или Северный поворот века

Если вы, как А. Омельчук, родились на Оби и 20 лет прожили в Салехарде, единственном в мире городе на полярном круге, и если пройтись босиком по этому кругу было для вас наслаждением, вы обречены заболеть, и ваша высокая и неизлечимая болезнь будет не очень точно называться любовью к Северу. Для  Омельчука любовь эта обернется страстью, тоской, желанием понять эту землю и рассказать о ней людям.

Он написал почти десять книг о Севере. О Севере была его первая – «Салехард» (1978). Потом появились книги об исследователях и исследовании Севера («Зов Арктики», 1980; «Рыцари Севера», 1982; «К неведомым вершинам», 1985), об освоении его нефтяных и газовых богатств («Арктическая разведка», 1983; «На полярных ветрах», 1983), о «тюменской нефтегазовой империи» («Север с большой буквы», 1989; «Соленая Арктика», 1989; «Великий Уренгой», 2006).

Любимыми героями Анатолия Константиновича станут люди, которых он называет ревнителями и радетелями Севера, люди-подвижники, однажды «заболевшие Севером» и оставшиеся верными ему навсегда. Важнейшей для писателя окажется, кроме того, тема судьбы и загадки коренных северных народов, тысячелетия назад выбравших эти земли местом своего обитания: кто они, откуда и зачем пришли?

Казалось бы, книга «Нежный Север» (2004) завершила его частное, как А. Омельчук любит говорить, открытие Севера, контуры его северного мифа, но летом 2010 г. Тюменский дом печати издает «Книгу Севера», часть задуманной автором трилогии, включающей в себя, кроме того, «Сибирскую книгу» (2008) и «Тюменскую книгу» (2009). Если писатель так давно (32 года!) пишет о Севере, то возникает закономерный вопрос: что нового появилось в творчестве А. Омельчука с этой книгой и какой во всем этом культурный смысл?

Привычное нам мироустройство, по меньшей мере последние 2–3 века, определяется, как известно, противостоянием Востока и Запада, взаимодействие которых и создает то ли загадку русской души, то ли особенный русский путь в истории. Однако в последней четверти ХХ века, в сущности, на рубеже веков и тысячелетий, предпринимаются попытки пересмотреть традиционную картину мира, которую начинают выстраивать уже две цивилизационные оси: не только Восток – Запад, но и Север – Юг. Во всяком случае, активизация оси Север – Юг (богатый север – бедный юг, нефтегазовый север – сельскохозяйственный юг и т.д.) в нашем регионе в конце прошлого века радикально изменила геополитические границы, заставила выстраивать жизнь огромной Тюменской области на новых экономических и культурных основаниях. И то ли еще будет в контексте глобального потепления.

На рубеже веков и тысячелетий появляются новые и все громче начинают звучать старые понятия: северный формат, северная перспектива России и мира, метафизика Севера, космософия, геософия и философия Севера, северная цивилизация, нордическая душа, северный тип человека, северный проект, Полярная Атлантида, новая Гиперборея, глобальный Север и т.п. Самые оптимистически и радикально настроенные говорят о планетарном, глобальном северном повороте в воззрениях современного человека.

Ученые Архангельска, Новосибирска, Салехарда и других городов реконструируют мощную многотысячелетнюю традицию осмысления Севера, соединяя мудрость древних и вызовы современности. Северный текст русской культуры обретает контуры и начинает активно структурироваться и изучаться. Он сегодня немыслим без таких разных писателей, как Б. Шергин, Ю. Шесталов, А. Неркаги, Е. Айпин, – всех тех, кто стал голосом и словом родной для них северной земли. Книги А. Омельчука о Севере также, безусловно, знаки северного поворота современного человека, часть северного текста культуры, однако его взгляд на эту землю иной, он – из тех, кто пришел Север открывать и осваивать. Особенность его взгляда связана и с его профессиональным, новостным журналистским мышлением, делающим его книги книгами очевидца и участника событий. Кстати, возможность быть современником и летописцем грандиозного авангардного проекта советской власти, связанного с освоением Севера, «Великого Освоения», А. Омельчук считает одной из главных удач своей жизни. Его книги о Севере, таким образом, представляют то востребованное ныне направление современной литературы, которое принято называть литературой non fiction.

Вопреки утверждениям автора («Север – это не география, не пространство»), Север в новой книге А. Омельчука, безусловно, пространство (хотя и особенное), пространство топографически точное, хотя географические названия звучат, как мелодии нездешнего мира: Мангазея, Таймыр, Ямал, Харасавэй, архипелаг Новая Земля, отмели Шараповы Кошки, Мыс Желания, залив Креста, Байдарацкая губа, Салехард, Амгуэма, Эгвекинот, Марра-Сале, Усть-Юрибей, Гыда, Константинов Камень…

Север писателя – это, однако, не только сибирская и российская земля, он многомерен и, как утверждает автор, нескончаем: он включает в себя страны «Полярного круга человечества» (Норвегию, Финляндию, США, Канаду, Исландию, Данию, Гренландию), а путь на Север «начинается с Тибета. Север начинается с Тибета». Физическая география, таким образом, превращается в географию сакральную, а реальный Север – в северный миф А. Омельчука, главная формула которого «Север – высокогорье равнин», а суть – Тайна.

Очевидно, поэтому важнейший архетип северного мифа Анатолия Константиновича – путь, путь на Север и к Северу, а большинство героев – люди пути, они открывают, изучают, осваивают Новую землю. Чаще всего их путь неимоверно труден, он на грани жизни и смерти, почти всегда он необъясним. Зов Севера столь же властен, сколько и непостижим. Так до конца и останется неясным, зачем покидали дом и отправлялись на Север многочисленные герои А. Омельчука: первый ученый-географ, изучавший прибрежную часть Ямала, Василий Михайлов, сын Селифонтов; шведский мореплаватель Нильс Норденшельд; Артур Чилингаров; студент Российской академии наук Василий Зуев; этнограф Наталья Котовщикова; Виктор Муравленко… В книге из 590 страниц таких героев – сотни. Причем чаще всего они не просто первооткрыватели, они – созидатели, устроители новых земель, в каком бы веке это ни происходило – в XVI или XXI-м.

Почти все герои А. Омельчука пытаются понять таинственную власть Севера над человеком, однако автор не дает простых ответов, не призывает к мистическим озарениям и экстатическим прорывам, не повторяет старых истин о Полярной Атлантиде и легендарной Гиперборее. Ему вместе с тем ясно, что Север сегодня – «шанс человечества».

Северный миф в новой книге не только приобретает новые контуры, но и переструктурируется: его доминантой становится не Полярная звезда, как было ранее, а река. В книге даже появляется особый жанр – течение реки. Связано это, безусловно, с тем, что автор еще не остыл от своей предыдущей книги «Река возвращается» (2009), с самосознанием автора, считающего себя человеком реки.

«Книга Севера» автобиографична, она, в сущности, включает в себя всю жизнь А. Омельчука в ее, как он говорит, северной стороне. Самое сокровенное в этой стороне его жизни – причудливая связь Севера и его писательского дара, писательской судьбы. Видимо, не случайно древние греки утверждали, что не кто иной, как Аполлон, был покровителем гипербореев, которые считали себя его жрецами и слугами.

Если согласиться с А. Омельчуком в том, что «мир извилист, плавен, в нем главенствует круг. Петля. Поворот», то становится понятно, что «Книга Севера» – новый круг, точнее, новый поворот в реке жизни автора, который с полным правом может сказать о своей новой книге: «Это я, Господи».