КОСТЁР НА СНЕГУ

– Какая поездка? До курантов осталось два дня, народ уже столы накрывает! 

Редактор Николай Лагунов отсутствует, он на какой-то конференции в Москве. Правит бал зам – Дмитрий Гультяев. Офицер, на войне в танке горел. Препирательства с ним абсолютно бессмысленны. 

– Задание оттуда, – сказал зам, ткнув пальцем в потолок. – Машина у крыльца, морду лопатой – и вперед! 

И уже три часа трясемся в редакционном уазике. Машина новая, муха не сидела, но шофер Вася Лапшин на газ не давит, бережет технику, потому как имеется договоренность: пойдет Василий на пенсию – авто за ним оставят. Почти за красивые глазки. Свернули, дальше идет кривой проселок. Летом я тут транспортировался на «Урале». Но не до конца пути: вездеход увяз в трясине, а поэтому с товарищем добирались до места пешком. Теперь под нами грунтовая, вернее, ледяная твердь. 

Вот она, точка. Объект в ярковских лесах. Дорога шлепает в Заводопетровск, а утыкается в речку, даже в ручей – на карте он не обозначен. Ручеек может наделать много бед. Вон на 447-м километре подобный водоем после ливня снес полотно федеральной трассы Тюмень – Тобольск – Ханты-Мансийск. Две водопропускные трубы не справились. Нужен нормальный мост. 

Мосты в настоящее время строят из металла и железобетона. В описываемый момент они на областных дорогах были в основном деревянными. В холле «Тю- меньавтодора» висит лозунг: «Строй из того, что есть». 

Магистрали в Отечестве создавали два министерства: одно – союзного значения, другое – республиканского. «Союзному» тресту «Тюменьдорстрой» в плане снабжения доставалось всё, «республиканскому» «Тюменьавтодору» – остальное. Но голь на выдумки хитра... 

Классический мост: сваи, опоры, ростверки, балки, арки, фермы, ванты, пилоны, консоли, ригели, сварка, бетон... Можно проще. На безрыбье используем детали, из которых состоит газопровод «Ямал – Европа». Значит, стандартная труба диаметром 1420 мм. Шесть штук вдавливаем в землю, грунт из емкостей убираем, заливаем бетоном – готовы устои и бык. На них укладываем четыре разрезанные пополам трубы. Сверху опять-таки бетон. Всё, мостовой переход готов к эксплуатации: 3,75 м – проезжая часть, 0,5 м – предохранительная полоса, больше метра – тротуар. 

Предыстория вопроса. СССР и ФРГ договорились, что Союз ежегодно поставляет Германии 3 миллиарда кубометров газа по цене 146 долларов за тысячу кубометров. (В момент, когда выводились эти строки, стоимость газа в Европе поднялась до $2200 за условный «куб») Взамен – бартер: немцы отгружают русским 1,2 млн тонн бесшовных труб концерна Mannesmann, необходимых для строительства газопровода «Уренгой – Помары – Ужгород». Все путем. Отсюда весь сыр-бор. 

Радиостанции «Би-би-си», «Голос Америки», «Немецкая волна» завалили эфир сообщениями: Советы пускают высокопрочную сталь «маннесмановских» труб, переплавляя, на производство межконтинентальных баллистических ракет СС-18 «Воевода» и ЗРК С-300. А с газопроводом копаются так, для отвода глаз. Между прочим, упомянутую «голубую» магистраль сдали в намеченный срок, в 1983 году. 

Да, трубы теряли: на зимниках сваливались с прицепов тягачей; при мне на Иртыше опрокинулась аппарельная баржа с возом сварных плетей. Что упало, то пропало? Однако нашли, где задействовать. 

...На ручье нас встречает куратор от «Тюменьавтодора» Сергей Топоров: 

– Гляньте, железная часть практически готова. 

Спец рассказал, показал, продемонстрировал. В моей голове уже сложился текст репортажа: мысленно расставлял абзацы, точки, запятые, тире и двоеточия. Под конец Сергей заявил: 

– Мы сейчас все уезжаем – видишь, два автобуса подогнали. Потому как шеф, Юрий Владимирович Куренков, разрешил встретить Новый год дома. Может, с нами? Как-нибудь потеснимся. 

– У меня своя машина под рукой. И хотелось бы изладить несколько фотокадров с фронта работ, но съемочный день уже закончился – темно. Уж завтра с утра... 

– Смотри... Тут за старшего остается сторож – Михеич с берданкой. 

И монтажники отчалили. Но тут же из-за поворота показался гривастый конь в яблоках. Сзади в розвальнях раскачивалась фигура в тулупе. Поравнявшись с нами, фигура овчинку с плеч скинула, осталась в белой шубке с лисьим воротником. Разрумянившееся от мороза лицо, из-под пушистого оренбургского платка выбиваются золотистые прядки волос. 

– Я буду за сторожа, – проворковала дама. – Деду подоспела горящая путевка в Ахманку – он с поясницей мается, исцелят, поди-ка, грязями. 

Михеича завернули в тулуп, усадили в сани. 

– Ну, трогай, Майор! – скомандовала «фигура». – И пояснила: – Коня кличут Майором, он знает дорогу до хаты. А меня зовут Вероника – Вера и Ника. Давайте будем обустраиваться. Вон – вагончики. Отопление – котлы на мазуте. Пока, может, устроимся на природе? 

Из прорабской притащили канцелярский стол и стулья: установили на пятачке перед штабом стройки. Развели костер. До минус пяти годится нодья. Градусник показывает 15 ниже ноля. Значит, нужен эвенкийский юрлок. Это так: на землю кладется толстая сырая лесина – подъюрлок; поперек веером бросают сухие бревна – галлоны; вдоль подъюрлока укладывают смолистые валежины потоньше – подсухи. А если еще на галлоны присобачить лесину – дразнило, получится этакая тепловая пушка. С пушкой можно заседать под открытым небом в пиджаках и фраках, любуясь перемигиванием ярких звезд своей и чужих галактик. 

Мой друг, Василий Петрович Лапшин, дока в этом деле. Сейчас он утопал на речку. Михеич напоследок наказал ему проверить жерлицы под щуку: 12 штук засандалил в ледовых лунках над омутом. 

Чиркнули спичкой – костер немедленно запылал. Отблески пламени отражаются на снежных шляпах еловых лап всеми цветами радуги: оранжевые, зеленые, голубые... 

И тут тишину прорезал дальний машинный гул. А вот и сама техника – легковой «Форд» серебристой масти. С пассажирского кресла поднялся франтоватый мужчина, представился: 

– Ричард Пауэлл, корреспондент газеты «Вашингтон пост», США. Таки мы, ой вэйзмир, сбились с пути, пробиваясь напрямую – по зимнику – на трассу Р-402. Вот подтянулись на огонек. Мое служебное удостоверение. 

На иноземного пришельца тут же накинулась Вероника: 

– Какой корреспондент? Какой Вашингтон? Поди-ка шпион.... Ты, гусь лапчатый, признавайся, откудова будешь: ЦРУ, ФБР? И куда смотрит наш КГБ?! 

– Я честно исполняю свой профессиональный долг. 

– Откуда русский хорошо знаешь? 

– В Бруклине жил в русской, точнее, в еврейской семье из Одессы – вторая волна эмиграции – таки застрял во мне одесский акцент. Таки даже с Сергеем Довлатовым знаком – писал для его газеты «Новый американец». Таки эй-вей... 

Препирались долго. Но разобрались. В Москве базируется корпункт американской газеты. Однако Ричард прибыл прямо из столицы США. По какой-то причине редакционный совет «штатовского» издания стал интересоваться личностью Бориса Николаевича Ельцина. По тем временам невелика должность – завотделом строительства Свердловского обкома КПСС. Родился и вырос в селе Бутка. Сюда проще добраться из Тюмени. Здесь нашлась компания, налаживающая российско- американские отношения. Глава фирмы предоставил Пауэллу служебную «Волгу», а еще дал в помощь руководителя своей пресс-службы. 

– Предполагал, что приставили ко мне агента КГБ. Нет, не мешала девушка. Наоборот, помогала. Оказалась-таки бывшей корреспонденткой «Тюменской правды». В Бутке таки поговорил со многими, в том числе с родственниками Ельцина. А потом цепь событий потянула меня в Покровское – на родину Григория Распутина. В Покровском – музей с интересными документами. Вот таки оттуда и возвращаемся... 

– Гришка-то, – включилась Вероника, – вор, разбойник и конокрад. 

– Бред сивой кобылы, – отрезал корреспондент газеты «Вашингтон пост». – Да, хам и лапоть. Но говорили и писали, мол, нахапал море денег. После гибели старца спецслужбы императора не нашли на его счетах ни единой копейки. Деньги тратил на благотворительность, церкви строил, в Покровском поставил двухэтажный дом. Любил жену и двоих детей. Таки насчет развратности: якобы Анна Вырубова, близкая подруга царицы Александры Федоровны, была любовницей старца, а на самом деле она оказалась девственницей. 

– У вашей газеты какой интерес? 

– Ну, во-первых, в деятельности Распутина прослеживается англо-американский след. Поражает прозорливость старца. Он предсказал: будет создан Советский Союз. Будет Вторая мировая война. В этой войне Советский Союз выйдет победителем. Затем Советский Союз распадется. Развалит Союз человек из-за Камня. Камень – это Каменный пояс, то есть Урал. Человек из- за Камня – Ельцин Борис, уроженец села Бутка. 

– В Бутке общался с родным братом Бориса – Михаилом, двоюродным братом – Станиславом Глебовым, – продолжает американец. – Они в один голос сказали, вот у меня в блокноте занесено: «Властолюбив, амбициозен, ради карьеры готов переступить даже через родную мать». 

Разговор происходил в декабре 1982 года. После Беловежского сговора был иной толк. Фрагмент из стенограммы от 25 декабря 1991 года. Борис Ельцин звонит в Вашингтон Джорду Бушу-старшему: «Хочу проинформировать Вас лично, господин президент: с Советским Союзом покончено». 

...Утречком я изладил на своем «Никоне» красивый фотокадр: на переднем плане пышная елочка, далее – замысловатая «маннесмановская» конструкция на фоне огромного алого диска поднимающегося над горизонтом солнца, эскадрилья перистых облаков. Лепота! Можно газануть по курсу редакции. Петрович тронул машину с места. И вдруг авто резко осело, как мешок с луком: «уазик» въехал в какую-то ершистую железяку, не видимую из-под снега. Колеса не просто проколоты, а измочалены. Одна имеющаяся «запаска» положение не спасает. «Аварийка» подкатит не раньше второй половины дня первого января, когда проспятся земляки. Может, проспятся до второго, третьего... пятого... Как переслать репортаж? 

– У мостовиков рации нет, – отозвалась Вероника.– Интересант, представитель районного Сельхозуправления, порой тут оставляет свою переносную станцию «Лен-В» – это у них заменяет «Урожай-2». Не смотрите на меня так: я ведь военнообязанная, служила радиотелеграфистом в погранвойсках на Дальнем Востоке. В 18 вышла замуж за лейтенанта. Олег погиб на Даманском. Посмертно награжден орденом Красной Звезды... Вдова с той поры. Одна живу... Так, включаем агрегат. Шумит. Покрутим частоты. Глухо. Вообще-то радиус действия до 30 кэмэ. Повышенная солнечная активность – поэтому не берет? А-аа, вот что: в низине располагаемся. Сейчас... 

И полезла сторожиха на вершину высоченной ели. Покопалась там, слезла: 

– Наладила: отозвалась диспетчерша пожарной службы из Заводопетровска. Диктуем ей текст, а уж она по междугородной телефонной связи передает репортаж в вашу редакцию. Гони текст. 

– У меня в голове... 

– Тогда сам мне кричи. А я снова полезу на крону.

– Давайте-таки уж я вскарабкаюсь, – вклинился в диалог мистер Ричард Пауэлл. – Ой вэйзмир... 

И вот автор этих строк орет: 

– Славный коллектив мостоуправления Тюменьавтодора... 

– ... автодора, – повторяет товарищ из «Вашингтон пост». – Далее давай! 

– ... на стратегической автомагистрали Каньга – Лебедевка... 

Это я нагло преувеличиваю: какая стратегическая, коль скоро и проселка тут еще нет. Далее рявкаю: 

– ... сдал в эксплуатацию оригинальный мост. Успеху способствовали партнерские отношения со всемирно известным концерном «Маннесманн» из Германии... 

Конечно, бюргеры из «Маннесманна» даже не подозревают об этих связях. Ну да ладно. Диктую… И чувствую, как стенографистка «Тюменки» Вера Васильевна Сидорова быстрее мысли выводит в тетради свои закорючки. 

Ясный перец, не удалось переслать эпохальный снимок с эксклюзивным виадуком. Ладно, ответственный секретарь Владимир Александрович Фатеев, нещадно ругаясь, приставит к репортажу фото из прежней моей поездки на объект. Возможно, редакционный художник Лука Комлев к лицу начальника мостоуправления Александра Давыдовича Файля пририсует бороду – дескать, Дед Мороз прибыл с поздравлениями и рюкзаком подарков. 

...Встречаем Новый год под бой курантов. Водитель Лапшин изладил на юрлоке щуку горячего копчения: жерлицы выдали отменный улов – десять рыбин размером с акулу. 

– У меня таки завалялся «Джек Дэниэльс», – предложил американец, – во фляжке виски – капель по 30 выйдет на каждого. Эй-вей. 

– Чего там Джек? – взорвалась Вероника. – У Михеича в кладовке завсегда зреет кое-что покруче. 

И через минутку бухнула на стол почти полную четверть. Четверть – это русская бутыль для горячительных жидкостей, вмещающая 3,0748 литра. 

– Самогон, особенно первач, весьма полезный для организма напиток, – оценил шофер Василий Лапшин. – Научно доказано: предохраняет от кашля, благотворно действует на сердечную деятельность. 

Употребили под тост за Деда Мороза. Под бой курантов. Почувствовали сразу. И верно же было сказано насчет сердечной деятельности. Ой вэйзмир: мистер, специальный корреспондент из «Вашингтон пост» (США), страстно заобнимал милую сторожиху – Вику, а заодно и Нику.

Юрий МАШИНОВ

Евгений КРАН /рис./