АПК 

Ученые и практики весьма настойчиво отмечают, что наряду с успехами в молочном животноводстве есть и острые проблемы. Больше всего они озабочены сокращением продолжительности хозяйственного использования животных. Если корова эксплуатируется меньше трех отелов, то и не получишь рентабельности, достаточной для развития сельхозпредприятия, не пополнишь стадо собственным ремонтным молодняком. 

Коровы у нас живут до неприличия мало. (Впору «зеленым» внести их в свой список). В среднем по региону продуктивное долголетие буренок составляет всего 2,2-2,4 лактации. Это значит, животное около 26-28 месяцев растет и готовится к первому отелу и первому молоку, а потом доится всего-то два с небольшим года, подарив миру всего пару телят. Часть высокопродуктивных голштинов в отличие от черно-пестрой и коров симментальской породы и этого не успевает. Всех ждет незавидная судьба за мясокомбинатовскими воротами. 

Вспомните весьма востребованную передачу времен перестройки «Если бы я был директором». Хотелось бы и мне «пофантазировать» в этом ключе. Главные показатели молочного животноводства – надои и валовка. Оспаривать их приоритет пока не собираюсь. А вот третьей по значению официальной отчетностью ввел бы экономически обоснованное продуктивное долголетие животных. Нам, любителям крайностей, не надо превращать срок их жизни в гири на ногах экономической целесообразности. Для начала достаточно было бы вилки в 4-5 лет хозяйственного использования. 

Продуктивное долголетие, опять же по словам авторитетных экспертов, является верхушкой айсберга, на которой замыкается все – начиная от выращивания телят и до создания комфортных условий содержания коров. На ней сходятся все огрехи, очевидные и незаметные… 

Почему же у нас сложилась незавидная ситуация, которая серьезно тормозит развитие отрасли? В мировом молочном животноводстве существует, условно говоря, два подхода – европейский и американский. Первый основывается на небольших и средних хозяйствах, где собственники холят и берегут животных, и второй – со ставкой на очень крупные фермы. В нашей стране имеется тот и другой опыт, однако прослеживается тенденция в сторону крупных молочных комплексов. 

В Америке практикуется жесткое отношение к животным. И по продуктивному долголетию их коровы опережают российских товарок, но не так уж намного. Однако в части надоев американки далеко впереди. Не надо объяснять, что сугубо штатовский потребительский подход имеет беспрецедентно высокую государственную поддержку, которая сполна покрывает возможные экономические изъяны. К тому же в США в условиях благоприятного климата имеются в достатке богатые белком высокоэнергетическое зерно кукурузы и соя. Мы же, при наличии недостаточно качественных кормов в зонах рискованного земледелия, стараемся взбодрить организм животного неоправданным количеством отнюдь не полезных для здоровья стимуляторов, добавок, антибиотиков, чтобы получить от животного высокие надои, а затем списать его ввиду разложившейся печени. 

Хотелось бы поподробнее остановиться на мировом опыте. В стратегии поддержки сельского хозяйства США первый пункт гласит, что поддержка направлена прежде всего на сохранение сельского уклада жизни людей, развитие сельской демографии и улучшение условий их проживания. В документах Евросоюза также записано: «Животноводство является ключевой отраслью для сельского уклада жизни, так как в нем занята самая большая численность людей, и этот продукт является самым социально чувствительным и значимым». Основная задача финансирования в разных странах – обеспечение доходности от производства молока, чтобы она была не ниже уровня себестоимости. Сие строгое требование осуществляется интервенционными закупками и контролем за ценообразованием. На Западе закон называется так: «О торговой деятельности и контроле за ценообразованием», и он в полной мере (в отличие от нашего Закона о торговле) охраняет интересы сельхозпроизводителей. Программа их поддержки включает в себя и такие меры, как приоритеты отечественной продукции, раздачу определенной категории населения продовольственных карточек для бесплатного приобретения молочных продуктов и т.д. 

Если же все вышеперечисленное не помогает сохранить объем производства, то дальше следуют дотации на килограмм молока, на топливо, затраты на инфраструктуру и т.д. До тех пор пока не будет преодолено снижение объемов производства. 

Не следует забывать и о малообременительном кредитовании. Зарубежные фермеры запросто могут взять в банке кредит на 30 лет под процентную ставку всего в 3 процента. В том же Евросоюзе – построил новую ферму, тут же тебе вернут 40 процентов капитальных затрат. 

В чем мы в последнее время преуспели, так это в превышающей западные цены стоимости отечественных продуктов. Получается, что наши граждане своими кровными поддерживают молочное производство и торговые сети. При этом следует заметить, что для России молочная отрасль является еще более значимой, поскольку она – основной поставщик говядины, которая в балансе мясных продуктов занимает, мягко говоря, явно недостаточную долю. 

У нас бодро говорят о достижениях в зерноводстве, птицеводстве, свиноводстве… И стыдливо добавляют: «А вот по молоку и поголовью КРС совсем скромненький процент…». Но кто-то пытался разобраться с ситуацией? 

В России все, что касается молочного животноводства, не имеет реальных очертаний – ни статистических, ни в должной мере законодательных. Если верить «официозу», то мы производим в год более 30 млн тонн молока. И даже при этом объеме россияне потребляют его на 40 процентов меньше, чем население развитых стран, и значительно меньше, чем советские граждане в оное время. К тому же ни для кого не секрет, что сегодня на прилавках около трети продуктов, «вроде как молочных». Фальсификация жизненно важной для людей «молочки» с применением пальмового, кокосового масла и других вредных для здоровья людей заменителей приобрела просто беспрецедентные размеры. 

То есть если мы перерабатываем в стране примерно 14 млн тонн молока в год, то более 4-х млн составляют эрзац- сливочное масло, эрзац-сыр, эрзац-сметана и далее по списку. И, похоже, ситуацию с подделками менять не собираются. Импорт растительных технических жиров и других заменителей только растет. 

Тем не менее, по утверждению переработчиков, у них навалом молока и они не знают, куда его девать. При этом требуют снизить закупочные цены. И ведь добиваются своего. К сожалению, ни Минфин, ни Минэкономразвития, ни Минсельхоз не имеют объективной информации по многим злободневным вопросам, что приводит к непродуманным экономическим решениям. 

А реалии таковы, что за годы становления молочной отрасли мы имеем и очень низкое продуктивное долголетие животных, что тормозит ее развитие. Уже который год аграрии ставят себе задачу «сохранить стадо». Но где же потомство много лет назад привезенных из-за рубежа голштино-фризов, которыми собирались пополнить российское поголовье? Его нет. До сих пор завозим импортный скот. А арифметика очень простая. Повторюсь, после пары лет доения животное отбраковывают. На его место должна прийти нетель, которую надо выращивать более двух лет. В этом случае увеличения поголовья придется ждать очень долго. К тому же на некоторых молочных комплексах после отелов отбраковывают до 40 процентов маточного стада. При этом аграрии разыгрывают благополучие – надои подняли, выход телят и «подрисовать» можно. Глядишь, по итогам года диплом с премией дадут. И такое случается, потому что столь стратегически важный показатель для отрасли, как продуктивное долголетие, стараются игнорировать. 

Как правило, базовых надоев на уровне шести тысяч килограммов можно добиться полноценным кормлением животных. Если говорить о большей продуктивности, то очень важно, в каких условиях содержатся животные, какой для них создан комфорт, насколько доступно поение, воздух, как работает освещение... К примеру, у фермера Соломона Шармазанова каждая корова при беспривязном содержании имеет бокс шириной 130 сантиметров, соответственно, у нее такой же фронт кормового стола. Тогда как на большинстве комплексов животному отводят для кормления всего 38-40 сантиметров. И даже эта малость не соответствует количеству голов. Пока одни едят, другие, испытывая скученность и стресс, дожидаются своей очереди. 

Тюменские предприятия внедряли высокотехнологичный продукт «Herd Navigator» – систему поддержки принятия решений для упреждающего управления стадом. Она в автоматическом режиме проводит контроль за физиологическим состоянием и здоровьем. И на основе накопленной информации всегда можно принять оперативное решение, а думающему исследователю найти подходы к увеличению продуктивного долголетия в том числе. 

Успешные исследовательские опыты по применению инновационных отечественных кормовых добавок провели на фермах Боровской птицефабрики и «Чайка» в поселке Киёво Ялуторовского района. 

Есть немало других примеров на пути к увеличению продуктивного долголетия. Обобщить бы этот опыт. Да говорить о проблеме в полный голос на конференциях, семинарах, на заседаниях общественного совета… 

Валерий ИКСАНОВ /фото автора/