МАЛЕНЬКИЙ ТРАВЕЛОГ

«…Верстах в трёх от Кисловодска, в ущелье, где протекает Подкумок, есть скала, называемая "Кольцом", это – ворота, образованные природой; они поднимаются на высоком холме, и заходящее солнце сквозь них бросает на мир свой последний пламенный взгляд». Так описывал Лермонтов в «Герое нашего времени» гору, на которую я взбирался.

Узкий, длинный выступ-ответвление Боргустанского хребта, в нескольких километрах к северу от Кисловодска, весь изъязвлён пещерами от эрозии песчаника, и когда-то одна из этих пещер «проела» гору насквозь, образовав отверстие, через которое в XIX веке русские аристократы, отдыхавшие «на водах», любовались видами заката.

Поскольку место это не только красивое (несмотря даже на старания некоторых его посетителей, разрисовавших скалу и пещеры дурацкими граффити в стиле «Киса и Ося здесь были»), но ещё и историческое, «лермонтовское», оно стало одним из основных туристических объектов Кавказских Минеральных Вод. У подножия горы всегда царит оживление, стоят экскурсионные автобусы (один из которых и привёз меня сюда), а по склону вверх и вниз, подобно муравьям, снуют многочисленные туристы. Так было здесь, когда я посещал гору Кольцо прошлый раз, в осеннюю пору, ничего не изменилось и теперь, в январе. Только склон сейчас слегка припорошён январским снегом, и тропинка к «кольценосной» скале из-за этого снега, утоптанного сотнями ног, скользит под ногами.

Среди туристов бытует предание, что тех, кто доберётся до проёма «кольца» и постоит в нём, ждёт удача. Но задача эта не из простых – склоны скалы не то чтобы непреодолимы, но довольно круты, и велик риск сорваться. А если особенно не повезёт, то и попасть под камнепад, о чём свидетельствует печальная участь одного из туристов, однажды погибшего здесь под обвалившимся на него куском скалы.

Тем не менее, желающих рискнуть немало. В просвете долго маячил силуэт какой-то девушки, делающей так и этак селфи при помощи монопода. Хотя чтобы снять потрясающие пейзажи, совершенно не обязательно забираться на саму скалу, и без того Кисловодск со своими окрестностями виден отсюда, как на ладони.

Глядя на эту девушку, я невольно вспомнил читанные мной газетные публикации о людях, погибших в погоне за эффектными автопортретами. Некоторые отправились к праотцам при весьма сходных обстоятельствах. Например, студентка Сильвия Рейчел, свалившаяся со знаменитого моста Пуэнте де Триана в Испании, когда делала на нём селфи, или супружеская пара, упавшая во время попытки сфотографировать себя с обрыва мыса Кабо да Рока в Португалии. Судя по количеству любителей экстрима, и гора Кольцо рано или поздно обзаведётся призраками своих неудачливых селферов.

Впрочем, легенды у этого места имеются и без того, повосточному цветистые, как кавказские тосты. Самая колоритная из них – про пастуха, влюбившегося, как водится, в дочь богатого князя.

«Но отец девушки, несмотря на своё богатство, был очень жадным, и хотел отдать дочь за богатого, чтобы стал их род ещё более богат – пересказывает содержание легенды журналистка и путешественница Галина Шефер. – И сказал он во всеуслышание, что руку его дочери получит самый достойный. И надо женихам пройти три испытания. Первое – борьба, второе – конные состязания, а третье – на самое лучшее кольцо для невесты.

И хотя знал князь и о любви бедного пастуха, и о силе его, и отваге, и о коне его прекрасном и верном, спокоен был – потому что негде было взять денег бедному пастуху на прекрасное кольцо для невесты.

И вот прошёл с успехом пастух первые два испытания, победив остальных конкурентов. Но попрежнему не волновался князь, потому что знал – негде добыть возлюбленному дочки дорогого и необычного кольца.

И вот наступил решающий день. Два главных конкурента пастуха принесли роскошные кольца – одно красивее и необычнее другого. И всё же одно кольцо было лучше, потому что венчал его большой чистой воды бриллиант, похожий на двуглавую вершину Эльбруса. А поскольку нет для сердца горца ничего милее родных гор, то готов был уже отдать князь руку дочери обладателю этого кольца, с камнем, похожим на двуглавую гору…

Но тут раздался топот копыт на княжеском дворе. Это прискакал бедный пастух.

– Ты привёз дорогое и необычное кольцо? – удивился князь.

– Нет, – ответил пастух. – Но кольцо сейчас будет.

И он достал лук и натянул тетиву. И полетела стрела к высокой горе. И пробила в ней сквозное отверстие. И видны были сквозь него облака, двуглавый белоснежный Эльбрус и закатное солнце.

– Вот моё кольцо, – сказал пастух. – Моя любовь к твоей дочери также велика, как это кольцо, и настолько же будет счастлива она со мной, насколько необычен мой подарок.

И все аксакалы ахнули, увидев гору Кольцо, и единодушно присудили победу пастуху. Потому что нет для горцев ничего красивее и лучше гор, и ничто – даже самый роскошный подарок в мире – не заменит жителю гор природной красоты.

Говорят, с тех самых пор и пошёл обычай дарить кольцо, признаваясь в любви…»

У подножия горы функционирует небольшой базарчик, где местные жители торгуют в основном шерстяными вещами ручной работы и сувенирами. Местные цены меня приятно удивили. Скажем, сувенирные магнитики на рынке при горе вдвое дешевле, чем точно такие же в других туристических местах.

* * *

Дальше наш путь лежал в Карачаево-Черкесию, к Медовым водопадам. Это участок глубокого ущелья Скалистого хребта Кавказских гор, по дну которого протекает речка Аликоновка, а с крутых замшелых склонов низвергаются пять водных потоков. Самый высокий из них, Большой Медовый водопад, имеет высоту 18 метров. Четыре других – Жемчужный, Секретный, Змейка и Чёртова Мельница (впрочем, названия могут варьироваться) – пониже.

По легенде, водопады прозвали так оттого, что когда-то в окрестных скалах жили дикие пчёлы, и во время паводков вода, размывая их соты, становилась сладкой. Что, конечно, чушь. Чтобы такие массы воды приобрели сладкий вкус или хотя бы привкус, никакого мёда не хватит.

Есть и другая версия, гласящая, что в это место, якобы, стремились молодожёны, чтобы провести среди здешних красот свой медовый месяц. (А вот в это я охотно поверю, сам бы не отказался провести среди таких красот медовый месяц, представься такой случай).

До Медовых водопадов от Кисловодска около двух десятков километров. Дорога к ним пролегает по очень живописным местам, среди горных хребтов. Как писал классик: «Кругом налево и направо, как бы остатки пирамид, подъемлясь к небу величаво, гора из-за горы глядит». Кстати, Лермонтов не для красного словца называл горы Кавказа синими. Издалека они действительно кажутся голубоватыми. То ли такой оптический эффект даёт чистый горный воздух, то ли ещё по какой-то причине.

Перед входом в ущелье какойто джигит собирал по 60 рублей с носа, так называемый «экологический сбор», просто за право спуститься в каньон и поглазеть на водопады. Иными словами, «за здорово живёшь». Судя по нескончаемым толпам туристов перед джигитским «КПП», суммы в итоге должны получаться астрономические.

– За такие деньги могли бы лестницу ото льда почистить, – проворчала женщина, спускавшаяся впереди меня по крутым скользким ступеням в узкой расщелине между двумя скалами, ведущей на дно каньона. Впрочем, с точки зрения остроты ощущений так было даже лучше – утоптанная снеговая корка вносила в спуск элемент умеренного экстрима.

В этом ущелье я тоже уже был. Но, в отличие от горы Кольцо, Медовые водопады осенью и они же в январе – это, как выражались одесситы, «две большие разницы». Не могу сказать, что сейчас здесь было лучше или хуже. Просто по-другому. В октябре тут тепло, красочно и жизнерадостно, оглушает весёлый шум водопадов, а в воздухе болтается густая водяная взвесь. А сейчас каньон походил на царство Снежной королевы или Белой Колдуньи из фильма «Хроники Нарнии». Сумрачные, суровые, серо-бурые с прозеленью каменистые стены ущелья, на фоне которых свисают колоссальные ледяные сталактиты полузамёрзших водопадов – такие виды достойны кисти художников, пишущих на фэнтезийно-нордические темы.

Оставшееся после прогулки по каньону время до отправки автобуса обратно, в Кисловодск, я без устали любовался окрестными пейзажами. Впоследствии не без удивления узнал, что, оказывается, самое первое моё знакомство с этими горами произошло ещё в детстве, когда с упоением смотрел мегапопулярный в своё время советский вестерн «Всадник без головы», в котором долина Аликоновки снималась в роли Дикого Запада.

НА СНИМКАХ: гора Кольцо; большой медовый водопад зимой.

Роман БЕЛОУСОВ /фото автора/