К 70-ЛЕТИЮ ТЮМЕНСКОЙ ГЕОЛОГИИ 

Анатолий Иванович Подсосов из своих 87 лет более полувека посвятил геологии. З4 года был «правой рукой» первых руководителей Тюменского Главка – легендарных Ю.Г. Эрвье и Ф.К. Салманова. Заслуженному ветерану есть что вспомнить, о чем рассказать... 

КЛАССИЧЕСКИЙ ВАРИАНТ 

Восточные склоны Полярного Урала – это весьма оригинальная площадь, которая долгое время была мало изученной геологической провинцией. 800 километров Уральских гор, протянувшихся по западным территориям Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого округов Тюменской области, до сих пор являются загадкой природы и вызывают повышенный интерес геологов к этому удивительному краю. Ведь именно здесь природа заложила несметные богатства – рудные ископаемые, роль и значение которых трудно переоценить. Не случайно еще в 1952 году Председатель Совета министров Иосиф Сталин подписал специальное постановление о проведении на Полярном Урале планомерных геологических исследований. И в том же году в срочном порядке были созданы две экспедиции: одна – от института геологии Арктики (г. Ленинград), другая – Собинская, с местом базирования в Лабытнангах. 

– Собинская экспедиция состояла из одной поисковой и четырех геологосъемочных партий, рассказывает Анатолий Иванович. – Работали в сезонном режиме, и лишь завхоз и сторож (муж и жена) жили на базе постоянно: самостоятельно и терпеливо откармливали до нужной кондиции выделенных в аренду местными хозяйственниками доходяг-лошадей, которых, смешно сказать, приходилось на первых порах поддерживать ремнями с боков, дабы не упали; содержали в надлежащем порядке нехитрый инвентарь, чтобы с приездом основных сил не было никаких сдерживающих работу факторов. 

Словом, освоение огромной и труднодоступной территории происходило в классическом для тех лет варианте – почти на голом энтузиазме и несокрушимой вере людей в светлое будущее великой страны. И это выглядело вполне естественно на фоне нашей недавней Победы в страшной войне, потому что другие испытания на прочность выглядели уже не столь значительными. Хотя все участники экспедиций как никогда ясно понимали исключительную важность поставленной задачи. 

Хождение горными тропами по заранее продуманным маршрутам, написание отчетов, составление карт, проведение химических анализов отобранных проб… Вся эта рутинная и совсем будничная на первый взгляд работа приносила нам радость, вселяла надежду, наполняла душу гордостью за причастность к большому, государственной важности делу. Ведь одним из главных этапов этой работы было прогнозирование полезных ископаемых и дача конкретных рекомендаций по проведению поисковых работ на отдельных участках. 

Поисково-съемочные работы 50-тысячного масштаба стали возможны уже к началу 60-х годов. Тогда же началось колонковое бурение на глубину до 500 метров, появились первые шурфы, канавы, штольни... В структурном плане более высокого уровня все происходило примерно таким образом: поначалу работы велись от Уральского территориального геологического управления, затем было создано Тюменское ТГУ, которое возглавил Юрий Георгиевич Эрвье. 

Рождение Ямало-Ненецкой комплексной геологоразведочной экспедиции в г. Салехарде стало событием, которое трудно переоценить: в ее состав вошла уже упомянутая Собинская экспедиция, а также Полярно-Уральская экспедиция. Первым начальником Ямальской экспедиции был назначен Иван Федорович Морозов. Впоследствии возник крупный Ямало-Ненецкий трест под руководством легендарного Василия Тихоновича Подшибякина. 

В плане изучения территории Полярного Урала проводились работы, направленные на поиск и разведку так называемых твердых полезных ископаемых (чем, собственно, мне лично и приходилось заниматься долгие годы). В эту структуру я пришел на должность старшего геолога сводного геологического отдела, а главным геологом был в то время Лев Иванович Ровнин, будущий министр геологии Российской Федерации. 

Уже в самом начале 60-х мудрый Ю.Г. Эрвье понял, что проводимые нами работы по рудным ископаемым настолько специфичны, отличаются от геологоразведочных работ на нефть и газ, что он вынужден был создать отдельную, самостоятельную геологическую службу. Так в составе нашего управления появилась должность главного геолога, заместителя начальника управления по твердым полезным ископаемым, гидрогеологии и геологической съемке. На эту должность Юрий Георгиевич предложил мою кандидатуру, и с 30 мая 1963 года вплоть до 2000-го я, как мог, в меру своего опыта и сил, занимался порученным делом. С первых шагов мы в полной мере использовали наработки своих предшественников, но пошли гораздо дальше, впервые широко применив в практике поисково- съемочных работ опыт комплексных геолого-геофизических исследований. 

ЭРА ОТКРЫТИЙ 

Изученность Полярного Урала можно разделить на ряд этапов. Первый серьезный исследователь – Баклунд. Затем следует назвать крупного ученого Заварницкого, обладавшего редким исследовательским даром. Однако наиболее масштабно и последовательно заявили о себе после революции такие яркие фигуры, как Сирин, Львов, Молдаванцев. И уж совсем новая эра открытий началась с момента подписания Сталиным того самого постановления, которое впервые на государственном уровне узаконило интерес к рудным залежам таинственных горных кладовых Полярного Урала. 

Нельзя не вспомнить тех начальников полярных партий, которые стали первопроходцами самых трудных маршрутов 50-х годов – это Георгий Петрович Сафронов, Викторин Яковлевич Устинов, Александр Васильевич Цимбалюк, Алексей Павлович Белоусов, Виталий Николаевич Охотников. 

Ощутимый результат по конкретной оценке участков обширной территории на наличие твердых полезных ископаемых был получен в период с 1960 по 1975 годы: за этот период были открыты все известные на сегодня месторождения, такие, как Саурейское, свинца, Тайкеуская группа редкометалльных месторождений. На площади горы Райиз (в переводе – Красная гора) было выявлено сразу несколько месторождений металлургического хромита – так получилось, что на сегодняшний день это самое крупное и единственное в России месторождение подобного рода. А ведь было время, когда мне чуть ли не до хрипоты приходилось доказывать высокопоставленным чиновникам в министерстве необходимость проведения поисково-разведочных работ именно в этом месте. Мне отвечали, что, дескать, Советский Союз и так стоит на втором месте в мире по запасам этого самого хромита, которого в весьма доступной точке на севере Казахстана предостаточно. Зачем лезть в Заполярье? Но вот СССР развалился, и Казахстан теперь – отдельное государство, что нам оставалось бы делать сейчас? 

Необходимо назвать также Лекын-Тальбейское месторождение медно-молибденовой руды, Новогоднее месторождение магнетитов, а рядом (участок Монто) обнаружили золото. В районе поселка Харп на месторождении диоритов построена дробильно- сортировочная фабрика, снабжающая все стройки Севера щебнем. Редкой удачей стало открытие Сафроновского месторождения фосфорита талантливым геологом-поисковиком Леонидом Яковлевичем Островским. 

ГЛАВНЫЙ РЕСУРС – ЛЮДИ 

Бывали, конечно, и грустные, и драматические моменты. Особенно тяжко пришлось в начальный период перестройки, когда за чужие ошибки пришлось дорого заплатить. Сохранить имевшиеся достижения и наверстать упущенное стало возможным лишь спустя годы с помощью верных и напористых соратников. Таких, как Юрий Васильевич Неелов, Иосиф Липатьевич Левинзон, Анатолий Михайлович Брехунцов. Это они взяли многие идеи и наработки под свою опеку и ответственность и в итоге создали на Полярном Урале новый горно- рудный район с опытным эксплуатационным карьером по добыче хромитов. 

Иногда журналисты спрашивают: нет ли у меня сожаления по поводу избранного однажды пути? Отвечаю: я пришел в геологию сознательно, пусть и очень молодым человеком. Сегодня, спустя годы, многое в нашей работе изменилось, но всегда были и будут востребованы в нашей профессии люди, готовые идти на край света не за длинным рублем, а за волшебными красками северных закатов, за утренними туманами и непередаваемым запахом тайги. 

Добавлю, что это очень здорово – видеть реальные результаты своего труда, а за привычными уже географическими названиями видеть лица своих друзей, коллег, людей по-настоящему мужественных и смелых, работящих и умеющих радоваться жизни. Как в песне: «Нас водила молодость в пламенный поход...». Уверен, если б довелось начинать все заново, мы все наверняка встретились бы вновь. 

Талантливый ученый и практик Анатолий Иванович Подсосов, несмотря на весьма солидный возраст, продолжает консультировать более молодых коллег и охотно встречается с юными тюменцами – участниками геологических конкурсов и олимпиад. Он верит: главный ресурс любого большого дела – это люди, умеющие мечтать, готовые посвятить воплощению мечты в жизнь свои лучшие годы! 

И В КАМНЕ ТЕПЛИТСЯ ДУША 

Изучая Полярный Урал, Анатолий Подсосов еще в молодые годы приобщился к собирательству уникальных экземпляров руды и красивых минералов. На утилитарное применение коллекция не рассчитана: Анатолий Иванович не делает из этих камней ни брошек, ни колец, ни подвесок. Интересуется в основном геологическим аспектом, например, оригинальными включениями, прорастанием одного минерала в другой. 

– Я не знаю ни одного человека, который остался бы равнодушным к этой красоте, – говорит Подсосов. – Камни обладают каким-то пленительным свойством, завораживают, дарят чувство душевного равновесия, восстанавливают жизненную энергию и даже лечат от болезней или приносят удачу. Можно относиться к подобным рассуждениям как к преданиям, легендам, но то, что камни порой бывают "волшебные", – для меня бесспорно. Вообще история камней на редкость увлекательна сама по себе. И если на Востоке, где любят все очень яркое, оправой для камней всегда служило золото, то на Севере предпочитают более сдержанные тона и потому облекали обработанные камушки в серебро. 

У каждого камня, поверьте, есть свой характер, свои капризы. Вот говорят, будто есть камни, притягивающие несчастья: нет, это люди пытаются свои пороки, алчность, тщеславие, гордыню или зависть перебросить на камни. При этом давно известно, что рубин или, к примеру, красный гранат лечат кровь, сапфир считается символом духовности, а черный опал или морион защищают человека от дурных помыслов. Алмаз – благородный, рыцарский камень. Бирюза и лазурит – камни верности. 

Но если человек едет на Полярный Урал "за камнями", а в голове – деньги и корысть, ничего хорошо из этой затеи не выйдет. Ведь камни требуют чистых помыслов, потому что они живые и живут вечно, а потому тщательно выбирают, кому доверить свой таинственный мир. 

На полированной яшме – огни вечернего города, джонки, плывущие по реке. В горном хрустале отчетливо угадывается силуэт кита, причудливые изображения диковинных зверюшек… 

Говорят, есть время разбрасывать камни. Анатолий Иванович Подсосов почти всю жизнь собирает их. А потому душевно богат и по-настоящему счастлив. 

НА СНИМКАХ: вот оно, сокровище; Анатолий Подсосов. 

Валерий АРБАЛЕТОВ