СУБЪЕКТИВНО 

Начало в №9 

До сих пор идут дискуссии о том, сколько людей прошли ГУЛАГ. Сталинисты называют 4-5 млн за 1921-53 годы, а нейтральные историки – 50-55 млн. Кто прав, узнаем не скоро, поскольку ко многим архивам доступа нет.

Прообразом ГУЛАГа послужили трудовые армии, действовавшие с января 1920-го по декабрь 1921 г. От них отказались, рассчитывая на углубление НЭПа, который быстро придушили, но опыт трудармий пригодился Сталину. Первый лагерь особого назначения соратники Ленина организовали при Соловецком монастыре (СЛОН) в 1923 г. Мотива было два: подальше от своего народа и международных наблюдателей упечь политических врагов и обзавестись дармовой рабочей силой для быстрой индустриализации. По данным Леонида Бородкина, профессора МГУ, СЛОН не стал самоокупаемым, а погряз в коррупции. В начале 30-х отдельные лагеря окупались, если заключенным выдавали зарплату, стимулирующую работать, и день, когда план перевыполнялся, учитывали за два дня для отбывания срока. Однако эти меры отменили из-за массовых приписок или туфты. Отсюда и словечко пошло гулять по стране. В конце 40-х стимулы вернули, но это не спасло. 

– Основной задачей ГУЛАГа было строительство промышленных объектов вблизи городов и в труднодоступных районах, – говорит Татьяна Михайлова, старший научный сотрудник РАНХиГС. – Например, в Москве заключенные построили не только все 7 сталинских высоток, но и множество других зданий. В постановлении Совнаркома от 11.07.1929 г. ОГПУ предписано «расширить существующие и организовать новые лагеря в целях колонизации отдалённых районов и эксплуатации природных богатств». Ну а во время индустриализации использование зэков распространилось на всю экономику. В том числе позднее – на освоении Самотлора, сооружении БАМа. 

Хотя заключенные построили около 300 крупных промышленных объектов, ежегодный вклад ГУЛАГа в валовой национальный продукт мизерный: от 2 до 4%. К тому же приходилось содержать около 300 тыс. охранников в лагерях да еще и конвойные войска, сотрудников МГБ. Дотации росли с каждым годом, ГУЛАГ все глубже погрязал в экономическом кризисе. Это понимали все, кроме Сталина. В 1938 году любимый вождь заявил по поводу еще существовавшей практики досрочного освобождения заключённых: «Мы плохо делаем, мы нарушаем работу лагерей. Освобождение этим людям, конечно, нужно, но с точки зрения государственного хозяйства это плохо […] Нельзя ли дело повернуть по-другому, чтобы люди эти оставались на работе – награды давать, ордена, может быть? А то мы их освободим, вернутся они к себе, снюхаются опять с уголовниками и пойдут по старой дорожке. В лагере атмосфера другая, там трудно испортиться… Может быть, так сказать, досрочно их сделать свободными от наказания с тем, чтобы они оставались на строительстве как вольнонаёмные?» Даже в форме вопроса предложения тов. Сталина превращались в директивы. 

Не только подневольный труд, но и далеко не все гулаговские стройки были экономически оправданы. Приполярная железная дорога не востребована до сих пор. Другой пример – Норильск. Расчеты показывают, что дешевле компенсировать жителям переселение на Большую землю, нежели содержать социально- экономическую инфраструктуру в Приполярье. 

Еще хуже то, что ГУЛАГ – мина замедленного действия, которая уже сработала, утверждает Татьяна Михайлова. Он исказил демографическую и социально- экономическую географию страны. Не будь ГУЛАГа с его уродливой урбанизацией, излишек селян в европейской части страны двинулся бы в города, которые у нас до сих пор недоразвиты, почему и не стали центрами инноваций и экономического роста, как в мире. А сталинская насильственная миграция в гиблые места Сибири и Дальнего Востока оказалась экономически ущербной. Один из «подарков» ГУЛАГа – моногорода, поселения при заводах. Их, согласно закрытому докладу ФСО 2016 года для правительства и Кремля (по новым критериям), 319 с населением более 3-х тыс. человек в каждом. А всего в моногородах живёт, если можно так выразиться, 14 млн человек (по другим данным, 16 млн, десятая часть населения страны. И только в 71 городке социально- экономическое положение «можно назвать стабильным». Что делать с этим «подарком», правительство не знает. Вот таким «эффективным менеджером» был дорогой (в прямом смысле) Иосиф Виссарионович! 

Но самая популярная тема адвокатов Сталина – сколько людей прошли ГУЛАГ, чем провинились и что за люди это были. Скажу сразу: сравнения этих адвокатов с другими странами (а вот в США доля сидельцев была не меньше!) – это для недоумков. Если уж сравнивать, то следует кропотливо исследовать, на каком социально-экономическом фоне в конкретные периоды те же американцы попадали в тюрьмы. На это сталинисты не отваживаются, и правильно делают. Так и лопухнуться недолго. 

Цифры «населения» ГУЛАГа сталинисты называют также туфтовые: 4–5 млн за 1921–53 годы. Из них якобы 835 194 человека осуждены к высшей мере. И еще, репрессии после смерти вождя не прекратились, они, то затухая, то усиливаясь, захватили два этапа: до 1956-го, а потом и до 1969 г., выливаясь в пятизначную цифру жертв. Хотя статистику самого ГУЛАГа историки считают надежной, однако репрессированные сидели и в тюрьмах. К тому же многие документы карательных ведомств утрачены или уничтожены. До сих пор открыты не все архивы КГБ-ФСБ, да и время повернулось вспять: архивы опять засекречивают. 

Приведу здесь данные историков В. Н. Земскова (он 25 лет занимался ГУЛАГом), Н. Е. Копосова и Д. Р. Хапаевой, которые обобщил «Мемориал». Эти ученые сходятся на том, что общее число жертв террора можно оценить в 50–55 млн человек. В. А. Крючков, бывший председатель КГБ СССР, с которым солидарен Земсков, всего (!) на 30% занизил арестованных в период Большого террора. Так что Солженицын, увы, близок к истине, говорят исследователи, называя жертвами режима Сталина около 60 млн человек. Правда, наш ведущий ученый-демограф Анатолий Вишневский, отталкиваясь от численности населения, говорит, что в тюрьмах и лагерях с 1920 года по 1953-й побывало не меньше 20 млн. Где истина – узнаем уж точно не скоро. 

Доля репрессированных по политическим обвинениям колеблется от трети до половины, что связано с дискуссиями, кого отнести к этой категории. Это до полумиллиона военных, освобожденных из фашистского плена, прошедших наши фильтрационные лагеря или отбывших разные сроки. Это несколько сот тысяч административно ссыльных. Это не менее 1 млн погибших и репрессированных участников восстаний против советской власти. Это более 2 млн «кулаков» и еще 2–3 млн крестьян, покинувших свои деревни в ожидании «раскулачивания». Это не менее 1 млн детей, родившихся в спецпоселениях к 1953 г. Это 14 народностей, депортированных полностью, а 48 – частично и другие категории. 

Сложно оценить и погибших. Расстреляли едва ли меньше 1 млн человек. Однако не менее полумиллиона погибли в лагерях, на пересылках, от пыток, самоубийств, от голода и болезней. 

Особый мотив адвокатов Сталина – вождь не знал, что творят подручные! Зайдите на сайт «Мемориала» www. memo.ru и посмотрите расстрельные списки. Только с февраля 1937-го по октябрь 1938 г. Сталин с соратниками утвердили 383 списка из 44,5 тыс. человек. Примерно 39 тыс. получили санкции на расстрел. Есть там и сталинские пометки: «бить, бить» и другие подсказки пыток. Всего «неведающий» Сталин утвердил 362 списка, Ворошилов – 195, Каганович – 191, Жданов – 177, Ежов и Микоян – по 8, Косиор – 5. После этого рассмотрение дел Военной коллегией было формальностью. Сегодня этих подписантов с полным основанием можно было бы судить как преступников, однако народ их восхваляет, коммунисты только что предложили открыть в Кунцево «Сталин-центр»! «Рекордсмен» Молотов, подписавший 373 списка, говорил: «Мы не ждали, пока нас предадут, мы брали инициативу в свои руки…» Наверное, чтобы эти слова не были пустыми, Сталин в 1949 г. сослал его жену Полину Жемчужину в Кустанайскую область, где она пробыла до кончины вождя. Жемчужиной еще повезло, а жен Тухачевского, Дыбенко, Артузова, Ягоды и многих других расстреляли. 

Какая часть населения попала в жернова вождя? Судя по искаженным переписям (за объективность убивали и статистиков), а других цифр нет, демографы говорят о каждом седьмом, включая несовершеннолетних, или каждом пятом взрослом – жертвах ГУЛАГА. Среди них и наша семья. Поп, ходивший в семью бабушки, по совместительству был агентом НКВД и донес, что друзья сына бабушки, моего дяди Толи, студента Ленинградского политехнического института, рассказывают антисоветские анекдоты. Дед умер в тюрьме, а бабушку с дочерью – моей мамой, а также младшим сыном, вторым моим дядей, выслали из Ленинграда в районный городок Башкирии, где я и родился. Дядя-«анекдотчик» тоже попал в тюрьму, оттуда его призвали на войну, комиссовали по болезни сердца, и вскоре он скончался. Бабушка после ХХ съезда поехала в Ленинград прозондировать насчет возвращения, однако органы приказали ей в течение суток убраться обратно. 

Школьникам студентам не рассказывают об истиной цене индустриализации и Победы в войне, а россияне и сами в основном не желают знать правды. Однако тоска по Сталину куда как более сложный феномен. Не читал более ёмкого анализа, чем дал наш великий философ Николай Бердяев в «Философии неравенства». 

О революции: это «конец старой жизни, а не начало новой… В обществе были болезнь и гниль… Сверху не происходило творческого развития, не излучался свет, и потому прорвалась тьма снизу». 

О революционерах: они «захвачены её (революции) потоком, выброшены на поверхность и теряют всякую способность различения и углубленных оценок. Люди эти оторваны от глубины, от всех источников духовной жизни и не склонны ни к какому познанию». 

О народе: он, «попавший во власть революционной стихии, теряет духовную свободу, переживает болезнь… делается одержимым и бесноватым». Не отсюда ли вопли толп, призывающих казнить «предателей как бешеных собак» и «агентов мирового империализма» во время Большого террора? «Народу кажется, что он свободен в революциях, – продолжал Бердяев, – но это страшный самообман. Он – раб темных стихий, он ведется нечеловеческими элементарными духами». 

Нет, не религия – опиум для народа, а революционный дурман, который и век спустя выветрился далеко не из всех россиян. Вот два года назад на заседании свердловского отделения ОНФ Илья Белоус, руководитель патриотического движения Екатеринбурга, предложил вернуть статус «врага народа». Присутствующие не возражали… 

Игорь ОГНЕВ