ИСТОРИИ СТРОКИ 

В симпатичный благородной наружности дом на перекрестке улиц Республики / Красина (бывшие Царская/Телеграфная) оперативно стекались вести с просторов Российской империи. Здесь, в уездном граде Тюмени, находилась почто-телеграфная контора. 

ПИСЬМО АНТОНА ПАВЛОВИЧА 

В 1862 году в городе открылся телеграф, первый в Сибири. Телеграфная линия связала Тюмень с Екатеринбургом и Омском. Обыватели своими глазами увидели диковинный аппарат: из него змейкой вилась бумажная лента, на которой печатались буквы. 

– К нам пришел технический прогресс! – восхищались собравшиеся, глядя на чудо-машину. 

Телеграммы стоили недешево, но время – деньги. Важно вовремя получить и передать информацию. По делам неотложным сюда захаживали важные персоны. Бывали знаменитости. 

В 1890 году, мая третьего дня, рано утром в Тюмень прибыл Антон Чехов. С железнодорожного вокзала направился в почтово-телеграфную контору. Забота у него была важная и приятная: отправить письмо городскому голове Таганрога Константину Фоти. «…Я счастлив, что могу хоть чем-нибудь быть полезным родному городу, которому я много обязан», – написал Чехов и сообщил, что отправил из Москвы посылку с книгами «Хмурые люди», «Детвора», «В сумерках». 

Чехов решил не задерживаться в Тюмени. Пароходство Курбатова-Игнатова известило, что Обь покрыта льдом и первый пароход в Томск пойдёт 18 мая. Чехов наведался в купеческие лавки запастись провизией. Ему предстоял «конно-лошадиный» маршрут по Сибирскому тракту. 

Во время трудного вояжа Антон Павлович многое подметил в почтовом ведомстве: «…Судя по рассказам, больше всех страдает почта. Если бы нашелся добрый человек, который взял бы на себя труд проследить движение сибирской почты и записать свои впечатления, то получилась бы повесть, которая могла бы вызвать у читателя слёзы». «… Сибирские почтальоны – мученики. Это герои, которых упорно не хочет признать отечество. Они много работают, воюют с природой (грязью, распутицей)…Знаете ли, сколько они получают жалованья, и видели ли вы в своей жизни хоть одного почтальона с медалью?...». 

«От Тюмени до Томска ни почтовые, ни вольные ямщики не помнят, чтобы у проезжего украли что-нибудь…Мне кажется, потеряй я свои деньги на станции или в повозке, нашедший их вольный ямщик непременно возвратил бы их мне…Нравы здесь в этом отношении чудесные, традиции добрые…А встречные бродяги, которыми меня так пугали, когда я ехал сюда, здесь они не страшны для проезжего, как зайцы и утки…». 

ХУДОЖНИК-ТЕЛЕГРАФИСТ И ПАН ПЕКАРСКИЙ 

Не раз бывал в здании почтовой конторы расторопный Пекарский, старший бухгалтер Торгового дома «Братья Колмаковы». Приходил он по делам или по личному интересу. У Даниила Адамовича на почте служил соотечественник, тесть Донат Павлович. Его дочь Екатерина была хороша собой, кровь с молоком, ничего, что полная. Пышные формы нравятся некоторым мужчинам. Пекарский – из таких. В Тюмень его пригнали по знаменитому Сибирскому тракту в арестантском наряде с бубновым тузом на спине. Так он поплатился за участие в польском восстании 1863 года. Но жизнь ему улыбнулась. Тюмень пригрела пана Пекарского: нашел он хорошую работу, удачно женился. Один из его сыновей – Владислав – окончил Александровское реальное училище, уехал из Тюмени, выучился в военном училище и возвратился домой уже офицером царской армии. Сам же Даниил Адамович прикипел к коммерсантам Колмаковым, всю жизнь вёл их бухгалтерские дела. В свободные минуты играл на громадной гармонии, любил голубей и охоту на зайцев. 

В 1906 году в Тюмень на постоянное местожительство перебралась семья Барашевых. Глава семейства Петр устроился работать по найму к купцу Аверкиеву. Был у него то ли приказчиком, то ли виноделом. Платили неплохо. Барашев очень любил рисовать. В Казани окончил бесплатные курсы по рисованию, и живопись стала для него занятием для души. Сын Вениамин выдержал испытание на телеграфиста и с 1913 года до самой пенсии работал в почтовой конторе. Ген творчества унаследовал от отца. Вениамин Петрович Барашев стал одним из первых в городе, кому вручили билет члена Союза художников. Его не распирала гордость, он говорил: «Я просто любитель». 

Вениамин Барашев свободно читал на французском, умел вести светскую беседу, покорял собеседника знанием истории, философии, литературы, искусства. 

Он влюбился в Раису Кузьмину, купеческую дочку. Мать избранницы и слушать не хотела о каком-то телеграфисте. Нашёлся другой жених, Раиса вышла замуж и уехала на Сахалин. Бедный художник-телеграфист ждал свою возлюбленную. Когда Раиса стала свободной, а Вениамин вышел на пенсию, они поженились. 

Художник-телеграфист любил старую, уютную Тюмень. Когда заканчивалось дежурство на телеграфе или в погожие выходные дни Вениамин Барашев прогуливался по городу, подмечал интересные дома. Делал зарисовки деревянной резьбы, орнаментов и вместе с этой красотой передавал настроение бегущего времени… 

Может, когда и виделись друг с другом, встречались ненароком Пекарский и Барашев. Почтовая контора была единственной в городе. Посетителей много, и у каждого в жизни наверняка случались нерядовые моменты. 

«ЗАГУДЕЛИ, ЗАИГРАЛИ ПРОВОДА» 

В 1894 году в здании почтовой конторы открылась первая в городе телефонная станция. Подключение стоило 150 рублей. На такие деньги в то время можно было купить две-три ломовые лошади. Местные богачи раскошелились. Первыми обзавелись телефонами Сибирский торговый банк, судостроительные заводы Гуллета и Игнатова, мельница Текутьева, торговые дома и богатые магазины. 

На Царской улице выросли высокие телеграфные столбы с проводами. Когда дул ветер-ветерок, провода гудели и играли, будто гитара. 

На работу телефонистками принимали девушек из хороших семей. К ним предъявлялись требования: отличное знание французского, благородные манеры, приятный голос, спокойный нрав и …высокий рост, чтобы был «размах руки в два с четвертью аршина». Связь устанавливалась «вручную». Поэтому телефонистке нужно было быстро, не меняя положения, дотянуться до любого места коммутатора. К работнице обращались вежливо – «барышня» и называли номер абонента, с которым желали поговорить. 

К 1913 году насчитывалось всего 249 абонентов. Роскошь человеческого общения по телефону обходилась в копеечку. «Справочник и Адрес-календарь по городу и уезду» за 1913 год сообщает: «Телефон в Тюмени – правительственный. Абонентская плата за пользование телефоном при доме, в районе 2-х вёрст – 75 рублей в год, плата вносится полугодично вперёд, т.е. по 37 рублей 50 копеек за каждые полгода; свыше 2-х вёрст взимается дополнительная плата, в сумме 15 рублей за каждую версту или 3 рубля за 100 сажень расстояния. За установку телефона при переезде с одной квартиры на другую взимается дополнительный взнос 6 рублей, а при перемещении телефона в другое место одной и той же квартиры платится 3 рубля. Соединительные телефоны при одном и том же доме стоят ежегодно 50 рублей». 

Дорого, да и качество связи вызывало негодующие чувства. Случалось, что некоторые «барышни» подслушивали разговоры абонентов, позволяли себе и другие «сюрпризы». 

Почтовое ведомство и поныне располагается в этом доме, ставшем теперь историческим. 

ПО СОСЕДСТВУ 

Возле почтовой конторы стоял каменный дом купца Шадрина, выстроенный в первой половине XIX века. Это одно из первых кирпичных гражданских строений Тюмени. В нем располагался ТД «Братья Шадрины» и был открыт магазин «Мука». Хлебопромышленники, братья Федор Капитонович и Александр Капитонович Шадрины владели паровой мельницей на Бабарынке. 

В советское время здесь тоже располагался магазин. Торговали промышленными товарами, иногда появлялись импортные дефицитные вещи, сапоги, например. Магазин имел номер 3, потому народ называл его «Тройкой». Дом, в котором жила семья купца Шадрина, не сохранился. 

К почтовой конторе примыкал двухэтажный деревянный дом, в нем работала «Старая тюменская аптека». Владелицей ее была госпожа Герасимова. В заведении, в котором продавались всевозможные снадобья для поправки здоровья, считай, все горожане побывали. Как уверяла реклама: «Нет семьи, в которой не было бы больного, – в каждом доме необходимо иметь хоть одну баночку целебной мази А. И. Иванова». 

Если уж говорить об этой чудодейственной мази, то реклама сообщала: «Действительно и радикально мазь излечивает ревматизм, геморрой, опухоли, раны, порезы, ожоги, ошпаривания, экзему, все накожные болезни и останавливает моментально любое кровотечение. Цена банки – 2 руб., 1/2 банки – 1 руб. 25 коп., 1/4 банки – 75 коп». 

Впрочем, самыми распространенными лекарственными препаратами были бром и хина. Их прописывали по всем случаям. Кстати, Антон Павлович Чехов своим любимым таксам дал забавные клички Бром и Хина. 

В аптеке Герасимовой, кроме мазей и микстур, можно было прикупить товару, которым не лечили хвори, он, скорее, для радости жизни. А это способствовало хорошему настроению, шло на пользу здоровью. Парфюмерия, подзорные трубы, телескопы, различные фотопринадлежности. Первые автолюбители могли запастись здесь бензином. 

НА СНИМКАХ: здание почто-телеграфной конторы; реклама целебной мази. 

Елена ДУБОВСКАЯ /фото автора/