Улица Даудельная, 1. Этот тихий уголок будто «прячется» от суетной жизни города. За чугунной оградой – старинные здания знаменитой Текутьевской больницы. Сегодня они не используются, так как нуждаются в капитальном ремонте и реставрации. Но уже восстановлено бывшее Романовское училище (Даудельная, 1г), которое построили вблизи лечебницы. В советское время оно входило в комплекс 3-й горбольницы. История же больницы связана с легендарными людьми: миллионером Андреем Текутьевым, врачевателем и советником царской семьи Григорием Распутиным.

Пожизненный попечитель

Городской голова Андрей Текутьев начал хлопотать о строительстве новой больницы в 1901 году. Заручившись поддержкой врача Александра Семеновича Гасилова, он сообщил в Тюменскую Думу, что заготовил за свой счет кирпич и некоторые материалы, поэтому может заняться ее устройством.

Управа выделила участок вблизи старого кладбища. 18 апреля 1904 года в новом здании провели молебен с водосвятием. Построенная за два года двухэтажная каменная больница на 128 мест обошлась Текутьеву в 45 тысяч рублей. Проект выполнен тюменским архитектором Константином Чакиным. Корпуса заняли часть Аптекарского сада г-жи Александры Даудель. За столь щедрый подарок городу и другие заслуги местная власть присвоила Текутьеву в 1907 году звание «Почетный гражданин города» и назначила его пожизненным почетным попечителем жертвуемой больницы, саму же больницу нарекла Текутьевской. Любопытно, в советские годы она значилась как 3-я городская, но многие коренные жители называли ее по старинке.

В первые годы ее существования весной и осенью возникала проблема с водой по причине несносной грязи. Пробраться водовозам через непролазное месиво Всехсвятской улицы (ныне Свердлова) не было никакой возможности. Поэтому в 1909 году больницу присоединили к городскому водопроводу.

Лечились здесь не только местные жители, но и хворые из других волостей. Конечно же, самый знаменитый пациент – Григорий Распутин. Его имя – бренд не только для местного туризма, но и мирового.

А в Тюмени, на территории больницы, как-то обозначен факт, что «старец» поправлял в ней свое здоровье? На стене старинного здания висит мемориальная табличка, увековечившая имя устроителя больницы. А где «след» Распутина? В каком именно здании находилась его палата?

Хирургический барак и Романовское училище

Известный краевед Валерий Чупин рассказал, что «хирургический барак, в котором лечился Григорий Распутин, был выстроен в 1913 году. Мы привыкли считать, что барак – дурное порождение «совковой» архитектуры. Но тогда подобное строение представляло собой просторное, светлое, чистое деревянное здание, хоть и временное. В нем и лечился Распутин с 3 июля по 17 августа 1914 года. А каменный хирургический корпус начали возводить в 1915 году, закончили в 1917-м. Деревянное здание, которое помнило пребывание «великого старца», снесли. Не сохранился и дом Распутина в Покровском, его разобрали, хотя не было в том необходимости, остались от него одни наличники. Снесен в Екатеринбурге по указанию Бориса Ельцина особняк Ипатьева, в котором расстреляли царскую семью. Но историческую память хранят не только здания, но и само место, отмеченное особыми событиями», – заключает Валерий Александрович.

174-4-3В 1915 году в Тюмени стало все больше появляться раненых солдат Первой мировой войны, поэтому и возникла необходимость строительства каменной больницы. Но через год Андрей Иванович скончался, в своем завещании позаботился о продолжении начатого дела: «…Завещаю на достройку 25 тыс. руб., а также на обеспечение содержания больницы на вечное время назначаю 25 тыс. руб., которые хранятся в Государственном банке, а проценты употребить на содержание больницы».

Рядом с Текутьевской больницей в 1913 году выстроили Романовское училище, названное в честь 300-летия дома Романовых. Необходимость перехода к всеобщему образованию требовала открыть новые школы. Здание получилось хорошим, двух-этажным, на полуподвале, вот почему и сложилась легенда про подземный ход! А угловой двухэтажный корпус – это бывший ночлежный дом, построенный на капитал Николая Давыдовского.

Свистопляска после покушения

Станислав Карнацевич, лечивший «святого старца» после нанесенной ему фанатичкой Хионией Гусевой раны, записал свои воспоминания, которые стали ценными для истории. «В 1914 году студентом-медиком, перешедшим на 4 курс (Казанского университета), приехал я на летние каникулы в родную Тюмень. Стал работать в хирургическом отделении Тюменской городской больницы под руководством опытного хирурга Александра Сергеевича Владимирова. В июле или августе, точно не помню, в Тобольской губернии случилось чрезвычайное происшествие. В селе Покровском Тюменского уезда было совершено покушение на «святого старца» Гришку Распутина. Ранение было не опасное для жизни. Но какая началась свистопляска! Из Тюмени на специальном пароходе выехал в Покровское хирург Владимиров, чтобы оказать «старцу» на месте нужную помощь. Раненый Распутин на этом пароходе был доставлен в больницу. Отсюда он послал телеграмму самой царице. Вот что он писал (дословно): «Кака-та стерва меня пырнула в живот. Григорий».

Из Петербурга прибыли в качестве сиделок две солидные дамы – медицинские сестры Ксениевской общины Российского Красного Креста. Больного поместили в громадной палате. Из Екатеринбурга командировали в Тюмень хирургов Кибардина и Харина на помощь Владимирову. Специальным экстренным поездом из Петербурга приехал профессор, хирург Военно-медицинской академии Роман Романович Вреден. А сколько понаехало в Тюмень корреспондентов столичных газет – «Русского слова», «Утра России», «Петербургской газеты», «Петербургского листка», «Биржевых ведомостей» и т. д. Все они стремились скорее нанять лошадей и первыми прибыть на место происшествия, в с. Покровское. Поговаривали, что в Тюмень инкогнито приезжала Вырубова, придворная дама, и даже сама царица. Распутин пролежал в больнице около месяца, так как заживление раны шло медленно. За время пребывания «старца» в больнице к нему на поклон приходили Тобольский губернатор и целый ряд поклонниц.

Мне припомнился такой случай. Мы с доктором Владимировым в коридоре хирургического отделения моем руки, готовимся к операции. В этот момент из палаты «старца» выбегает со смехом молодая полураздетая женщина (как оказалось, одна из поклонниц Распутина, жена нотариуса города Ялуторовска). Для «укрепления здоровья» ежедневно выписывалась «старцу» бутылка коньяку.

Я хорошо помню серые с зеленоватым оттенком глаза, которыми он буквально впивался в тебя, лежа на перевязочном столе. В этих глазах вспыхивал животный страх во время наших манипуляций – как бы мы его снова не «пырнули». «Старцу» в 1914 году было всего 42 года, и это был крепкий мужчина с окладистой бородой и длинными, как у попа, волосами. После окончания лечения «старец» соблаговолил сфотографироваться с персоналом больницы».

Месть Хионии

Безносая (из-за болезни на месте носа у нее была дыра неправильной формы) 33-летняя Хиония Гусева, поверившая иеромонаху Илиодору, что Распутин лжепророк и развратник, решилась на убийство, подобно тому, как святой Илья-пророк ножом убил 400 лжепророков. Какое же наказание понесла религиозная фанатичка? Смирновы отмечают, что Труфанов (Илиодор) сбежал в Норвегию, а Гусеву в июле 1915 года объявили душевнобольной и от уголовной ответственности освободили. В 1917 году по личному указанию А.Ф. Керенского Хионию выпустили из лечебницы на свободу. Злую, роковую роль сыграла Гусева в истории России. Распутин говорил: «Если бы та потаскушка не пырнула меня ножом, никакой войны не было бы и в помине. Я бы не допустил этого». Узнав о начале войны, он послал императору Николаю II пророческую телеграмму: «Милый друг. Еще раз скажу: грозна туча над Россией, беда, горя много, темно и просвету нет; слез-то море и меры нет, а крови? Знаю, все от тебя войны хотят, и верные, не зная, что ради гибели. Тяжко божье наказанье, когда уж отымет путь, начало конца. Ты, царь, отец народа, не попусти безумным торжествовать и погубить себя и народ. Вот Германию победят, а Россия? Подумать, так все по-другому. Не было от веку горшей страдалицы, вся тонет в крови великой, погибель без конца, печаль».

Распутин был убит 16 декабря 1916 года в Петербурге во дворце князя Феликса Юсупова. Во главе заговорщиков был депутат Государственной Думы, черносотенец Пуришкевич. Есть несколько версий: труп Григория Ефимовича сожжен в лесу или в топке политехнического института. А гроб его расколотили на маленькие кусочки, и люди взяли их на память.

В советское время Распутина считали великим грешником. Станислав Карнацевич такими словами закончил свои воспоминания:

174-4-1«… хочется, чтобы нынешнее поколение прониклось ненавистью к подобным «святым старцам» и гордостью за трудовой люд, избавивший Россию от подобных «хозяев» судеб миллионов».

Но история приводит и другие факты: знаменитый «старец» не только делал подарки своим односельчанам, но и помогал чем-либо существенным. На свои средства построил в Покровском школу и до самой смерти являлся ее попечителем. На общественные нужды жаловал по 500 рублей (для сравнения: бутылка пива стоила 7 копеек, а зарплата рабочего составляла 20-25 рублей). По его инициативе в селе был построен храм.

Храм в советское время уничтожили, о благотворительности легендарного земляка и заикаться было бессмысленно. Теперь отношение к Григорию Ефимовичу не столь категорично, его родное село стало туристическим центром. Но почему бы нашим художникам не создать памятный знак человеку, чье имя превратилось в бренд мирового масштаба? Территория бывшей Текутьевской больницы место на то самое подходящее…