ИСТОРИИ СТРОКИ 

Автомобилей в областном центре становится всё больше. Едут они сплошным потоком по дорогам, стоят во дворах жилых домов плотными рядами. Как поётся в песне: «Автомобили, автомобили, буквально всё заполонили…». Когда сочинили эту песню, ещё было мало «железных коней». А когда тюменцы впервые увидели машину? 

КНЯЗЬ БОРГЕЗЕ ПРИЕХАЛ ИЗ КИТАЯ 

В 1907 году инженер Эдуард Беднарский прибыл в Тюмень для руководства работами по углублению рек Туры и Тобола. Диковинный агрегат, который сам ехал быстрее лошади, вызвал немалый фурор у обитателей тихого провинциального города. Не успел появиться автомобиль, как случись авария. 

У почтово-телеграфной конторы (перекрёсток нынешних улиц Республики и Красина) машина напугала встречных лошадок. Одна упряжка рванула вдоль улицы Телеграфной (Красина), а другая опрокинула экипаж вместе с седоком. Слава Богу, всё обошлось, никого не покалечили. Это было первое дорожно-транспортное происшествие. 

В том же году Тюмень оказалась одним из городов первого мирового автомобильного пробега Пекин– Париж. Гонка стартовала 10 июня 1907 года в Пекине, протяжённость её была 16 тысяч км. В пробеге участвовало несколько международных команд на собственных машинах. Гонщики ставили цель – достичь Парижа в рекордно короткие сроки и доказать всему миру, что новое транспортное средство имеет полное право на существование. 

Под № 1 в пробеге значился экипаж на автомобиле "Итала", который был специально подготовлен к длительным гонкам. Возглавлял экипаж итальянский князь Сципион Боргезе. Вместе с ним ехал пассажир – журналист Луиджи Барзини. 

"Сибирская торговая газета" от 7 июля 1907 года так рассказывает о приезде известного автомобилиста в Тюмень: "Князь Сципион Боргезе, приехавший в 7 ½ ч. 5 июля, был встречен за дер. Войновой особой комиссией. Князь Боргезе познакомился с комиссией и через 5-6 минут уже въезжал в Тюмень; перед Тюменью скорость автомобиля достигла 50 вёрст, таким аллюром князь ехал всё время от Ялуторовска; песками – немного тише. У дер. Войновой сцена встречи была снята на карточку фотографом Шустером. 

С князем Боргезе приехал Луиджи Барзини, корреспондент "DailuTelegraphe". На Царской улице автомобиль уже дожидалась толпа народа, хлынувшая затем во двор дома Папина, где остановился кн. Боргезе. Все с любопытством осматривали чудовищный автомобиль, высоко нагруженный разной поклажей. Шанфер – молодой флегматичный и, видимо, утомленный итальянец – невозмутимо расшнуровывал багаж, поглядывая на толпу. 

Всех интересовал вопрос: сколько стоит автомобиль и сколько может делать в час вёрст. 

Автомобиль итальянской фирмы «Фиат» был построен специально для дальних гонок. Стоимость его около 6000 р., машина весит 120 пуд., имеет 40 лошадиных сил и способна развивать до 120 км в час. Насколько велика быстрота передвижения, видно из того, что всю Монголию автомобиль прошёл в 34 часа, делая в час 80–95 вёрст. При осмотре автомобиля слышались из толпы разные замечания; все хотели посмотреть на самого Боргезе. Слышались и иронические замечания; одни удивлялись такому смелому путешествию, другие же высказывали мнение, что Боргезе, видимо, бездельник, которому нечего делать и некуда девать доставшихся легко денег. 

"Слух, что Боргезе будет в клубном саду, привлёк много публики, и туда все с нескрываемым любопытством смотрели на длинную тонкую фигуру князя в парусиновой куртке, клеенчатой шляпе с широкими загнутыми полями, высоких сапогах и коротких штанах. В клубе от комиссии, встречавшей князя, ему был предложен обед и шампанское. Во время ужина путешественнику фотографом Шустером была поднесена готовая уже карточка, снятая два часа тому назад в дер. Войновой. Князь очень удивился такому быстрому исполнению и выразился, что "это по-американски". Сибирь на путешественников произвела впечатление богатой, но малокультурной страны, иное впечатление произвели на них города; путешественники очень довольны радушным приёмом, оказанным им в Сибири: везде их встречали не только гостеприимно, радушно, но и с энтузиазмом". 

Краевед Игорь Варкин добавил любопытные детали к тому интересному событию 1907 года: 

«В числе встречающих гонщиков был инженер Беднарский. Особой комиссией при приближении к деревне Войновка путешественникам был дан знак, и автомобиль остановился. Сципиан Боргезе пересел на автомобиль Беднарского, и они торжественно въехали в Тюмень. 

А у фотографа Иосифа Шустера не было личной машины, он мчался в Тюмень на пролётке. Потратил время на дорогу, пока добрался от деревни до своей фотомастерской на Царской. Технология печати фото в то время была сложная, долгая, но за 1,5 часа Шустер выполнил работу. По тем временам – колоссальная скорость, говорящая о высоком профессионализме фотографа. 

Подлинник снимка хранится в фондах Ялуторовского музейного комплекса. Вот, оказывается, на каких автомобилях гнали из Пекина в Париж! 

Князь Сципиан Боргезе был феерически красив и богат. Он обладал 4-мя княжествами и столькими же маркизатами (владения маркизов) в Италии, гранд Испании, правнучатый племянник папы Павла Y, альпинист и пилот. 

О владельце первого в Тюмени автомобиля Эдуарде Максимилиановиче Беднарском известно, что он работал инженером в «Западно-Сибирском товариществе пароходства и торговли. По своим политическим взглядам – социал-демократ, но сам от партийности отказывался. В 1908-1909 годы возглавлял рабочую комиссию городской Думы по постройке постоянного моста через Туру. 

Упоминается в заметке, что автомобиль Боргезе останавливался во дворе дома Папина на Царской. Кто этот господин? Иван Иванович Папин был служащим пароходства Игнатова, членом Общества взаимного вспоможения приказчиков». 

ТЮМЕНСКИЙ ПАПАРАЦЦИ 

Любопытны записи корреспондента "DailuTelegraphe Луиджи Барзини о пребывании его в нашем городе: «Мы достигли Тюмени в восемь часов вечера. Тюменская Комиссия встречала нас на въезде в город. Вместе с членами Комиссии также было несколько фотографов, которые сопровождались корреспондентами русских газет. Нас приветствовали, снимали с нас портреты, задавали всякие вопросы. Один из моих коллег преследовал меня с необыкновенным упорством. Вооруженный большой записной книжкой и остро заточенным карандашом, он ходил за мною, как тень. Я писал письма, он стоял рядом. Я шёл на почту, он вслед за мною. То же самое было за ужином (я не попал на банкет, организованный в честь Князя Боргезе). Когда я отправлялся вздремнуть, он стоял рядом. Даже когда я спал, он приходил стучать в низенькое окошко, выходившее прямо на улицу. Это был маленький, худенький, настырный и неотступный человек. 

Он мне сказал: «Расскажите что- нибудь». 

– Мне нечего вам сказать, простите… Путешествие было превосходным. Это всё. 

– Расскажите что-нибудь ещё. 

– Мне нечего больше сказать. 

– Ну, подумайте. 

Я сидел молча, занимался своей работой и забыл о его существовании. Потом вдруг услышал: 

– Ну, придумали что-нибудь? 

Он всё ещё был здесь – неотступный! Я попытался сплавить его Этторе, но безуспешно. Он был твёрдо уверен, что я должен знать о гонке «Пекин – Париж» нечто необыкновенное. 

Тюмень всем своим видом напоминает города европейской России. Широкие мощёные улицы, дворцы, построенные уже не из брёвен, а из камня; деревья, высаженные вдоль главных дорог, особенное богатство реклам и объявлений – признак того, что значительное число прохожих умеет читать. В Сибири на магазинах чаще встретишь картинки, нежели надписи, даже в больших городах – много картинок и мало слов. Идеи доносятся обычно посредством цвета и рисунка. Вы попадаете в век иероглифов – всюду видны шляпы, ботинки, самовары, платье, экипажные колеса. В Тюмени вы начинаете чувствовать, что вы уже в стране, более знакомой с алфавитом. 

Мы уже практически достигли политической границы Европы.19 июля в 4 часа утра мы поехали в Екатеринбург…». 

Путешественники остались очень довольны радушным приёмом в Тюмени. 31 июля автопробег, длившийся чуть более двух месяцев, финишировал в Париже. Головной автомобиль князя Боргезе встретили овациями. Он стал победителем гонки. Более того, князь успел заехать в Санкт-Петербург, побывать там на балу, а остальные участники автопробега с грехом пополам добрались до Парижа спустя месяц после гонщика Боргезе… 

НА СНИМКЕ: тот самый снимок Иосифа Шустера 

Елена ДУБОВСКАЯ (фоторепродукция автора)