понимаешь, рядом, обдавая свежим запахом импортного шампуня или чего-то еще – тонкого, загадочно-интимного. А эти, распирающие тонкую тенниску на груди, полновесные мячики- бугры, эти округлые ягодицы, волнительно подрагивающие при каждом шаге! Немудрено, что даже старый хрыч Семеныч, давно равнодушный к противоположному полу, порой отвлекался от ремонта и напрочь терял нить разговора, тупо взирая поверх очков на соблазнительную бабёнку. А та словно и не замечала пристального к себе мужского внимания, хотя, по некоторым данным, вот уже лет пять была разведена. 

Ничего особенно шикарного в двухкомнатной квартире Ларисы Гурьяновой не было – обычная обстановка, однако чистота и уют отдельных уголков, еще не тронутых ремонтным бедламом, поражали. Сашка, выросший в тесной «хрущобе», в атмосфере вечных скандалов между родителями, буквально обалдел от человеческого облика и атмосферы чужого уютного гнездышка. Он словно попал в другой, волшебный мир. И когда пришел, наконец, в себя и принялся за работу, никак не мог толком сосредоточиться. 

А эти прочные длинные полки за стеклянными створками шкафа, уставленные толстыми книгами в красивых переплетах! Сашка с детства обожал читать, но уставшая и озлобленная на целый мир мать и на нюх не переносила никаких книжек и всякий раз, застав сына за чтением, обязательно ворчала или устраивала ему незаслуженную взбучку. Отец запросто мог поставить на раскрытую книжку пепельницу или залить волшебные страницы вонючим пойлом, которого в их доме всегда было с избытком. Книги стали для Сашки чуть ли не запретным плодом, сладкой мечтой, мерилом семейного благополучия. Находясь в квартире Гурьяновой, он не выдержал – подошел однажды к шкафу, открыл створки, потянулся за «Лолитой» Набокова... 

– Что, любишь читать? – раздался за спиной приятный голос. 

Сашка вздрогнул. Лариса застала его врасплох. Но видно было, что спросила без всякой подозрительности, скорее, поощрительно. 

– Ага, – густо покраснел Сашка и поспешил заняться порученным делом. 

МЕЧТАТЬ НЕ ВРЕДНО 

Отныне по вечерам он долго не мог заснуть. Перед глазами стояла Лариса и ее квартира. Сашка представлял, как внезапная зазноба сейчас нежится в ванне, покрытая пышным одеялом ароматной пены, а потом встает в полный рост, и огромные зеркала услужливо отражают во всех ракурсах ее розовую, влажную наготу. Вот Лариса неторопливо открывает свои многочисленные баночки с флаконами и умащает распаренное тело разными кремами и жидкостями. Набрасывает махровый халатик, мягко ласкающий кожу, и, не запахиваясь, идет на кухню. Достает из холодильника бутылку игристого вина, наливает его в хрустальный бокал и проходит в большую комнату. Теплый ковер приятно щекочет ее босые ступни, и она удобно устраивается в мягком кресле, отдавшись блаженству под негромкую музыку... Сашкины грёзы пополнялись новыми вариациями, закручивались в такие сюжеты, что дыхание становилось учащенным. Сашка отчаянно желал придумать любой предлог, чтобы зай- ти к Ларисе вечером и... 

Лучше всего, конечно, предстать перед ней истинным другом, желающим помочь. Или даже героем, который пришел предупредить, что ее хотят ограбить и убить. И тогда она впустит его в квартиру, и еще в полумраке просторной прихожей, будто ненароком, прижмется к нему горячим бедром. Усадит в кресло, предложит выпить. А он, совсем уже не робкий мальчик, пристально заглянет в ее глаза, обнимет за талию, властно притянет к себе и смело поцелует в пухлые, слегка приоткрытые губы. 

Прошли две недели после окончания ремонта. Сашка почти ежедневно, с самого утра отправлялся по знакомому адресу, выбирал укромное место неподалеку от ее подъезда и ждал. Едва Лариса выходила на улицу, как Сашку начинала пробирать дрожь. Его сердце колотилось, будто он только что бегом поднялся на девятый этаж. Потом Сашка двигался следом за предметом своего восторженного обожания, стараясь ничем себя не обнаруживать. Лариса не замечала за собой «хвост», а он, ее пылкий воздыхатель, вскоре знал о ней почти все: маршруты, знакомства, встречи. 

Иногда по вечерам Брызлов проникал на чердак соседнего дома и в бинокль, украденный у подслеповатого соседа- пенсионера, наблюдал за светящимися окнами Гурьяновой. Отмечал в них то промелькнувший женский силуэт, то мерцание телевизора. Порой Лариса забывала задергивать шторы и, готовясь ко сну, переодевалась в ночную сорочку... Ради этого стоило вновь пробираться сюда ранним утром, чтобы увидеть обратную процедуру. 

Зачем он ходил за ней, как неприкаянный, Сашка и сам бы не сказал. Исподволь надеялся на то, что страсть, обуявшая его, пройдет или хотя бы угаснет, и ничего страшного не случится. Но странное и пугающее чувство, стихавшее временами, вдруг разгорелось с новой силой, когда однажды вечером в квартиру Ларисы пришел средних лет мужчина и остался там до утра. Обида и злость, необузданная ревность вспыхнули в юном создании. Будто облитый с головы до ног кипятком Сашка принял решение: это произойдет уже завтра! Как именно все будет, он представлял себе очень живо. Позвонит в дверь, улыбнется в глазок. Скажет, что пришел за книжкой: если можно, конечно. Она пригласит пройти в комнату, не особо заботясь о том, что легкий халат накинут на совершенно голое тело. А он, посерьезнев, внезапно выхватит нож, приставит сверкающее лезвие к ее пышной груди, прикажет молча идти в комнату и заставит лечь на диван. Если она замешкается или попробует сопротивляться, можно будет кольнуть ножом, но не сильно – просто, чтоб поняла, что это не шутки. Захочет жить – не станет кричать и рыпаться. Да и чего ей терять, не девочка. 

ГРУБАЯ РЕАЛЬНОСТЬ 

Едва Сашка позвонил в дверь, она тут же открылась. Лариса стояла на пороге не в халате, а все в том же спортивном костюмчике. Сашку она сразу узнала и совсем не удивилась его приходу: «А, это ты. Ну, здравствуй, проходи». Сашка растерялся. Сценарий, который он столько раз прокручивал в своем воображении, допускал разные вариации, но только не столь обыденно-прозаическую. Мысли сразу смешались и перепутались, как в сломанном калейдоскопе. Сашка сбивчиво и косноязычно пробормотал что-то насчет бедной библиотеки, просроченного читательского билета... Потом понес какую-то чушь насчет своей любви и готовности пожертвовать жизнью ради любимой. 

Похоже, только тут Гурьянова заметила, что с парнем творится что-то неладное: стоит весь бледный, на лбу испарина, руки мелко дрожат и взгляд какой-то странный. Не иначе, как под наркотой. Сказала жестко: «Знаешь что, голубчик? Давай, катись отсюда! Придешь, когда я увижу, что ты нормальный»… 

Не поверив своим ушам, Сашка впал в прострацию. Лариса настойчиво подталкивала его к двери. И тут он сообразил, что еще несколько секунд – и все пропало. Застыл, как вкопанный. Лариса с неожиданной силой схватила его за рукав джинсовой куртки и наверняка выпроводила бы за порог. Но Сашка выхватил нож и воткнул ей в бок. Совсем не так, как планировал – не для испуга, по- настоящему. Гурьянова от боли присела и пронзительно закричала: «Помогите!» 

Из показаний А.Ф. Хромовой, соседки: «Я слышала какие-то крики за стенкой, но подумала, что это у Ларисы по телевизору – там всегда одни драки да убийства показывают. Мне и в голову не пришло, что так могла кричать сама Лариса, потому что она всегда вела себя тихо...». 

Брызлов перепугался, схватил хозяйку квартиры за волосы, рывком приподнял и остервенело стал бить ножом куда попало. Лариса корчилась и вырывалась, продолжая истошно орать. Тогда Сашка потащил ее в комнату и швырнул на диван. Женщина попробовала встать, но Брызлов опрокинул ее ударом кулака по лицу и навалился сверху. Лариса кусалась, царапалась, хваталась за волосы. Сашке пришлось еще трижды вонзить лезвие ножа в упругое тело, прежде чем жертва затихла и обмякла, перестав сопротивляться. Он связал женщине руки, суетливо сдернул с нее тренировочные брюки вместе с кружевными трусиками. И без всякого вожделения разглядел оголенные живот и бедра. Поморщился, услышав, как в груди у Ларисы что-то захрипело и забулькало... Через пару минут дыхание прекратилось, пульс исчез. 

Да, все случилось совсем не так, как в волшебных фантазиях. На диване перед ним лежала другая, не похожая на сказочную мечту женщина, к тому же с гримасой ужаса на лице, испачканная кровью. Сашка осторожно выглянул в окно, прошел в прихожую, прислушался – все спокойно. Затем снял с себя окровавленную одежду и завернул ее в полиэтиленовый пакет. Наполнил ванну горячей водой и плесканул туда жидкости из причудливого флакона. Неторопливо, с удовольствием помылся. А когда вышел на кухню и открыл холодильник, то обнаружил там бутылку дорогого коньяка, лимоны и шоколад, и еще кучу всяких деликатесов. 

Коньяк и хорошая закуска настроения не подняли. Сашка внимательно ознакомился с содержимым шкафов, шкатулок, ящиков комода и дамских сумочек: нашел двести американских долларов, сто евро, шесть тысяч рублей и несколько золотых побрякушек. Вспомнив что-то, подошел к лежавшей на диване убитой им женщине и брезгливо расстегнул сережки в мочках ушей. Заминка произошла с кольцом на безы- мянном пальце левой руки, оно никак не снималось. Сашка не поленился сходить на кухню за мылом и все же сдернул широкое обручальное кольцо с бесчувственной руки. Помедлил минуту и небрежно закинул еще теплое тело тонким покрывалом. 

ФИНИТА ЛЯ… 

Поздним декабрьским вечером, за пару дней до очередного Нового года, по темной тюменской улочке в районе бывшего Калининского рынка быстро шел молодой человек со спортивной сумкой через плечо. Сам он был одет в давно вышедший из моды женский плащ и явно короткие, не по росту, джинсы. Что показалось весьма подозрительным зоркому экипажу полицейского патруля. Но едва машина приблизилась, странный прохожий проявил завидную прыть и бросился бежать, перемахивая через заборы частных домов. Пришлось стражам порядка изрядно попотеть, чтобы задержать беглеца. Брошенную им сумку тоже предстояло еще поискать среди заснеженных грядок на огородах. 

Задержанный фактически с поличным Брызлов во всем сознался на первом же допросе. Он не плакал и никого не молил о снисхождении. Он был на удивление спокоен, немногословен и откровенен во время следствия и на суде. От последнего слова отказался. Приговор – двенадцать лет лишения свободы – воспринял на редкость хладнокровно. Единственное, о чем напоследок попросил своего адвоката, это не писать никаких жалоб и не оспаривать срок наказания. А еще выхлопотать для него разрешение оставить среди своих личных вещей дешевенький медальон с фотографией какой-то девушки, очень похожей на юную Ларису. О происхождении вещицы Брызлов предпочел не говорить. 

* Фамилия потерпевшей изменена. 

Григорий ЗАПРУДИН