ИСТОРИИ СТРОКИ 

В 1918 году в Тюменском казенном винном складе скопилось 50000 ведер спирта. Как срочно уничтожить такое огромное количество алкоголя? После падения монархии по стране покатилась так называемая «пьяная революция». Страшные вести летели из Оренбурга, Екатеринбурга, Челябинска, Шадринска: население громило лавки, склады, напивалось и устраивало дебош. 

Если тюменские любители алкоголя дорвутся до склада, беды не миновать. Вылей его в Туру, и народ бросится к берегам, начнет пить воду, ведь спирт всплывает на поверхность. 

Городской голова А. Флоринский предложил оптимальное решение: на основе спирта приготовить крепкий напиток и продать населению по карточкам из расчета по бутылке на человека за 5 рублей. Полученные деньги следует направить «на повышение культурного уровня населения». Для реализации замысла планировалось открыть на улицах города 6 магазинов. Пересчитали запасы. 2 миллиона бутылок. В Тюмени 40 тысяч жителей, стало быть – 37, 5 бутылок на каждого горожанина, включая маленьких детей. Часть товара решили продать жителям Ялуторовского и Туринского уездов. Так Тюмень избежала пьяный дебош. 

ВОСТРЕБОВАННАЯ ПРОДУКЦИЯ 

Высокий забор на Первомайской, 54 скрывал старинное здание, в котором происходили эти события. Казенный винный склад, выпускающий «злодейку с наклейкой», прочно вошел в историю Тюмени. 

В конце XIX века Россия ввела монополию на продажу алкогольной продукции. По всей стране строились винные склады, которые сами выкуривали спирт или же собирали его с частных заводов, улучшали качество «огненной жидкости» и продавали в государственных магазинах. 

В 1898 году надзиратель акцизных сборов по Тобольской губернии и Акмолинской области обратился в городскую Думу с просьбой выделить две десятины земли под строительство такого склада. Было выделено «пустопорожнее место» по правую сторону от дороги из города к железнодорожному вокзалу. Власти всесторонне подошли к намеченному строительству. Где брать воду? С городской водокачки? По каким улицам провести трубопровод для подачи воды? Куда будет идти сброс отходов? 

В 1902-м завод начинает работать. Он был хорошо оснащен: имел три паровых котла и специальную машину для наклеивания этикеток. В 1919 году казенный винный склад национализировали. В 1922-м на его основе создали государственный спиртосклад, который с 1924 года именовался Тюменским ликеро-наливочным заводом. Тюменцы изловчились гнать самогонку и быстро в этом деле преуспели. Всенепременно последовали отравления, поскольку воззвания к умеренному употреблению алкоголя на пролетариат не действовал. Для борьбы с самогоноварением Госспирт рекомендовал производить водку под названием «Русская горькая» крепостью 30 градусов. Ежедневный розлив «злодейки с наклейкой» составлял 50 ведер (615 литров). В 1925 году завод перешел на изготовление хлебного вина крепостью 40 градусов и называться стал иначе – Тюменский спирто-водочный. За сутки получали сначала 120 ведер (1476 литров), а затем – 271 ведро. Средняя себестоимость одного ведра с октября 1925 года по февраль 1926-го равнялась 5 р. 79 коп. 

1942 год стал по сути роковым для старинного здания. Алкогольное предприятие перебралось в помещение Ильинской церкви, бывший казенный склад занял завод №636 Наркома химической промышленности, возникший в результате эвакуировананных из Москвы завода № 94 и Днепродзержинского пластмассового. Начался выпуск важной для фронта стратегической продукции – жидкого бакелита различных смол, которые применялись в качестве связующего материала на предприятиях авиационной и танковой промышленности. 

НА СТАХАНОВСКОЙ ВАХТЕ 

В 1947 году плановая комиссия Тюменского облисполкома подготовила справку о работе завода «Пластмасс», который родился из двух эвакуированных предприятий. Казалось бы, казенная справка, написанная суконным языком, а насколько зримо воспринимается то время: 

«В январе 1944 г. состоялось решение правительства о реорганизации завода. Перед коллективом была поставлена задача – на базе оборудования завода организовать новое производство: выработку искусственных смол и лаков. За успешное и досрочное окончание работ по монтажу цеха смол и вспомогательного хозяйства 11 работников завода были награждены значками «Отличник социалистического соревнования Наркомхимпрома» и 13 работникам выданы похвальные листы наркома. В результате борьбы за месячные задания коллектив завода годовую производственную программу в 1944 г. закончил досрочно, к 20 ноября. К 5 декабря было выработано продукции сверх плана на 630 тыс. руб. 

В 1945 г. основное внимание было обращено на полное освоение установленных производственных мощностей. Производительность труда в 1945 г. к 1944 г. составляет 177 %. Изделий ширпотреба было выпущено на сумму 8526 тыс. руб., что составляет 112 % к годовому плану и 180% к фактическому 1945 г. 

Валовая продукция в 1945 г. была увеличена в 2,3 раза против прошлого года. 

В 1947 году коллектив завода взял социалистическое обязательство выполнить план второго года послевоенной пятилетки досрочно, к 7 Ноября – исторической дате 30-летия Великой Октябрьской социалистической революции. По состоянию на 10 октября план 10 мес. по валовой продукции выполнен на 100 %. Коллектив завода встал на стахановскую вахту, чтобы достойно встретить 30-ю годовщину Великой Октябрьской социалистической революции». 

Памятник Ленину приветствовал и воодушевлял заводчан. Его доставили с Украины вместе с эвакуированным оборудованием и установили на улице Первомайской со стороны заводской проходной. За спиной Ильича оформили Почетную доску с портретами лучших рабочих. И было чем гордиться. В 1962 году коллективу завода первому в областном центре решением облсовпрофа присвоили звание предприятия коммунистического труда. В 80-х годах «Пластмасс» выпускал продукцию более 20 наименований, которая поступала не только по всему Советскому Союзу, но и шла на экспорт. 

ТРЕВОГА! ПОЖАР! 

Курьёзную историю мне рассказала представительница медийной отрасли, пожелавшая не называть свое имя: 

– Мне довелось поработать в военизированной пожарной части №7 на заводе «Пластмасс». Родственники уговорили. Страшно мне не нравилась сидеть у телефона. В комнате, где дежурила, стоял щит, и когда в каком-то из цехов начинался пожар, вспыхивала сигнальная лампочка. Я должна сразу связаться с дежурной частью, сообщить о задымлении. Завод «Пластмасс» – объект высокой пожароопасности, и все пожарные части к нему срочно прибудут. На щите под одной лампочкой ничего не было написано, и по закону подлости на моем дежурстве именно она и замигала. Я даю сигнал. Ночь, пожарные наверху спать легли, но в считанные секунды спускаются вниз. Встревоженный начальник спрашивает: «Что горит?». «Не знаю». Но прикинула: «Если бы горело что-то здесь, кто-нибудь бы уже прибежал. А там, где ипподром, – склад готовой продукции. Значит, он горит!» И скорей звоню в центральную «02». Съезжаются машины со всего города, стоят у проходной. Ко мне забегает капитан Федоров: «Так, девушка, что горит?». «Наверное, склад готовой продукции». «А вы карту пожарным дали?». «Нет». «Да, вы что! Вас же посадят!». 

В общем, ложной оказалась тревога. В одном из цехов мужчина открыл кран, чтобы вымыть руки, и почему-то включилась сигнальная лампочка. После того дежурства я так в бушлате и ушла домой. Сдала его через двое суток, притом железно решила, нет, мне нужна творческая профессия». Выбор был сделан удачный и правильный. 

ЧЕРЕЗ СТО ЛЕТ 

Ильич по-прежнему стоял на своем месте у проходной, приветствовал всех, кто направлялся к железнодорожному вокзалу. Многие тюменцы полагали, что специфический запах распространяет вокзал, тогда как виновник – «Пластмасс» – скрывался за забором. Завод отравлял экологию города долгие годы. В конце 90-х на одном из градостроительных советов представили карту Тюмени, на которой был очерчен вредный след, идущий от промышленных предприятий. Это вызвало шок у представителей общественности. 

Для завода «Пластмасс» власти города предусмотрели площадку в поселке Утешево, но перебраться туда не удалось. К концу весны 2013-го на предприятии оставалось сто рабочих, они очистили оборудование от химикатов, летом начали сдавать технику на металлолом. Юридические формальности о ликвидации завода завершились, но осталось здание, которое представляет ценность для Тюмени как памятник промышленной архитектуры. 

В Комитете по охране и использованию объектов историко- культурного наследия Тюменской области мне пояснили: «В связи с федеральным законодательством опасные производственные объекты подлежат ликвидации после прекращения производственной деятельности. Указанное обстоятельство является препятствием для включения объекта «Казенный винный склад» в реестр памятников. Кирпичи его за столько лет впитали в себя ядовитые запахи». 

Весной 2014 года, как начал таять снег, Тюмень облетела тревожная новость: завод «Пластмасс» ломают. Печально все это выглядело, старинное здание уходило в небытие. 

Прости, прощай… 

НА СНИМКАХ: здание казенного винного склада в начале XX века и завода «Пластмасс» в начале века XXI. 

Елена ДУБОВСКАЯ /фото и фоторепродукция автора/