Тюменскому литератору Евгению Вдовенко 25 декабря исполнилось бы 85 лет

Белая папаха, полковничий мундир казачьего атамана, внимательный взгляд сквозь прищур... Прижизненный портрет Евгения Вдовенко, написанный тюменским художником Владимиром Волковым, относит нас к середине девяностых, когда, уже будучи офицером в отставке, выходец с Кубани возглавлял Верхнекондинский казачий округ в поселке Советский (кадровый военный стал атаманом). В его долгой жизни поэта и гражданина были целых тридцать лет службы в воздушно-десантных войсках и рыцарское служение Поэзии – две ипостаси, две пламенные страсти.

Это он про себя иронично так изложил:

Батька я теперь казачий…
Я теперь при шашке, братец!
При папахе, башлыке.
И с нагайкою в руке.

А впервые опубликовал свои творения в 1949 году в окружной газете Донского военного округа. Первая его книга «Юность на посту» вышла в 1960-м. Затем – учеба на заочном отделении литературного института имени Горького. Всего в свет вышло несколько стихотворных сборников: «Муза с парашютом», «Иду к тебе», «Яснополянские мелодии», «В десанте служим мы крылатом», «Ты гуляй, гуляй, мой конь…», «Прощай-прощай и здравствуй-здравствуй!», «Лира и крест».

По случаю 85-летия со дня рождения поэта Евгения Вдовенко, члена Союза писателей России, в Тюмени прошел именинный вечер его памяти (Евгений Федорович ушёл из жизни в 2002-м), названный строчкой из его стихотворения «Вернусь, не раз ещё вернусь». Родные, близкие, коллеги по литературному цеху, военные, просто любители его творчества делились воспоминаниями, читали стихи. На большом экране возникали кадры видеозаписи последних интервью поэта по местному телевидению – их герой рассуждал о творчестве и судьбе, нет-нет и переходил с житей-ской прозы на образный язык поэзии. Казалось, виновник встречи где-то рядом и лишь вышел покурить на минутку. Говорят, так бывает, когда человек уважаем и любим, когда память о нем светла. Последняя книга стихов «Лира и крест», несмотря на то, что ей предпослано такое название, зарождалась ещё при жизни стихотворца, правда, вышла уже после его ухода. Сборник получился лучшим из всего опубликованного у Евгения Вдовенко. В нём поэтические строки так пронзительны, так великолепны, что невольно приходишь к мысли о несправедливости поэтической судьбы: стихотворца зовут в мир иной в самую пору творческого взлета. Поэт сказал об этом так:

Жаль – жизнь коротка:
Не успел в нее толком вглядеться,
А тут и отбой, –
Весь дневной свой лимит исчерпал!
Вчитайтесь и вот в эти несколько строчек:
Деревня в гору –
дюжина дворов.
За ней – другая.
Убранная нива. Лужайка.
Меланхолия коров.
Корзина яблок белого налива.
И вот – леса.
О, русские леса!
Я перед вами загодя пасую
и, как мольберт, раскрыв свои глаза, –
на уголочке сердца вас рисую…
Вам так к лицу высокий потолок
с лучистой лампой солнечного света
и неумытый, тепленький телок,
жующий на опушке зелень лета.

О родине поэт Вдовенко сказал и такими словами:
Вновь я под родительскою кровлею
Речкой мыслей в прошлое теку,
Как теленок к вымени коровьему
Льну щекой к дверному косяку.

Родина, закут саманной хаты,
Родина, где мама родила…

И живут себе эти стихи звонкоголосо, подобно есенинским. «Для меня, – говорил в свое время Евгений Вдовенко, – поэзия до сих пор – сплошное удивление. Мне предрекают: мол, придет время, когда я перестану удивляться. А если и вправду настанет такое время, что потом делать?».

240-5-4Ему уже и не верилось, что когда-то, в далеком детстве, отрочестве и даже юности он жил себе без всякого стихотворчества. Даже несмотря на то, что мама (учительница литературы в сельской школе) научила мальца читать и писать очень рано – в четыре года, что сама любила стихи и с удовольствием читала их сыну. А всерьез увлекся этим только в тридцать лет, когда уже за плечами были война и учеба в военном училище. Случилось это для него самого неожиданно. Он, профессиональный военный, решил сдать экстерном экзамены в вечерней школе и получить аттестат о среднем образовании. Взял и написал сочинение на вольную тему в стихах. Учительница, зачитывая его творение вслух, все повторяла: вы просто обязаны серьезно этим заняться. Похвала подействовала на молодого человека своеобразно. «Был нормальный десантник, а тут смутился, заробел». Начинающий поэт Вдовенко вдруг как-то сразу понял, насколько это ответственно, как-то явственно ощутил: начинающим-то быть уже поздно. Значит, надо сразу подаваться в профессионалы. Решил поучаствовать в конкурсе, объявленном областной газетой в Туле (в то время он там служил). Будто специально, будто на заказ, написал поэму «Звон бубенцов» – грустную историю о судьбе своего казачьего рода, рассказанную ему когда-то отцом. Жюри присудило молодому автору первое место, но переиначило условия конкурса и не выплатило причитающуюся премию победителю. Он расценил это как знак: поэзия его кормить не будет. Так оно и вышло по жизни. Зато писал о том, что просила душа, о чём волновалось сердце.

И потому появлялись строки, в которых не было места фальши, строки, проникающие в самую душу:

И кончился день,
и за днем этим кончилась вечность,
и кончилась ночь,
и за ночью начался рассвет,
и я ощутил,
как не выспался род человечий,
и что у него настоящего отдыха нет…

Свое творческое кредо творец высказал в строках, адресованных тому же художнику Владимиру Волкову, подразумевая, конечно же, себя в качестве адресата:

Рукой руководи, а душу слушай:
в ней то, что людям свойственно скрывать.
Пиши с нее портрет свой прямодушный…
Ложь вымарай, а Правду покажи!..

А лирико-философская ипостась поэта проявилась в стихотворении «Озарение», посвященном некой юной особе, встретившейся на его пути:

Наша встреча – мое озаренье.
Молода, хороша и проста,
ты была, словно ветка сирени
от заветного сердцу куста.
И зовущие губы, как чары,
Увели меня в юные дни.
И хотелось, чтоб нас обвенчали
и вослед погасили огни.
…Наважденье! Миражное диво!
Жизнь не любит вчерашнего дня.
И сегодня, строга и правдива,
эта жизнь отрицает меня!

Радость встречи и ее трагизм одновременно. Стихи о любви, о родине, о жизни – постоянная потребность душевного выплеска, необходимость сказать о чем-то важном, наболевшем. Из чисто житейских историй в изложении Евгения Федоровича мне запомнилась одна, точно дающая представление о нем, как о личности. На одном из писательских семинаров в Тюмени двое его литературных собратьев с пеной у рта требовали у Вдовенко дать им премию имени Петра Ершова – одному за прозу, другому – за стихи. В споре им как-то было невдомёк, что перед ними – не менее достойный претендент. От такой нахрапистости наш герой просто оторопел. «А почему не мне?» – только и произнёс он, поставив-таки наглецов на место. К сожалению, в любой профессии есть творцы, и есть ремесленники. С последними не раз приходилось в жизни сталкиваться лицом к лицу и отстаивать свою позицию поэту и воину Евгению Вдовенко.

«Почти всю жизнь поэт и воин», – именно такую характеристику он давал себе самому в одном из стихотворений. 240-5-6Будучи профессиональным военным, однажды он даже отказался от заманчивого предложения учиться в военной академии – в пользу поэзии. Армейская служба не помешала ему закончить литературный институт имени М. Горького – можно сказать, тайком от начальства. Когда принёс в отдел кадров новенький диплом литератора (чтобы занесли сведения в личное дело), ему задали «наивный» вопрос: «А как вы туда попали?». Отличавшийся прямотой Вдовенко спросил в ответ: «Может, вам еще объяснить, почему я без разрешения воинского начальства поступил?».

Человек с хорошим чувством юмора, тонкий лирик, настоящий патриот, верный друг, отличный семьянин и прекрасный поэт. Именно эти слова не раз были произнесены в этот вечер памяти о Евгении Вдовенко. Настоящий поэт и после земной жизни остаётся жить в своих стихах и людских сердцах…

P.S. Выражаем сердечную благодарность директору областной научной библиотеки им. Д. Менделеева Ольге Адамович, сотруднику отдела социально-культурных проектов Ульяне Портнягиной, ведущей вечера Валентине Прибыловой, вдове поэта Галине Вдовенко, родным и близким литератора и воина за организацию вечера по случаю 85-летия Евгения Вдовенко и за предоставленные архивные материалы!