НА ПОЭТИЧЕСКОЙ ВОЛНЕ

Вышла в свет новая книга Михаила Федосеинкова «Тайник зари». Это юбилейный, двадцатый, поэтический сборник тюменского поэта.

Лирика Михаила Алексеевича очень своеобразная, он постоянно в поиске. Любит поиграть словами. Среди строк можно встретить как любовную тематику, так и описания природы, иногда они несут в себе романтическое и фантасмогорическое звучание. Не избегает поэт и социальной сферы страны; его переживания о судьбе Родины, россиянах также нашли место в новой книге.

Но что бы мы ни говорили о творчестве лирика, а все же лучше самим прочитать его стихи. Кто-то восхитится, кто-то поспорит. Кто-то возразит, а кто-то согласится.

Дымами пойменных костров
Пропитанная юность.
Манящая под звёздный кров
Шести- и семиструнность.
Каких людей я повстречал,
Какие чувства принял
В начале самом из начал,
Под цвет жарков и примул!
* * *
Пять утра. Уже не спится.
Предвозвестие чудес.
Зазывают душу птицы
В позабытый лес небес.
Сном весь дом охвачен детским.
Так блаженно близким в нём!
Посоветоваться не с кем...
Что ж, без спроса маханём.
* * *
Запах прели и костров.
Или прелесть увяданья.
Не слыхать скворчиных строф
Из прищёлков с щебетаньем.
Смолкли опусы в лугах
Из жужжанья и гуденья.
И сверчок родной зачах
В свежеколотых поленьях.
Тишина берёт в полон,
Мы общаемся глазами.
И ведёт нас яви сон,
А куда – не знаем сами.
* * *
Пляшут вихри-завихрушки,
Меж прохожими виясь.
А со свечками старушки
С небесами держат связь.
Соревнуются позёмки,
Чуть не с ног сбивая люд;
В храмах бывшие девчонки
Молят лучший всем приют.
Рождество, затем Крещенье,
Всё лютей, лютей мороз.
Им же горнее общенье
Выше всяческих угроз.

ЯВЬ ТАЕЖНАЯ
Под буранный гул в верхушках
Тишь внизу стоит звонка.
На соседнюю опушку
Соболь гонит колонка.
Убеждает совка-сплюшка
Всю округу – сплю, сплю, сплю!
А ходячая избушка
Встыла в наст по февралю.
Кто нет-нет да шебаршится
В древнем срубе по ночам?!
Грызунам сквозь половицы
Не пробраться там к харчам...
Волки бродят, ноздри ширя,
Заостряя хищный зрак,
На подкожном тощем жире
Выживая кое-как.
Из заснеженной берлоги
Пар струится, еле зрим;
И, ломая ветки, ноги,
Лось торит свой путь, гоним...

СОЛНЕЧНОЕ
Когда неделя до весны,
Считай, весна уже настала;
Потери прошлого видны
В лучах игривого запала.
Тут – из-под снега – рубль возник,
Оброненный соседом квелым;
Там вытаял аж колосник,
Припрятан печником веселым.
И лишь по щиколотку снег
Кой-где щербатому забору;
А из-под кровли спилы слег
Горят сродни люминофору.

ВСЕГДА И СЕЙЧАС
Люди, звери, травы,
Горы, облака
Были, были, были
Уже наверняка.
Мы, родная, тоже,
Ещё до всех причин
Шли ладонь в ладони
В сказочной ночи.
Весенней новью веет.
И с каждым днём – новее.
И даже чуть дрожит,
Стыдясь, вчерашний вид.
В дрожащих зорь ресницах
Грёз вспархивают птицы,
Юнеет бездна вся,
Где мы целуемся.
Искал давно людскою чащей
Я взор её неботочащий.
Мне повезло в конце концов,
Хотя и не среди дворцов.
Во чисто поле, как в копейку,
Я угодил стрелой мечты
И обнаружил чародейку
Нерасторжимой с ней четы.
Городу судорог
В ярости сутолок
И ладу удали
Мы карты спутали.
Будней повальную
Серость прервали мы
И разукрасили
Радостью прясельной.
Среди домов одноэтажных,
Живущих на краю земли,
Мы пару сотен лет миражных
Единым махом провели...
* * *
Верба, ива, бредина –
Всё по сути едино –
По апрелю цветёт
И даёт первый мёд.
Ухмыляются козы,
Первоцветы жуя;
Ос около косо
Зыркают не друзья.
* * *
Сибирский валенок влюблённый –
Я рисовал свою любовь –
И просинь-взор, и прочернь-бровь,
Рукой порхая окрылённой.
Моё, ликуя, сердце пело,
Напротив девочка цвела.
Она была,
Как май, мила,
Душой сияя через тело.
* * *
Без пяти минут покойник –
Я рисую жизни мощь.
Так велел мне майский дождь,
Барабаня в подоконник.
Сокрушится гроб-могила
Почеркушкою моей;
Лей, пресветлый, не жалей!
Чтоб земля сполна плодила.

ПОСКОРЕЕ
Если я принес, родная,
Не любовь, а только боль, –
Поскорее отфутболь,
Более не вспоминая.
Предо мной пусть станет черным
Мир лучистый навсегда,
Ты же взором никогда
Не поникнешь обреченным.

ОБРЕЧЕННЫЙ
Парят лазурью величаво
Пустого греженья друзья.
Под ними кистью кучерявой
Свою судьбу рисую я.
Орудую самозабвенно,
Не глядя, – ради одного –
Освобождения от гена
Умоприкладства своего.

ИЗВЕЧНОЕ РАЗНОМНЕНИЕ
– Жизнь дана страданий ради
И готовности к утрате
Как здоровья в миг любой,
Так и всей ее самой…
– Не согласен, извините,
Жизни благостные нити
С негой связывают нас,
Здесь желанной и сейчас…
– Испытанием на прочность
Нам дана души порочность,
В искушеньях чтоб стоять,
Подключив святую рать!
– А по мне греха здесь нету,
Если мы хотим конфету,
А не корочку под чай…
Нет казны – кирзу тачай!