БИЗНЕС 

ЮЖНАЯ КОРЕЯ, ИТАЛИЯ И КИТАЙ ВЫТЕСНЯЮТ ГЕРМАНИЮ 

Намедни случился очередной журналистский тур по малым и средним промышленным предприятиям Тюмени, получившим деньги из областного бюджета на приобретение нового оборудования. Адресов на сей раз было два: ООО Завод «ГофропакТюмень» (ООО Завод «ГПТ») и ООО «НПП «СибБурМаш». Предприятия совершенно разные – и по выпускаемой продукции, и по культуре производства, и по идеологии.

ВЗЯЛ НИШУ – ДЕРЖИ 

Первый адрес − от ООО Завод «ГофропакТюмень» (ООО Завод «ГПТ»). Находится на территории, насколько я понял, бывшего ЛТП. Антураж соответствующий: заасфальтированная площадка перед цехами не отличается ровностью, стены цехов предельно обшарпаны, пролеты окон под высокими промышленными потолками изрядно загрязнены, качество полов – прошлый век. 

Новые хозяева решили превратить это в современное предприятие. И надо отметить, им многое удалось. Главное – нашли нужную нишу. 

Предприятие производит гофрокартон для собственных нужд. Из него делают готовую продукцию (тару и упаковку). Ассортимент включает в себя всевозможные ящики, лотки, огромное количество различных «шоу-боксов» и т.д. 

Из пресс-релиза следовало, что ООО Завод «ГипсокартонТюмень» является «одним из лидеров по производству гофротары в Уральском и Сибирском федеральных округах». 

Судя по антуражу, никогда бы не подумал! Но, учитывая тотальный развал промышленности в 1990-х годах, из которого Россия до сих пор выбирается, вполне может быть. 

Предприятие динамично развивается, о чем свидетельствуют объем и география продаж. Продукция идет на птицефабрики, фабрики, перерабатывающие рыбу, кондитерские предприятия, пекарни и т.п. 

Среднесуточная производительность цеха гофрокартона – 200 тыс. квадратных метров. На заводе трудятся 200 человек. Объем производства за первое полугодие 2019 года – более 500 миллионов рублей. 

По словам местных начальников, зарплата рабочих порядка 30-45 тысяч. Здесь реализуется программа повышения производительности труда. В 2018 году была запущена автоматическая машина для ротационной высечки гофрокартона с функцией флексопечати, автоматическая линия разделения гофротары для ротационной высечки, автоматический плосковысекальный станок для производства гофротары. 

С этим оборудованием предприятие и заявилось на оказание господдержки – и её получило: на возмещение первого взноса по договорам лизинга из областного бюджета выделено 26,9 миллиона рублей. Журналистский десант был призван засвидетельствовать, что бюджетные деньги не ушли на ветер, приобретенное оборудование работает. И оно действительно работало. 

Пробираясь по засаленному полу складского помещения между заставленными чуть ли не до потолка рулонами серой бумаги, делегация во главе с начальником отдела государственной поддержки промышленности областного департамента инвестиционной политики и государственной поддержки предпринимательства Максимом Зотовым попала в производственный пролет. 

Перед нами предстала следующая картина. Под потолком – светильники восьмидесятых годов. Вверху – оставленный прежними хозяевами неработающий мостовой кран. Внизу, практически во всю длину пролета, – новая китайская линия. 

Исполнительный директор Юрий Юрченко поясняет суть технологического процесса: 

− Берется два слоя картона, между ними располагается серая бумага (рулоны ее мы только что видели – С.Ш.). Эта бумага гофрируется с помощью механической и термической обработки – получается волна, которая склеивается между собой с помощью крахмального клея – экологически чистый продукт, − подчеркивает Юрченко. − Получается «бесконечное» полотно гофрокартона. Затем его режут по заданным размерам и делают выкройки (впоследствии получаются различные коробки, лотки и т.д.). Кстати, линия, где производят все эти выкройки, уже не китайская, а итальянская – тоже практически на всю длину пролета. Китайской там является только одна позиция. Обе линии на гарантии, но когда она закончится, предприятие, по словам начальников, будет способно обслуживать их самостоятельно. Во всяком случае, к этому идет. 

Два пролета отличаются между собой тем, что во втором потолочные светильники – современные. Есть задумка целиком заменить верхние окна, чтобы вообще не пользоваться днем потолочным освещением. Понятно, что это дополнительные деньги, но они быстро отобьются, поскольку плата за тепло и электричество составляет основную часть затрат. 

Если же говорить об идеологии предприятия, то она для подобных предприятий обычна: быстрей отбить деньги, а там уже можно заняться и сокращением постоянных затрат, и культурой производства. Идеология воплощается в жизнь наращиванием объемов производства, чему весьма способствует массированный пиар. 

СЛОЖНОЕ ОБОРУДОВАНИЕ В ПИАРЕ НЕ НУЖДАЕТСЯ 

Следующий объект – ООО НПП «СибБурМаш». Предприятие создано в 1993 году как научно-производственная фирма «Юкон», в 1996 году преобразовано в ООО НПП «СибБурМаш». В 2000 году обосновалось на территории бывшего завода «Агрансмаш» (лично я о нем никогда не слышал). 

Основные виды деятельности завода: научно- исследовательские и опытно- конструкторские работы по разработке техники и технологии бурения, испытания, освоение и ремонт нефтегазовых скважин, изготовление оборудования и сервис по реализации наукоемких технологий для нефтегазового комплекса, в том числе по отбору и анализу керна нетрадиционными технологиями и креплению скважин при забуривании боковых стволов. 

В общем, ООО НПП «СибБурМаш», учредителями которого являются производственники и конструкторы, стоит «на мозгах». 

Продукция – противовыбросное оборудование, главной составляющей которого является линейка превенторов, постоянно пополняется новыми моделями. Выпускается также большое количество разнообразного технологического оборудования, необходимого для эксплуатации и ремонта скважин и для других работ. 

Предприятие, где трудится порядка 500 человек, производит около 40 разновидностей керноотборных снарядов. Длина отобранного керна – несколько десятков метров, по этому показателю даже как-то побили мировой рекорд. Однако это не стало достоянием новостных лент. На вопрос одного из журналистов, как вы продвигаете свою продукцию, генеральный директор Булат Хайруллин ответил: «С помощью Интернета, у нас есть свой сайт». «И потом, нас и так все знают. Мы активно сотрудничаем с «Сургутнефтегазом», «ЛУКОЙЛом», «Сибнефтью», «Роснефтью», «Газпромом» и многими другими компаниями». 

Завод «СибБурМаш» действительно хорошо известен в узких кругах. Серьезные дяденьки, которые с ним работают, уж точно не судят о технологическом уровне предприятия по телевизионным нарезкам, послушать которые, так мы впереди планеты всей. 

Правда, иногда бывает. История вышла такая. После ситуации с Крымом в 2014 году одно из европейских предприятий, с которым завод активно сотрудничал, вынуждено было разорвать контракт. Пришлось включить собственные мозги. Провели полный цикл НИОКР (исследования, разработка, изготовление опытных образцов, их стендовые и опытно- промысловые испытания) по созданию ТОКСов и ОКСов (технологическое оборудование для крепления и освоения скважин после забуривания боковых стволов). Продукция (директор ее показывал в цехе) получилась лучше зарубежных аналогов, и теперь зарубежные ребята ее воруют. 

− А авторское право? – заметил один из журналистов. 

− Какое там авторское право! Воруют напропалую! – выдохнул директор. – Хотя продукция запатентована. 

– Раз у вас такие хорошие показатели, зачем вы заявились на господдержку? – осведомился один из журналистов. 

Хайруллин развел руками: 

– Заявились и получили 11 миллионов рублей – впервые за 26 лет! 

Деньги пошли на возмещение первого взноса по договору лизинга двух металлообрабатывающих центров с числовым программным управлением, которые пополнили внушительный станочный парк. Завод напоминает типичное европейское предприятие, где на довольно стесненных площадях размещена масса технологического оборудования ведущих мировых фирм. 

Новое же оборудование, купленное после 2014 года, в основном южно-корейское, есть и итальянское. Я спросил насчет немцев – генеральный пожал плечами: 

– Немцев в последние годы – ноль. 

Собственное правительство вытолкнуло их с российского рынка, и сие отсутствие даже не заметили, поскольку, если исчезает один производитель, на его месте тут же появляется другой. 

НА СНИМКЕ: в цехах завода «СибБурМаш». 

Сергей ШИЛЬНИКОВ