ПРОГУЛКИ ПО ГОРОДУ

Улица Циолковского находится за Домом печати, она маленькая, начинается у Сургутской, заканчивается Профсоюзной. Ничем особым не приметная, но в ее прошлом были замечательные события. Да и носит улица имя великого российского ученого Циолковского.

ГРАЖДАНИН ВСЕЛЕННОЙ

Константин Эдуардович Циолковский родился 17 сентября 1857 года в селе Ижевское Рязанской губернии. Отец его – польский дворянин, мама – дочь крещеного татарина. Как и свойственно всем гениям, Костя отличался от сверстников некими странностями характера. Ему нравилось лазать по деревьям, забираться на крыши домов и прыгать, не боясь высоты. Любя родители называли его «птицей и блаженным». В 10 лет Костя сильно простудился, когда катался на санках, и после тяжелой болезни почти оглох. Он лишился общения со сверстниками, замкнулся, ушел в себя. В своих воспоминаниях Циолковский писал: «Глухота заставляет страдать меня каждый день. Я чувствовал себя изгоем, я как бы отупел, ошалел…В силу ограниченности житейских впечатлений моя биография не может быть такой же красочной, как у людей нормальных. Это биография калеки».

Природа, отнимая одно, компенсирует большим. Главное, понять себя, свой интеллект или талант и направить в нужное русло. Костя Циолковский погрузился в мир книг. Они дарили ему знания, развивали воображение. В результате собственными руками создал маленький агрегат, который двигался при помощи пара. А потом пытался смастерить машину с крыльями, но задумка осталась в проекте. Отметив склонность сына к изобретательности, отец направил его в Москву в техническое училище.

Жилось студенту Циолковскому туго: в месяц он получал от родителей (отец его служил лесничим) 10-15 рублей. Деньги Костя тратил на книги, ртуть, серную кислоту. Оставались копейки на черный хлеб. Целыми днями будущий гений космонавтики пропадал в Румянцевской библиотеке, где самостоятельно прошел весь курс математики и физики. Его захватили романы знаменитого фантаста Жюля Верна. И мечты о поездах, летящих вокруг экватора без центробежной силы, о металлических аэростатах, носящихся в воздухе, не покидали его. И однажды Циолковского осенило: он представил закрытую камеру, подобие космической ракеты, и восторг охватил его. Он выбежал из дома и долго бродил по ночной Москве. Может, тогда понял, что его ждут великие открытия.

В 23 года Циолковский женился на дочери священника Варваре Соколовой. Это произошло в захолустном городке Боровске, куда его назначили на должность учителя арифметики и геометрии уездного училища. Венчаться молодые ходили за четыре версты пешком. В день венчания Циолковский купил у соседа токарный станок и резал стекла для машины. Может, Варваре и было обидно, но она понимала, что её муж женится не по любви, ему нужна смиренная, набожная женщина, которая не будет им вертеть и не помешает заниматься любимым делом.

В захолустном городке, где сильны всяческие предрассудки, где днем с огнем не найдешь научных журналов, Циолковскому жилось трудно. К тому же его принимали чуть ли не за сумасшед-шего. Ведь в доме Циолковских сверкали электрические молнии, гремели громы, загорались огни. Смельчаков, кто решался туда зайти, хватал за нос или за палец электрический осьминог. А однажды обитатели городка напугались, увидев, как в небе огромный шар рассыпал искры.

В 1882 году Циолковский разработал свою первую научную теорию взаимодействия молекул газа. Рукопись отправил в Русское физико-химическое общество. Ему ответил сам Менделеев: «Эта теория была открыта 25 лет тому назад». Сначала Циолковский делал открытия давно известные, затем – недавние, а потом – новые. Дмитрий Иванович Менделеев и другие ученые мужи оценили его талант, предложили вступить в Физико-химическое общество. Циолковский с ответом медлил. Он жил в ужасающей нищете, у него не было денег на членские взносы. Но он и не замечал убогого существования, его всецело захватила теория дирижабля.

В 1882 году Константин Эдуардович вместе с семьей переехал в Калугу, где опять трудился простым учителем уездного училища. Дом, в котором поселились Циолковские, превратился в научную лабораторию. Ученый производил опыты по сопротивлению воздуха и воды. Приборы, которые он создал, заполонили всю комнату, Циолковский не открывал даже дверь, чтобы никто не отрывал его от дел и не нарушилась правильность воздушного течения. Наконец, увиде-ла свет его научная работа «Аэростат механический, управляемый». Часть денег на ее издание наскреб Циолковский, часть дали знакомые.

В 1886 году ученый начал писать исследования мировых пространств, своими силами создал аэродинамическую трубу. Может, и не случайно: переезжает в другой дом, который, по преданию, стоит на месте падения метеорита. В 1896-м он приступил к своему главному труду, в котором вычислил скорость выхода звездолета в космос. Этот труд был напечатан в 1912 году в столичном издании «Вестник воздухоплавания». Вот и последовало признание: Циолковского приглашают в Калужское реальное училище прочесть лекцию о полетах к другим планетам.

Любопытно, что дом, в котором ученый писал труды о космических полетах, спустя сто лет живет особенной жизнью. Случаются мистические явления, почему-то мобильные телефоны работают с перебоями. Лестницу в том доме называют «лестницей в космос».

О тайнах мироздания мы знаем далеко не все, подтверждение тому – слова Циолковского: «Мне кажется, я даже почти твердо верю, что особые, непостижимые нами разумные сущности есть. И совершенно невероятно, чтобы они не имели влияния на нашу жизнь. Проще предположить влияние тех, что развились из таких же несовершенных созданий, как мы сейчас».

Революция. Экспроприация имущества. У Циолковских отняли корову. Закрыто епархиальное училище, ученый остался без средств к существованию. Семейству грозила голодная смерть. Из восьми детей Циолковского выжили две дочери. Социалистическая академия наук по просьбе ученого выделила деньги, но они были мизерны, а через год и вовсе его звание академика не подтвердили. Циолковского отправили в Москву на Лубянку, якобы он мог передать какие-то секретные сведения. Две недели, что провел ученый в тюремной камере, оказались для него лучше, чем на воле. Скудная, но хоть какаято кормежка. На допросе чекист спросил Циолковского о политических платформах, он ответил, что знает только железнодорожные платформы, о политических ничего не слышал. Его отпустили.

После Гражданской войны начался бум авиации, ученому назначили хороший паек, стали печатать его труды, избрали в Ака-демию наук. К Циолковскому посыпались письма, приходили посетили. Одна из таких встреч оказалась судьбоносной: теоретик Константин Эдуардович передал космическую эстафету практику Сергею Королеву.

Роль Циолковского в развитии науки огромна: именно он обосновал идею использования ракеты для освоения космического пространства и сделал все математические расчеты, он доказал возможность межпланетных сообщений, высказал еще огромное количество идей, которые и сегодня используются в космонавтике.

В свое 75-летие «отец» космонавтики заслужил бурные овации, докладчики восторгались его гениальными мыслями. А через два дня, 19 сентября 1935 года, закончился земной путь Константина Эдуардовича. 50 тысяч жителей Калуги собрались проводить гения. Когда опускали его гроб, в небе проплыл дирижабль.

БЫВШАЯ ГРОМОВСКАЯ И ВОРОШИЛОВА

В столетний юбилей со дня рождения Циолковского (1957 год) власти Тюмени переименовали улицу Ворошилова. Красный маршал, ближайший друг Сталина был подвержен сильнейшей критике на ХХII съезде КПСС, увековечивать его имя, мягко скажем, стало неполиткорректно.

Политика – дело тонкое и опасное, поэтому и первое название улицы – Громовская – большевики разжаловали еще в 1922 году. Предполагается, что в царское время на этой улице стояла кузница, владельцем ее был Никандр Карпович Громов, по его фамилии нарекли тогда участок земли на окраине города.

Главной достопримечательностью сих мест был старейший в Тюмени пивоваренный и винокуренный завод купчихи 1-й гильдии Надежды Михайловны Давыдовской. Ей было чем гордиться: в 1909 году в Милане и Лондоне ее фабриканты получали золотые медали, Гран-при и Большой почетный кубок. Так что варили тюменское пиво не хуже баварского да чешского…

Любопытная картина из жизни улицы рисуется в первые годы советской власти. Большевики национализировали имущество тюменских предпринимателей, дали им в руки метлы, лопаты и направили убирать, мостить улицы, в частности – Громовскую. Приобщали, так сказать, буржуазию к физическому труду.

Другой факт: здесь жил Матвей Тарасович Гуляев, приехавший в Тюмень из Центральной России. Он был мастеровым человеком, ему вместе с подмастерьями довелось строить деревянный мост через Туру. (Мост рухнул в 1982 году). Несколько домов Матвей Тарасович построил и на Громовской. В зеленом особнячке с белоголубыми ставнями (ул. Циолковского, 16) жила некогда дочь Матвея Тарасовича – Таисия. Матвей Гуляев – дед народного артиста СССР, лауреата Государственной премии Юрия Гуляева. Многомного раз Юрий ходил по улице, но уже – Ворошилова/Циолковского. Он жил тут, неподалеку, работал на заводе АТЭ.

ВСЁ ДЛЯ ФРОНТА!

10 октября 1941 года в бывшем здании пивоваренного завода было решено разместить производство Таганрогского мотоциклетного завода им. Сталина (25 ноября 1941 года рабочие этого предприятия прибыли в город, позже на вокзал пришли 170 вагонов с оборудованием). Из Москвы эвакуировали завод мотоциклетных моторов и доставили оборудование Серпуховского мотоциклетного завода. Все это объединилось в военное предприятие № 65, которое выпускало мотоциклы М-72 и детали для взрывателей.

Директор тов. Мизрухин проделал большую работу, чтобы выпуск продукции наращивался. Было развернуто движение фронтовых бригад. Известность получила бригада Николая Величко, ее занесли в книгу Почета Тюменской комсомольской организации.

Мотоциклетный прославился тем, что в нем впервые в Советском Союзе спроектировали тяжелый мотоцикл, совершивший пробежку от Тюмени до Москвы.

Завод №65 в 1942 году был переведен в Заречье, в 1944-м покинул Тюмень, перебрался в Горький (теперь Нижний Новгород). А здание пивоваренногомотоциклетного занял легендарный завод АТЭ (автотракторного электрооборудования). Историю его мы рассказывали в материале «Звон металла тает на ветру» в №17 за 2020 год.

СОВРЕМЕННЫЙ МИКРОРАЙОН

Теперь на месте АТЭ выстроены многоэтажные дома, получившие название «Александровский сад». Один из бывших работников завода Геннадий Кириллович Иванов предлагал городским властям установить памятный знак в честь славного предприятия, и такая стела появилась летом 2012 года.

В 1950-х ул. Циолковского почти вся состояла из деревянных изб с огородами, многие хозяева держали живность: поросенка, корову или кур. На водокачке, представляющей из себя деревянную избушечку, брали воду. За ведро платили по копейке. На лошадях подъезжали с бочками, пешие шли с коромыслами.

Завод гудел поутру, созывая тружеников на работу. Дежурный стоял у входа на проходной, проверял пропуска. Умели «атэвские», так называли рабочих предприятия, хорошо отдыхать. Заливали каток, играли в хоккей, ставили новогоднюю елку. На углу улицы по легенде жил какой-то цирковой артист, уехавший из Тюмени и получивший славу в Европе.

Бывшая Ворошилова была грязной, с канавами, в позднее время суток не освещалась. Циолковского же покрыта асфальтом. У обитателей улицы есть любимый уголок – в двух шагах раскинулся тот самый Александровский сад, подаривший название современному микрорайону.

НА СНИМКАХ: К. Циолковский; бывшая проходная АТЭ.

Елена ДУБОВСКАЯ /фото и фотокопия автора/