На улице Герцена в бывших соляных складах, что снесли прошлым летом, долгое время находился драмтеатр. Склады принадлежали купцу Текутьеву, вот и укоренилось мнение, что Текутьевский театр здесь и был. Но не так сложилась история.

Городской голова, меценат Андрей Иванович Текутьев специально для труппы актеров построил добротный каменный дом на улице Иркутской (ныне Челюскинцев). Случилось замечательное событие в 1892 году. В зрительном зале, кроме партера, были ложи в два яруса, амфитеатр, галерея. В 1909 году после реставрации расширили сцену, фойе. В зрительном зале вместо 500 стало 1200 мест. В первом сезоне расходы Текутьева на театр составили 5000 рублей, в дальнейшем уходило от 2 до 4 тысяч. Он содержал его в течение 26 лет. Билеты стоили от 30 копеек до 1 рубля 30 коп. Рабочие и служащие Андрея Текутьева посещали спектакли бесплатно.

Интерес к театру у тюменцев не угасал. На сцене шли постановки, «вызывающие слезы на глазах и доброе чувство в сердце». Смотрела публика «Кин, или Гений и беспутство» А. Дюма, шекспировского «Отелло». Привередливые зрители роптали: «Царствует исключительно мелодрама… проходит только сцена за сценой с раздирающими душу криками, плачем, пожалуй, и кровью, убийствами… Нет реальности». Театр отреагировал на критику: в репертуаре появились исторические спектакли: «Князь Серебряный», «Перикл», любимая многими комедия «Горе от ума», бытовая драма «Дети Ванюшина». Обращался театр к произведениям местной тематики. Зрителям представили пьесу писательницы Надежды Лухмановой «Сибирский Риголетто», а на спектакль «Черт в г. Тюмени и его проказы» (одно название чего только стоит!) публика быстро раскупала билеты. По пьесе тюменского журналиста Петра Рогозинского показали спектакль явно демократической направленности – «Сброшенные оковы».

А в летнее время перед публикой выступали гастролеры. Здесь звучали голоса оперных певцов: Владимира Касторского, Андрея Лабинского (Лабинский, кстати, окончил Тюменское Александровское реальное училище).

В 1902 году в театре состоялся первый в истории Тюмени кинопоказ. Фильм демонстрировал французский гастролер Дерсен, которого пригласил Андрей Текутьев. В 1915 году на сцене выступал с лекциями «король поэзии» Константин Бальмонт. Ему рукоплескала публика. Наш город запомнился поэту не только радушным приемом, но и курьезной историей. Бальмонт увидел, как свободно гуляющие по городу козы …срывали и жевали его афиши. Мучной клей, намазанный на афиши, видимо, оказался вкусным. Поэт смеялся: «Меня знает вся Россия, а в Тюмени даже козы – отъявленные бальмонистки!».

088-14-1В театре царила особая атмосфера творчества, и Текутьев любил ходить на спектакли. Станислав Карнацевич, почетный гражданин Тюмени, в своих воспоминаниях отмечал: «...Мне приходилось видеть купца Текутьева в его театре, где он имел постоянное место в 8-м проходном ряду. Это был крепкий мужчина выше среднего роста в простом одеянии (серый пиджак, черные брюки). На лице разросшиеся волосы напоминали бакенбарды…».

Перед своей кончиной в 1916 году Андрей Иванович завещал театр городу. Управа приняла дар, театр стал называться Текутьевским. Но недолго звучало имя мецената в названии.

Грянули революционные годы. С установлением советской власти в зрительном зале для рабочих и крестьян устраивались митинги. Газета «Известия» назвала театр кафедрой революционной пропаганды. 22 августа 1919 года в его стенах состоялось общегородское собрание молодежи, на котором была создана комсомольская организация Тюмени. А в октябре того же года театр стал носить имя Ленина. Нарком просвещения Анатолий Луначарский командировал в Тюмень режиссера Малого театра Муравьва, который занялся формированием труппы. Но актеров с профессиональным образованием найти оказалось трудно. И в 1920 году при театре была организована студия сценического искусства. В те далекие годы люди искренне верили, что они переделают мир, и в репертуаре появились ультрареволюционные постановки, такие, как «Гимн труду», «Женщина в пролетарской революции». После таких патетических постановок зрители выходили на улицу, дружно пели революционные песни.

30 сентября 1922 года в здании случился пожар. Газета «Трудовой набат» известила: «Больше всего пострадала сцена, где находилось 7 разных павильонов, лесные кулисы, 5 разных задников и много других декораций, пианино, около 600 шт. стульев в зрительном зале». В театре также находился барабан музыкальной команды 86-го полка имени Володарского. Во время пожара он тоже сгорел, и как сообщила газета «…Теперь капельмейстер хочет найти хоть винтик, чтобы его не обвинили в утрате или еще в чем-нибудь, и установить, что барабан действительно сгорел». Так не стало первого в Сибири каменного здания театра…

В 1928 году из его кирпичей отстроили жилой дом. Он находится на улице Челюскинцев, 57. В 1967 году постройку полностью благоустроили. У здания толстые стены – ширина в три кирпича. Звукоизоляция великолепная. Потолок – больше трех метров! Пол – из широченных досок, все сделано добротно. Но с годами здание ветшало, жильцы наблюдали любопытную картину: птички прилетали и клевали кирпичи дома. Почему? В старину для прочности строительные материалы замешивали на курином яйце.

088-14-3Примерно в 60-е годы прошлого века партийные или комсомольские органы на стене дома установили мраморную доску, напоминающую, что на этом месте в здании городского театра родилась комсомольская организация Тюмени. Написали, что здание подлежит охране как всенародное достояние. Но сам дом не включили в списки памятников. Бесспорно, он представляет собой интерес как элемент исторической застройки бывшей улицы Иркутской, но объект не имеет статуса памятника истории и культуры, значит, государство его не защищает и не заботится о его дальнейшей судьбе…

В купеческие времена по соседству с театром стоял особняк, в котором жил меценат Андрей Иванович Текутьев, рос его большой сад... А еще на этой улице находилась гостиница, которая называлась «Театральные номера».