К 70-ЛЕТИЮ ТЮМЕНСКОЙ ГЕОЛОГИИ 

СУПРУГИ АНАТОЛИЙ И ЗИНАИДА ЕФИМОВЫ ВСЮ ЖИЗНЬ ПОСВЯТИЛИ ГЕОЛОГОРАЗВЕДКЕ 

Десятки лет Анатолий Сергеевич и Зинаида Васильевна Ефимовы провели в геологоразведочных партиях. Вместе, рука об руку участвуя в освоении и разработке Медвежьего, Уренгойского, Ямбургского, Русского, Тазовского, Семаковского, Бованенковского, Крузенштернского, Малыгинского, Харасавэйского и других месторождений.

Судьба свела их в далеком 1955 году, в поселке Березово, где двумя годами ранее брызнул первый газовый фонтан. 

– Анатолий Сергеевич, часто ли память возвращает к минувшим событиям? 

– Часто! Ведь все познается в сравнении, поэтому и вспоминаешь, и сравниваешь: как всё было тогда и как сейчас. Меня уже лет в восемь начали приучать к крестьянскому труду. Вместе с дедом я был и в коровнике, и в конюшне. После уроков ходил за лошадьми, сено косил. 

В 1953 году Анатолий приехал в Тюмень из Березовского района, устроился учеником слесаря в облавтоуправление. Стал слесарем шестого разряда. В 15 лет уже имел допуск к капитальному ремонту двигателя. В 1954 году поступил в ФЗО геологов, ныне училище №7 по ул. Минской. Выучился на монтажника буровых установок и через год в составе группы из 25 человек поехал на родину в Березово. 

– Тогда по реке ходили еще «колёсники». Пароход назывался «Жан Жорес». Настроение у всех боевое, азартное. Ребятам было по 17-19 лет, но каждому хотелось самостоятельности, участия в ответственном деле. В Березово нас встретил начальник нефтегазоразведочной экспедиции Александр Быстрицкий, будущий лауреат Ленинской премии. И мы пошли за ним, как гусята. Определились в общежитие, получили спецодежду. Собрали первый «фонарь», потом второй, – поделился воспоминанием Анатолий Сергеевич. 

Из Березово молодого геологоразведчика призвали в армию. Служил танкистом на Дальнем Востоке, в Белоруссии. Затем вернулся на родину, вновь устроился в геологоразведку, в Полноватскую партию глубокого бурения. Для решения геологоразведочных задач нужна была тяжелая техника, и Ефимова откомандировали в Челябинск, Свердловск, Нижний Тагил. Вот какое было время! Посмотрел бы я сейчас на 20-летнего пацана, загружающего на железнодорожные платформы мощные тягачи! 

– Зинаида Васильевна, а вы как попали в геологоразведку? 

– Когда появился Березовский фонтан, моего брата- геологоразведчика перевели в Березово. Он там проработал год и вызвал меня к себе. Я жила в Копейске, шахтерском поселке Челябинской области. Купила билет на самолет и полетела. Билет в то время от Тюмени до Березово стоил 1250 рублей. Это очень много! 8 марта 1955 года я уже оказалась на месте. 

– Не страшно было 17-летней девчонке в чужой стороне? 

– В те годы страшного ничего не было! Сначала трудилась подсобной рабочей на вырубке леса под поселок геологов. Нас было 11 девчонок, жгли сучья, расчищали дороги. Потом Быстрицкий перевел меня на буровую. Показали, что делать. Прежде чем в скважину опустить трубу, надо ее замерить, зафиксировать длину, оценить параметры раствора: вязкость, удельный вес, водоотдачу, процент песка. 

– И зимой, и летом на буровой? А зимой там не жарко… 

– Конечно, не жарко! Буровая обшита досками, а кругом ветер, холод. Но привыкла! 

С будущим мужем Зинаида Васильевна познакомилась на танцах. В местном Доме культуры сначала крутили кино, а затем заводили магнитофон или приглашали гармонистов. Вот так и зазвучал посреди бескрайней югорской тайги геологоразведочный романс длиною в жизнь. 

Вскоре Анатолий и Зинаида сыграли свадьбу и с тех пор уже не расставались. 

И В СНЕГ, И В ВЕТЕР… 

От эксплуатационного бурения геологоразведка отличается большими расстояниями между буровыми вышками. Геологоразведчикам важно очертить контуры месторождений. Пробурились, получили продукт, скважину закрыли. Переместились дальше. Специалисты приезжают, дают оценку запасов и передают данные в Москву. У промысловиков же другая задача – обустройство и эксплуатация месторождения, бурение скважин кустовым способом, подача сырья на переработку. 

– В 1962 году меня назначили старшим механиком геологоразведочной партии. Я уже понимал, что к чему, знал, где бурить, где не бурить. Возил на вахту монтажников, буровиков. Главным для всех было одно: чтобы очередная скважина не оказалась пустой, – рассказывает Анатолий Сергеевич. 

В 1963 году Ефимовы перевелись в Казымскую геологоразведочную партию. В 1966 поехали в Надымскую экспедицию. Когда-то близ поселка размещался лагерь. Заключенных амнистировали, а строения остались. Добротные, из крепкого бруса. Поставили электростанцию. Чтобы привезти дизтопливо, надо было на военной амфибии ехать 6–8 часов в одну сторону, а затем, загрузившись, часов 11 в обратную. 

– Анатолий Сергеевич, а чем привлекал Север? Вы ведь уже пожили в городе, посмотрели на городские удобства и комфорт. 

– Привыкли к жизни в полевых условиях! И в город нас уже не тянуло. 

В ТРЕВОЖНУЮ ДАЛЬ 

Жили и трудились в поселках Нумги, Ныда. В 1969 году Ефимова перевели в Газ-Сале главным механиком Тазовской экспедиции. А оттуда Анатолий и Зинаида вместе с двумя детьми (младшую дочку оставили на родине) отправились в загранкомандировку в Афганистан. 

Разнарядка пришла из Москвы: «Надо помочь афганскому народу найти газ и нефть». 

Поначалу предлагали поехать в Пакистан. Согласен? Согласен! Анатолий Сергеевич оформил документы. Но поездку в Пакистан отменили из-за начавшейся там гражданской войны и предложили соседний регион. Город Шибарган встретил Ефимовых тепло. До афганской войны было еще далеко, страной правил король. 

В геологоразведочных работах в Шибаргане участвовали чехи, румыны. Одна из скважин взорвалась и пылала года четыре. Пламя загасили советские специалисты. По словам Анатолия Сергеевича, там стояла законсервированная скважина около 1000 метров глубиной. 

– Вот на нее я и попал. Расконсервировал оборудование, чтобы выйти на проектную глубину 3200 метров. И скважина дала фонтан газа. Вот это был праздник! 

В центральноазиатской стране Ефимовы проработали три года. Жили в небольшом городке для советских специалистов, в двухэтажных домах. Там были детские площадки, детский сад, школа с 1-го по 4-й классы. 

– Афганцы к нам очень хорошо относились. Мы свободно выходили в город, ездили на рынок за продуктами, правда, старались передвигаться в группе, либо с мужчиной, – подключается к разговору Зинаида Васильевна. 

Следующий памятный этап – это ямальские просторы. В 1975 году Ефимовы приехали в Новый Уренгой. А оттуда судьба забросила их на Харасавэй. В Карской нефтегазоразведочной экспедиции Анатолий Сергеевич трудился начальником транспортного цеха, начальником базы производственного обеспечения, заместителем главного механика по монтажу буровых установок, заместителем начальника экспедиции. У любого тракториста всегда спрашивал: «Ну, как у тебя дела?». У проходчика: «Сколько метров пробурено?». Все участвовали в одном большом деле, всех объединял общий задор. Потому и результаты удивляли весь мир. 

– Анатолий Сергеевич, случались какие-то ситуации, когда нужно было себя переломить, заставить идти вперед? 

– Вспоминается другое. Условия на Харасавэе суровые. Я приехал туда в августе. Вижу: на ходу только одна машина ГАЗ-71. Остальные вышли из строя. А нужно было принимать грузы с морских судов, они же не будут стоять и ждать нас. А там течет речка Харасавэйка. Метров 120 в ширину, и глубиной 6 метров. Буровые снабжались вертолетами, но налетела пурга, и вертолеты встали. Тогда на берегу Харасавэйки скопилось машин 25 с разными грузами. Толщина льда 25 сантиметров, а по формуле для переправы необходимо 36. Так мы распороли большую емкость, машина заезжала на металлический лист, и мы ее волоком перетаскивали на другой берег. Лед, естественно, трещал. Вот тут у нас поджилки тряслись: «Лишь бы никто не провалился!». Если техника уйдет в воду на 6 метров, как ее потом оттуда вытащишь? А утонет кто? Но, слава Богу, все тогда сложилось удачно, все трубовозы, все бортовые машины в течение ночи были переправлены на другой берег. 

В Карской экспедиции Ефимов проработал до 1994 года. Затем еще шесть лет трудился в «Надым газпроме», в Тюменской комплексной геологоразведочной экспедиции. За плечами – разработка Медвежьего, Уренгойского, Ямбургского, Русского, Тазовского, Семаковского, Бованенковского, Крузенштернского, Малыгинского, Харасавэйского и других месторождений. Именно Анатолий Ефимов монтировал первые скважины на Ямбургском месторождении, на Мессояхе, в Надыме, на Харасавэе. 

Был простым работягой, был начальником. В общей сложности провел в экспедициях четыре десятилетия. 

– Анатолий Сергеевич, десятки лет проведены в суровых условиях, на тяжелой работе. Теперь вы с Зинаидой Васильевной на заслуженном отдыхе. А что вам сейчас греет душу? 

– Понимание, что без нас не было бы месторождений, названия которых нынче известны всему миру. Не было бы проекта «Ямал-СПГ». Наши усилия не пропали даром. 

Радослав ВАСИЛЬЕВ /фото автора и из личного архива Ефимовых/