СУБЪЕКТИВНО 

В России куда ни плюнь – попадешь в денежку. Правда, денежка эта весьма странная: большинство населения её не видит, а многие скоро забудут, как она выглядит. Мне кажется, фантасмагории этой вовсю потворствует родимое государство, рожая все новые и новые монополии. 

Думаю, что этот термин: big data, а по-русски «большие данные», многим россиянам пора запомнить. А как же, на пятки наступает век цифровизации. Да что там – наступает? Уже наступил! Правда, при этом попадает не только в цель, но и на любимые мозоли, а то и в язвы. Но в России иначе не получается. 

Напомню, что цифровой экономикой, как нам говорили, «заболел» сам президент Путин. Это логично. Ведь цифровизация должна обеспечить стране «прорыв», обещанный президентом в послании Федеральному собранию. Ну а коли тема попала в столь важный документ, то следствие не замедлило проявиться. Вскоре появились профильные комиссии, нацпроект – словом, все атрибуты дела государственной важности. Почти 1,1% ВВП только из казны. Еще примерно столько же чиновники надеются получить от бизнеса. 

Правда, рынок big data логически увязанным и цельным будет еще когда-то, скорее всего – за пределами временных границ нацпроекта. К примеру, руководитель службы кибербезопасности Сбербанка Сергей Лебедь на прошлой неделе заявил: «Сегодня ноль рублей доведено до исполнителей. Мы имеем задержку в выполнении программы практически ровно на один год». А между прочим «Сбер» – центр компетенций по IT-безопасности, но вот с деньгами туговато. 

Словом, пока сфера выглядит довольно клочковатой, но это тот самый вожделенный момент, когда нужно успевать. Вот и успевают! Поспешание это выражается в дележе кусков нацпроекта между людьми, приближенными к вершинам власти. 

Проекты в цифровой экономике прежде всего связаны с данными или созданием инфраструктуры для их хранения и передачи. Пока одним бизнесменам предлагают скинуться, другие, из ближнего круга президента Путина, сами указывают те области, которые считают перспективными. Не для страны, для себя. 

Еще в 2016 году власти провели успешный эксперимент по маркировке шуб. Каждому изделию присвоили идентификационный знак и нанесли специальную метку, с помощью которой можно отследить производство и маршрут импорта шубы. Контрафакт снизился, бюджет получил дополнительные 500 млн рублей. На очереди лекарства и табак, а к 2024 году предполагается маркировать все товары. 

Осенью 2017 года перспективный проект маркировки отдали в «одни руки» – без каких-либо конкурсов. Решение президента Путина объявил на совещании премьер Дмитрий Медведев. Маркировку от ФНС передали ООО «ЦРПТ». В этой загадочной компании половина активов принадлежит USM Holdings Алишера Усманова и его партнеров, еще по четверти – госкорпорации «Ростех» (ну куда же без неё?!) и управляющему партнеру Almaz Capital Partners Александру Галицкому. 

Глава «Ростеха» Сергей Чемезов даже выбрал проекту куратора в новом правительстве – вице- премьера Максима Акимова. Правда, по логике присматривать за этим должен был или первый вице-премьер Антон Силуанов, либо отвечающий за промышленность Дмитрий Козак, но перст указующий в данном случае главнее. Маркировкой интересовался и Сбербанк, но ему мягко указали, что ниша занята. 

Маркировка – это вам не фунт изюма. По условиям программы, Усманов, Чемезов и партнеры потратят более 200 млрд рублей. Помимо дохода – полтинник с каждой единицы маркируемого товара, компания-оператор станет эксклюзивным обладателем данных обо всех отраслевых рынках в России и товарных потоках. Поэтому кроме сомнений в чистоте решения о единственном подрядчике, выбранном без конкурса, есть и другая проблема. Кто правообладатель этих данных и как ими он потом распорядится? А здесь, как понимаете, пахнет уже не полтинником. Чуть не каждодневные звонки неких предпринимателей на наши домашние телефоны – это просто семечки… 

Господин Чемезов в 2017 году предложил тогда еще первому вице-премьеру Игорю Шувалову отдать заказ на развитие и эксплуатацию Единой информационной системы госзакупок «дочке» «Ростеха» – «РТ – проектные технологии». Правительство с предложением, естественно, согласилось. 

Другая инициатива, внедрение «Платона» – взимание платы за проезд грузовиков по автодорогам – пробивалась в жизнь под аккомпанемент массовых протестов дальнобойщиков. Компания- оператор «Платона» – «РТ-Инвест транспортные системы» тоже не участвовала ни в каких конкурсах: решение принял Путин. Ну как же, один из главных бенефициаров – сынок давнего сподвижника Ротенберга! 

Амбиции «Платона» простираются далеко. На горизонте маячит создание гигантской экосистемы – цифровой платформы. Она локализует в одном месте грузоотправителей, перевозчиков, страховщиков, банки, РЖД, государство, лизинговые компании, складских и логистических операторов. Предполагается, что с помощью этой платформы участники рынка будут заключать договоры, производить взаиморасчеты, рекламировать свои услуги, анализировать и контролировать друг друга – словом, общаться на все лады. 

Короче говоря, все данные о передвижениях транспорта и расчетах предлагается сосредоточить в руках структур, близких к Ротенбергам. Пока это лишь хотелка, однако и она может превратиться в реальность росчерком президентского пера. 

Не менее амбициозные планы у государственных людей в сфере ЖКХ. Мысль эта вызрела в головах руководителей «Почты России» Николая Подгузова и «Интер РАО «ЕЭС» широко известного Бориса Ковальчука (Банк «Россия» и проч., и проч.). Грандиозное дело никак невозможно без «Интер РАО «ЕЭС» (всё тот же Ковальчук) «Роснефтегаза» (Сечин) и еще нескольких столь же известных и вхожих персонажей. Один из вероятных способов извлечения доходов – создать концессию и брать операторский процент с платежей за коммунальные услуги со всех подряд: людей и коммерческих организаций. 

А еще, пишут эти господа президенту Путину, назрела идея развить и модернизировать Госинформсистему ЖКХ (ГИС ЖКХ). Но это опять же никак невозможно без компетенций всё тех же вышеперечисленных компаний. Между тем, ГИС ЖКХ содержит всю информацию о жилищном фонде России, стоимости и перечне услуг по управлению домами, необходимым работам, тарифам, поставщикам услуг ЖКХ, должникам и так далее. Можете пофантазировать, как подпрыгнут наши платежи. Президент одобрил и это партнерство. Тонкости и детали пока неизвестны и, похоже, не обсуждались. Однако напрашивается схема «Платона». Эксперты говорят, что это лишь несколько ярких примеров, какими методами выпекаются монополии компаний ближнего круга, волшебным образом превращая копейки в доллары. 

Не меньше возможностей открывается на стыке цифровизации и национальной безопасности. По данным Росстата, только федеральных госслужащих в России почти 40 тысяч. Они (или хотя бы руководство) просто обязаны пользоваться отечественными смартфонами с операционной системой Sailfish, считает гендиректор государственного «Ростелекома» Михаил Осеевский. Цена вопроса – 160 млрд рублей. Правда, на Sailfish работает только один серийный смартфон, да и приложений тоже нет. Проект сырой, профильные министры говорят о нем нехотя, вздымая глаза к потолку, будто указывая на место принятия решения. 

Тем не менее совет директоров «Ростелекома» одобрил покупку 75% акций компаний «Открытая мобильная платформа» и «Вотрон», развивающих Sailfish. Обе компании контролировались основателем группы ЕСН Григорием Березкиным. Это его называют основным бенефициаром перевода чиновников на отечественные телефоны. «Ростелеком» готов профинансировать подключение практически всех школ страны к широкополосному интернету в обмен на образовательные данные школьников. 

О господине Березкине можно рассказывать долго и интересно, однако для меня он олицетворяется единственным эпизодом: покупкой РБК у Прохорова после крупного политического скандала-расследования офшоров, где фигурировал известный виолончелист. Теперь РБК заметно изменился – не в лучшую сторону. 

В портфеле проектов, которые предлагается финансировать компаниям из «списка Белоусова», среди прочих «хранение документов госорганов» (цена вопроса 7 млрд рублей), «создание навигационно-телематической платформы больших данных автодата» (за 1,5 млрд рублей), «цифровой платформы автоаукционов автомаркет» (почти 50 млрд рублей)... Государство обещает субсидировать процентные ставки по проектам, обещает облегченное регулирование. А в обмен бизнес наверняка получит доступ к информации, которая снова обратится в деньги в новом цифровом мире. 

Государство, как выясняется, не против делиться данными о себе с госкапиталистами. Но вот самый деликатный момент – как должен регулироваться доступ к данным пользователей – предмет почти секретный. И каким боком всё это обернется широкой публике – большой вопрос… Нюанс в том, что, получив согласие на обработку данных, компания сможет уже без согласия человека передать их другим компаниям и далее по цепочке. Иными словами, в череде компаний пользователь может утратить контроль над своими данными. Но что получит в ответ – загадка. Не исключена и полная неожиданность, которая пустит компанию по ветру. 

Рынок передачи данных есть в США, но руководители гигантов Twitter, AT&T, Alphabet и Amazon отчитываются перед Сенатом о том, как они защищают персональные данные пользователей. В Евросоюзе передача подобной информации полностью блокирована регламентом защиты данных, который обязателен для всех компаний ЕС. В России подобными законами и не пахнет, а потому судьба рынка данных зависит от аппетитов компаний и этики чиновников. Впрочем, едва ли можно представить господ Усманова или Чемезова отчитывающимися в Госдуме о защите пользовательских данных. 

Ну а пока цифровизация, погоняемая государством, а не инициативами частного бизнеса, одарила последний дополнительной обузой. И весьма впечатляющей. Исследование «Цифровая экономика» Института экономики роста им. П.А. Столыпина оценило издержки «принудительной цифровизации» бизнеса за два года в 80 млрд руб. Это расходы предпринимателей на покупку онлайн- касс, создание ЕГАИС АЛКО и выполнение «закона Яровой». 

А за ширмой цифровизации своим чередом цветут «панамы», поражающие воображение. Вот недавно Алексей Кудрин, глава Счетной палаты, заявил, что «госкорпорация "Роскосмос" является рекордсменом по масштабу финансовых нарушений». Кроме нерациональных трат, люди просто воруют миллиардами. А неделей раньше глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин признал технологический коллапс корпорации: современным стандартам не соответствуют как минимум 87% мощностей отрасли. Между тем эти махровые цветы распустились как раз в тот период, когда господин Рогозин в качестве вице- премьера курировал космос. 

Понятно, что простым россиянам от этих грандиозных инициатив перепадает шиш да маленько. 

Игорь ОГНЕВ