В десяти километрах от Ялуторовска раскинулось село Романовское. Когда-то здесь была церковь.Красивая, беленькая, аккуратная. Со звонкой колоколенкой, от которой далеко-далеко плыл певучий чудо-звон.

В Гражданскую войну забрались на колокольню красные, установили пулемет и давай поливать белых смертельным дождем. Противник в свой черед мог бы забросать классового врага гранатами, но белые – люди православные, и целиться в Божий храм рука не поднялась.

Церковь пережила ту безумную братоубийственную войну. Со временем люди покинули старинное село: молодежь разъехалась в города, где бьет ключом жизнь, старики повымирали, часть спилась от безделья и лени. А церковь, хоть и оскверненная, полуразрушенная, но выстояла.

В 2008 году началось восстановление храма. Строители начали обследовать участок земли. У фундамента сперва попадались обломки стекла, сломанная церковная утварь. И вдруг наткнулись на старинную бутылку. Совершенно целую, пробка плотно завинчена и сургучом залита. Что в ней может быть? Кагор, церковное вино – решили мужики. На этикетке надпись на русском и английском языках: «А.Ф. Аверкиевъ въ Тюмени». Приехавший навестить стройку отец Георгий тоже удивился находке.

– Распечатаем ее, когда храм возродится, – решил батюшка. С ним согласились.

– А кто такой этот А.Ф. Аверкиев? – хотелось узнать строителям.

– Наверное, купец, – предположил священнослужитель.

Настроение истории

Звали предпринимателя Андрей Федотович. Дом его жив-здоров, стоит на ул. Республики, 19. Аверкиев имел собственный магазин «гастрономических, бакалейных, парфюмерных и канцелярских товаров». Рекламу подавал заманчиво, вкусно: «Колониальные товары: сладости и шоколад бразильский, атлантические сардинки и аппетитные тартинки».

Как и полагается состоятельному человеку, построил Андрей Федотович для своей надобности в 1899 году солидный дом. В нем и открыл магазин. Часть площадей сдавал в наём. В местных газетах того времени читаем рекламу: «Зубной врач Е. Глускин принимает больных с 9 утра и до 6 вечера. Царская ул., д. Аверкиева, рядом с маг. Соколовой». Хорошее было место – бойкое, удобное. Пролечил пациент зуб, зашел в аптечное заведение мадам Соколовой, купил снадобье, прописанное доктором Глускиным... Жизнь и наладилась!

Направлялись сюда горожане и по денежной надобности. На фасаде виднелась броская вывеска: Тюменский общественный банк. Если верить печатному слову, то: «Из имеющихся в Тюмени 4-х банков рекомендуется денежные операции поручать Государственному и Тюменскому Общественному банкам, в которых каждый клиент встретит внимательное к себе отношение».

Кроме любезностей, клиента больше интересовала прямая выгода. «Тюменский Общественный банк, существующий с 1865 года, впредь до изменения платит: по вкладам до востребования – 5%, на один год и более – 5,5%, по текущим счетам по простому – 4%, по условному – 4,5%. Взимает по учету векселей срочных до 3 мес. – 7,5%, до 6 мес. – 8,5%, 9 мес. – 9%, 12 мес. – 9,5%. По ссудам под залог процентных бумаг, недвижимость имуществ, товаров – 8%».

Хозяин большого здания забот имел немало. Магазин, банк, депутатские дела… И все шло своим чередом. Коммерция приносила прибыль, часть выручки Андрей Федотович пускал на благотворительность. Он состоял в попечительском совете женской гимназии, а с 1913 по 1915-й был его председателем. Уйму времени съедала работа в различных комиссиях городской Думы, одно перечисление их составит внушительный список. Член комиссии по продлению Трусовского переулка (ныне ул. Перекопская) на Городище, по переоценке имуществ, по наблюдению за всеми городскими постройками и т.д. Но собственная коммерция в распорядке дня была главной. Перед грозовым 1917-м Аверкиев – глава торговой фирмы и директор Общественного банка. Богатый и респектабельный. Однако настроение истории поменялось. В марте 1918 года на буржуя Аверкиева была наложена контрибуция. Кто был всем, стал никем. Ни капитала, ни роскошного собственного дома.

Золотые перстни для Красной армии

Под окнами его бывшего владения толпы людей ходили с красными знаменами, выкрикивали лозунги: «Да здравствуют Советы! Да здравствует солдат, рабочий, батрак и крестьянин!».

3 мая 1918 года народному комиссару внутренних дел Г.И. Петровскому от председателя исполкома Тюменского губернского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Н.М. Немцова пришла телеграмма: «В Тюмени власть образована, укреплена, 28 февраля 1918 года контрибуции собрано 2 млн руб. Помощью были сводные отряды под начальством Запкуса, пермские и другие. На них израсходовано 100 тыс. руб. До настоящего времени денег не получили. Из указанной контрибуции, а также остатков денег в банках сделали подкрепление… Спешно формируем резерв Красной армии и советский отряд для несения внутренней революционной службы. нужны деньги. Не угодно ли вам получить несколько перстней золотых, с блестящими камнями, мы ни черта в них не понимаем, а блестят здорово. Отобрали этот товар у одного вымороченного имущества, отвечайте, пошлем. Извиняюсь, что не можем выполнить требование ваших телеграмм обстоятельным докладом и присылкой приходно-расходных ведомостей наших финансов. Оправдательный мотив – саботаж всех подлецов-интеллигентов. До сих пор бухгалтерский отдел плохо организован. Подробный отчет постараемся не задерживать. Прошу от имени губисполкома подкрепить нас деньгами в размере 5 млн руб.».

Бывшим купеческим домом теперь распоряжалась новая власть. Фасад его украшали иные атрибуты: красные звезды, портрет Ленина, а новая вывеска заставляла биться сердца работников идеологического фронта: «Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков). Тюменский окружной комитет».

В годы Великой Отечественной войны здесь располагался горисполком. Председателем, как сегодня бы сказали, мэром Тюмени был Степан Загриняев. Ветераны отзываются о нем очень хорошо: «Душевный был человек. По-отцовски выслушает, словом поддержит, не откажет в материальной помощи. Такой простой, открытый. В школы приходил, говорил: «Давайте, ребята, помогать фронту». Воодушевит, и ребята бегут после уроков на заводы, в госпитали. Жил Загриняев на улице Ленина, в небольшом доме, что возле церкви Архангела Михаила. На работу добираться недалеко, он идет, все с ним здороваются. Знают, уважают. Внешне он был полным, небольшого роста, чем-то болел серьезно, на работе надорвался, потому и ушел из жизни рано, в 39 лет».

На фамилию Загриняев я невольно обратила внимание, когда читала документы архива военной поры: газеты, разные приказы, распоряжения городских властей. Многие ответственные решения брал на себя этот человек. Скажете – по должности обязан. Но только представьте: с началом войны в маленькую Тюмень со всего СССР эвакуируют предприятия, медицинские и учебные заведения, госпитали, мирное население с занятых фашистами территорий. И всех без промедления нужно разместить, предоставить жильё, наладить выпуск продукции. Загриняев был отличным управленцем. Знал Тюмень как свои пять пальцев. Быстро находил правильный выход из сложной ситуации. Самое активное участие принял в организации работы госпиталей. В кратчайшие сроки раненым создали хорошие условия для выздоровления, благодаря чему многим удалось спасти жизнь.

…Радостный день, о котором мечтал тов. Загриняев, настал 9 Мая 1945 года.

– Объявили о Победе. Взрослые, дети, инвалиды на костылях, калеки без ног на колясках – все устремились к горисполкому, – вспоминает ветеран Маргарита Фугаева, – народ ликует, все обнимаются, целуются, поздравления звучат, музыка играет. Словами не передать великую радость.

В четыре этажа

Здание, с которым связаны эти события, приметное, с нарядными каменным наличниками. Фасадом выходит на главную улицу, а каменные ворота с ажурной металлической решеткой открыты на ул. Кирова (бывшая Крестьянская). Въезд в ворота просторный, было где развернуться телегам с грузом. Да и сами ворота хороши собой, символизируют богатство бывшего хозяина. Потомки Аверкиева интересовались: можно ли им вернуть собственность предков? 008-4-2Им ответили: «Извините, российским законодательством не предусмотрено».

Изначально дом имел два этажа, его надстроили для нужд исполкома. «Добавка» не улучшила внешний вид памятника. Сразу бросается в глаза, что верхняя половина без архитектурных «излишеств». На «макушке» ее красуется герб страны Советов. Сейчас все четыре этажа отданы во владение Государственной академии культуры, искусств и социальных технологий. Но не только студенты постигают здесь мир прекрасного. При академии работает КиноКлуб, который могут посещать все любители кино. Причем фильмы демонстрируются совершенно бесплатно.

– Ну а бутылка из магазина Аверкиева цела? – спросила я человека, рассказавшего об удивительной находке.

– В ней оказалось лампадное масло, что, впрочем, тоже неплохо. Батюшка хранит реликвию.

– Церковь восстановили?

– Восстановили. С возрождения храма потихоньку начала возвращаться в село жизнь. Уже построено несколько домов. Места там красивые, дышится вольготно, пруд чистый, земли много…

Хороший сюжет подсказала находка. Оптимистичный.