ДАЛЁКОЕ – БЛИЗКОЕ

Тюмень стремительно меняется. В конце XIX – нач. XX века, не так давно по историческим меркам, в Заречье жили наши родственники. Держали сундучную мастерскую и постоялый двор, торговали, а юная бабушкина сестра Нюра пела в хоре Вознесенской церкви…

Нынче в заречной части города, вокруг Вознесенско-Георгиевского храма, говорят, будет построен жилой квартал «в стиле XVIII века», а по долгосрочному плану сибирская Зарека (Бухарская слобода) станет похожей на европейский город. Ввиду такой девелопментской перспективы спешно захотелось навестить еще не снесенные, знакомые с детства домики уже почивших в Бозе родных.

Левобережье прошлых веков описано в литературных и архивных источниках как экологически и криминально опасный район города, но с богатой историей заводского и фабричного производства, промыслов и ремесел, в том числе сундучного.

Сундук в современной квартире – большая редкость. Об этих изделиях напоминают разве что не утратившие популярность шкатулки да ставшие модными сиденья с откидным верхом в виде крышки. А не так давно это был незаменимый предмет мебели в семье любого достатка и сословия. Сундуков требовалось много: разного назначения и размера, домашних и дорожных, простых и затейливых… Поэтому сундучное ремесло успешно развивалось, пока не грянула революция.

В советское время на основе крупных сундучных мастерских во многих городах начали открываться мебельные артели и фабрики. Не стала исключением и Тюмень. Мебельная фабрика «Заречье» появилась в одноименной части города. У ее истоков стоял живший здесь когда-то сундучных дел мастер Климентий Трофимович Огибенин (1804–1900?), занимавшийся изготовлением не только сундуков, но и другой мебели.

В Тюмень он переселился с Урала и в 1878 г. основал с двумя старшими сыновьями первую в Тюмени сундучную мастерскую. Она находилась в приходе ВознесенскоГеоргиевского храма, где позже поселился другой мастер-сундучник, тоже с Урала – Лев (Леонтий) Спиридонович Овчинников (1861 - после 1925). Это дед нашей мамы. Младший сын Огибенина Тарас Климентьевич был талантливым фотографом, создавшим фотолетопись дореволюционной Тюмени. В его фотоателье был сделан ряд фотографий из нашего семейного архива.

Сведения о мастере К. Т. Огибенине – родоначальнике большой и замечательной династии – есть в музее «Мебель старой Тюмени», созданном Сергеем Аркадьевичем Кивериным – известным общественным деятелем, меценатом, предпринимателем, тридцать лет возглавлявшим мебельную фабрику «Заречье». Он продолжает заниматься историей мебельного дела в Тюмени и связанных с ним мастеров-сундучников Заречья, одним из которых был наш прадед.

В Памятных книжках Тобольской губернии (1914-й и 1915 гг.) указаны шесть тюменских мастеров сундучного производства, в их числе – Л. С. Овчинников, по архивным документам – «кандидат в выборщики в Тобольское губернское избирательное собрание от Тюменского городского съезда избирателей».

Его дом и мастерская – деревянные одноэтажные – выходили окнами в общий двор по улице Малой Заречной, 21 и 23. Овчинниковы на этой улице проживали еще в нескольких домах, а их потомки живут здесь до сих пор.

В 1957 г. улицу переименовали в Ломоносова. Мастерская не сохранилась, обветшавший жилой дом ждет сноса, а часть двора с надворными постройками, по-сибирски внушительными, видна на фотографии, где работник выгуливает коня, возившего на продажу сундуки. В мастерской работали девять человек. Для прочности и красоты сундуки обивали железом с узором «под мороз». Эту технику прадед унаследовал от своего отца – мастера Спиридона, жившего в Невьянском заводе. Об этом мы узнали от научного сотрудника Русского музея Г. А. Пудова. Только что вышла его книга «Из истории русского сундучного производства», где есть упоминание и о тюменских мастерах-сундучниках. Свою мастерскую в Невьянском заводе Спиридон основал в 1849 году. В ней трудились его семья и четверо наемных рабочих.

Сундуки и шкатулки продавали в Невьянске и Ирбите. Туда же возил свой товар на продажу и сын Спиридона. Он отделился от отца и перебрался в Тюмень в 1895 г. в возрасте 34-х лет. С женой Анной Даниловной имел сына и шесть дочерей. Дочь Вера (на семейном фото Огибенина она справа, с сумочкой в руке; на полу (рядом с корзинкой) – наша бабушка Мария) была владелицей постоялого двора, за что они с мужем пострадали во время революции.

Их двухэтажный особняк (муж был из купеческого сословия) до сих пор стоит на Малой Заречной, 19. В годы нашего детства, когда нам с сестрой было 3,5 и 5 лет, дом выглядел весьма внушительно среди одноэтажных домиков: с обширным двором, мощеным тесом и обнесенным двухъярусными хозяйственными постройками для экипажей, с сенниками наверху. Высоченный порог при входе во двор мы, маленькие дети, преодолевали с большим трудом, предварительно подергав за веревку, чтобы позвонить в басовитый колокольчик.

На первом этаже до революции находилась лавка с товарами для путешествующих. В ней продавались изделия местного производства: мыло, свечи, конская упряжь, веревка и кожа. Всё изготавливалось во множестве зареченских частных заведений хорошо знавшими друг друга слободчанами, что являлось верной гарантией качества продукции. И, конечно, самым необходимым в дальнем пути предметом был дорожный сундук, благо сундучная мастерская отца Веры Львовны находилась рядом.

В этой лавке, по рассказам родственников, делал покупки проезжавший этой дорогой Григорий Распутин. Ему нравились добротные изделия, особенно конская упряжь. Качество действительно было отличным. До сих пор местные жители находят «схроны» неиспользованной кожи и утепляют ею чердаки домов, так как она не поддается порче. Нынешние жильцы бывшей гостиницы постоялого двора Веры Овчинниковой также поведали, что после революции в лавке была пивная; припомнили и о бывших хозяевах с их прямо-таки детективной судьбой.

А сундуки мастера Овчинникова еще живут в домах старожилов.

НА СНИМКЕ:  Л. С. Овчинников с семьей (1907 г.)

Элеонора РУЗОВА, Ирина МАНУЙЛОВА