ПОМНИМ 

Художнику-монументалисту Эдуарду Тягло 26 июля исполнилось бы 80 лет. Он оставил о себе добрую память. 

…7 апреля 1992 года легковушка двигалась по улице Малыгина. Водитель ее вдруг резко затормозил, поставил машину у обочины и попросил прохожих вызвать скорую. 

– Ой, вам плохо… Мы сейчас, – и люди побежали искать ближайшую телефонную будку. Как обычно в жизни бывает, в самый драматичный момент не так-то просто оказать помощь вовремя. Мобильной связи тогда не существовало, а телефоны на тюменских улицах зачастую были разломаны. Но прохожим всё же удалось позвонить на спасительное 03. 

Он ждал. Надеялся, что всё обойдется, вот-вот приедут врачи. На улице властвовала весна: чудесная пора обновления, и так хотелось жить, и столько было замыслов впереди. Вот и карета скорой, пронзительно звучит её сирена. Но он уже не слышит. Опоздали. Оборвалась жизнь Эдуарда Николаевича. 

Коллеги не могли поверить в его уход: «Так ведь молодой. С какого он года? С 1942- го… Он же крепкий, энергичный. Сердце не выдержало…». 

Его друг, живописец Владимир Янке, хранит сборник «Художники Тюмени» и каталог выставки с одноименным названием. В них дается справка об Эдуарде Тягло. 

«Родился в селе Искровка Акимовского района Запорожской области. Учился в Харьковском художественно-промышленном институте (1964-1969) у Е.П. Егорова. Член Союза художников СССР с 1980 года. Проектировщик- монументалист. Автор архитектурных проектов экстерьеров и интерьеров многих общественных зданий Тюмени. Работал главным художником города. Председатель правления Тюменской областной организации СХ РСФСР (1987-1989). Участник областных, зональных, республиканских выставок». 

В официальной справке принято кратко сообщать о человеческой жизни. Но память щедрее, она хранит даже мельчайшие подробности, которые помогают представить и понять человека. 

– Эдуард Николаевич очень многое делал для нашей творческой организации, мы чувствовали его постоянную заботу, – рассказывает Владимир Янке. – Благодаря его участию в городе строились дома с мансардами, в которых сразу же планировались мастерские для художников. Расположены они на Мельникайте, у железнодорожного вокзала. После Тягло ни одной мастерской не построено. Ему удавалось в высших кругах власти успешно решать квартирный вопрос художников. Организация выставок тоже была на нём. Самое большое событие в Тюмени тех лет произошло 12 декабря 1979 года. Это первый день работы Выставочного зала на улице Севастопольской и открытие V зональной художественной выставки «Урал социалистический», над созданием которой самое непосредственное участие принимал Эдуард Николаевич. Какой грандиозный банкет был в танцзале по поводу этого события! При содействии обкома партии, исполкома организовали праздник для художников, столы накрыли. Торжественные речи, тосты, аплодисменты! Милиции дали команду не забирать художников в вытрезвитель, а доставлять их сразу домой. (Смеется). 

– А кроме многочисленных оргвопросов Эдуард Николаевич успевал творчеством заниматься? 

– Свой след он оставил. Здание бассейна «Геолог» украшало панно, выполненное в технике граффити. Эту работу Эдуард выполнил совместно с Виталием Шиловым. (Здание теперь снесено, выстроено современное, увы, не обладающее уникальностью. – Е.Д.). Пожалуй, самое известное творение Тягло – рельеф в фойе театра кукол «Мир сказок». Он его тоже с Шиловым придумывал. Почему такой тандем двух мастеров? Эдуард и Виталий в Харькове вместе учились. Так вот, объем работы был большой: керамическое панно во всю стену. Сказочных персонажей: Карабаса Барабаса, Царя, Балду, медведя Умку, тридцать трех богатырей и других «деятелей» надо было вылепить сначала из глины, потом обжечь. Тут начинается самое интересное. Был в районе улицы Харьковской кирпичный завод, на нем работали заключенные. Мы с ними договорились: так, мол, и так, «вам чай и прочее, а вы нашу керамику – в печку». Ну, они согласились и вместе с кирпичами обжигали глиняных героев. Иногда, правда, брак получался, и приходилось переделывать, но в общем сделали то, что требовалось. Потом это панно на стену монтировали. Тяжелая работа, однако справились. У нас была задача – сдать театр под ключ. 

Я-то живописец, но когда приехал в Тюмень, на живопись не было заказов. Эдуард меня быстро задействовал: предложил глиной заняться, это керамическое панно мы, кажется, года два делали. 

Со сказочным дубом, что стоит в фойе театра, тоже история вышла. Эдуард высмотрел где-то в районе озера Андреевское могучую сосну. Распилили ее на три части, привезли в театр. Эти три куска надо было состыковать. А как? Автокран внутрь здания не загонишь. Можно сказать, монтировали в условиях, опасных для жизни. Физическая сила от нас потребовалась. 

– …Художники как грузчики работали? 

– Мы всё сами делали. Словом, сотворили из сосны сказочный дуб, Русалку и Кота ученого хотели на него посадить, но не случилось, только цепь на нем. Это была инициатива Эдуарда (он же интерьеры создавал). Кстати, деревянные часы-терем, что при входе в театр, – тоже его задумка, а исполнил её Анатолий Модин. 

Идей, интересных замыслов у Эдуарда Николаевича было много, мы воплощали их в красках или металле. 

– Владимир Валентинович, а как он в Тюмени очутился, родом же с Украины? 

– Приезжал со стройотрядом. Его дипломная как раз с Тюменью связана: он оформлял интерьеры аэропорта Рощино. Тогда обкомом партии руководил Борис Щербина – одним словом, городу нужны были хорошие художники, Тягло и решил связать свою судьбу с Сибирью. С семьей приехал, его жена Светлана – медик по профессии. 

На фоне искусства с первых дней я с Эдуардом и подружился. Он был деловым человеком, ответственным. Потому власти и дали ему портфель главного художника города. Эдуард Николаевич занимался вопросами внешнего облика тюменских улиц, да много чего приходилось ему решать. Он прирос к Тюмени, полюбил ее. И работал с душой. Большой объем сделал по созданию пожарной выставки. Мне особо запомнились диорамы г.Тобольска. Он и автор росписи интерьера сборочного цеха электромеханического завода, генплана архитектурно- художественного решения Тюменской областной библиотеки. Жаль, что после реконструкции зданий не все его работы сохранились. 

Когда у Тягло появлялось свободное время, он старался выехать на рыбалку. На озере Янтык карасей, окуней ловили. Машина у него была, по нынешним меркам, «первобытная» – «Жигули». Тягло любил на ней ездить, да ему и по работе нужна была мобильность. Завистники у него, конечно, имелись, а зависть сильно жизнь отравляет. Без последствий не прошли передряги в нашем творческом объединении. Видимо, он всё близко к сердцу принимал. 

…Попрощаться с Эдуардом Тягло собралось много людей. Художника уважали за его талант, ценили как хорошего человека и организатора. Люди говорили: «Рано ушел, сгорел, не берег себя…» 

НА СНИМКАХ: художник Э. Тягло; панно на здании бассейна «Геолог». 

Елена ДУБОВСКАЯ /фото и фотокопия автора/