Старинный каменный дом на углу улиц Подаруевской/ Царской (ныне Республики, 13/ Семакова, 17) в начале ХХ века привлек к себе внимание достопочтенной публики. В нем случился скандал – братья Дмитриевы продавали паленый коньяк.

В 1902 году «Сибирская торговая газета» шокировала этой новостью всю Тюмень. Покупатели возмущались: «Солидные господа-предприниматели, магазин с хорошей репутаций, не лавчонка какая-нибудь, а занялись жульничеством». Стали спрашивать: «Не слыхали, никто не отравился?».

Клевета по злобе

8 октября 1902 года в Пермский окружной суд был вызван купец Дмитриев по обвинению в нарушении положения о казенной продаже питей.

Личный почетный гражданин Тихомиров утверждал, что в период с 1898 по 1900 год в Пермь привозились водочные изделия и крепкие напитки без соблюдения означенных правил. Выяснилось, что таким манером было доставлено 214 ведер таких напитков, из которых 42 найдены в наличности, а остальные 172 проданы.

«На суде свидетель Тихомиров, служивший конторщиком в тюменском отделении ТД, показал, что в Тюмени, где не была еще введена винная монополия, фабриковался коньяк; на бутылках с таким коньяком бандероли наклеивались в Перми, в магазине, и не в присутствии чинов акцизного ведомства. В.И. Дмитриеву это было, конечно, известно. Этикеты заграничные и ярлыки наклеивались тогда же. В.И. Дмитриев особенно интересовался винной торговлей, как дающей большую прибыль, – сообщала подробности дела газета. – Коньяк фабриковался из винного спирта, сдабривался жженым сахаром и разливался по бутылкам; во избежание столкновений с акцизным ведомством коньяк посылался в Пермь через кондукторов, а здесь акцизное ведомство не обращало внимания, так как чиновник акцизный был в сделке с Дмитриевым и получал 25 рублей в месяц.

Свидетель Шаробоков видел несколько разрешений от Акмолинского акцизного управления на провозку коньяка, который отправлялся не по провозному свидетельству, а с кондукторами поездов в кульках; однажды такой коньяк был конфискован Акмолинским акцизным управлением, но потом снова возвращен. Волков – ответственный приказчик в Тюмени и племянник Дмитриева – показал, что из Тюмени в Пермь коньяк и ром отправлялись по провозному свидетельству в бутылках. Разрешения от акцизного управления не было, и кондуктора часто провозили без накладных. Однажды из Москвы или Петербурга был послан транспорт зубровки по ошибке вместо Перми в Тюмень.

Свидетель Кузнецов показал, что с 1895 по 1899 гг. был помощником винодела и знает, что из Тюмени в Пермь привозили коньяк ведер по 5, 6 и 10. Он был своего изделия. В Тюмени коньяк сдавался на место прямо кондукторам в кульках, по 20 бутылок в каждом. Провозного свидетельства не было.

Свидетель Козьминых, пермский конторщик отделения, ничего существенного не сказал, кроме того, что коньяк провозился все теми же кондукторами.

Подсудимый Дмитриев заявил, что все производилось на законной почве и что такое мошенничество слишком мелко для такой крупной фирмы, как его, и что Тихомиров донес на него по злобе. Суд оправдал Дмитриева».

Коллекция древностей

– Дом, выстроенный вблизи Знаменской церкви во второй половине XIX столетия, сначала принадлежал купцу I гильдии Ивану Петровичу Войнову. После его смерти здание перешло в собственность Багаеву, – рассказывает краевед Валерий Чупин. – Смею предположить, что здесь кроется не менее интересная история.

На Царской улице, как известно, появилось новое здание для Александровского реального училища, но так как строительные работы еще не закончились, проводить занятия в нем было нельзя. В Троицком соборе отслужили молебен, и все направились крестным ходом в дом Шешукова. Возможно, его дом стоял в районе Затюменки. Кондратий Кузьмич Шешуков, городской голова, разорился, его недвижимое имущество было арестовано. В «арестованном» доме Шешукова первый год и проводились занятия реального училища.

Здание было красивым, кирпичным, может быть, оно сохранилось в перестроенном до неузнаваемости виде, но пока это не выяснено. Так вот, Иван Яковлевич Словцов привез из Омска коллекцию древностей. Но где ее хранить? Помещение реального училища только достраивается. И он разместил ее в доме купца Войнова. Выходит, на Семакова, 17 берет свое начало краеведческий музей. И клуб приказчиков одно время здесь же располагался.

– Вот так история! А кто такой Багаев?

– Один из самых состоятельных жителей Тюмени. В 1915 году его капитал оценивался в 27598 рублей. Багаев происходил из купеческих детей, затем перешел в сословие почетных граждан. Жил Александр Андреевич с семьей на втором этаже, первый сдавал под магазин Ефимова.

Ефимов давал рекламу, что у него в продаже: «шапочки, муфточки, дамские шарфы, белье фабрики «Мей и Едлих», дамские осенние шляпы, отделанные и неотделанные. Отделка для шляп – перья страуса и ленты бархатные. 003-4-2А также музыкальные инструменты, швейные, пишущие машинки, игрушки, парфюмерные товары». Тут же была чулочная мастерская. Оборотистый коммерсант держал магазин вплоть до 1912 года.

Некоторое время на первом этаже дома размещался магазин виноторговцев братьев Дмитриевых. На фасаде здания висела вывеска «Братья Дмитриевы», «Администрация «Братья Дмитриевы». Еще известно, что в доме Багаева снимал жилье известный в Тюмени нотариус Николай Тарасович Албычев.

Дом-долгожитель сегодня имеет «охранную грамоту», поскольку отражает «ренессансные» мотивы в архитектуре Тюмени последней четверти XIX века и является композиционным акцентом в застройке главной улицы города. Мемориальная доска на стене памятника, установленная в советское время, сообщает, что здесь был госпиталь для бойцов Красной армии. Значит, и с героическим прошлым он связан.