Пресс-обзор

Владимир Путин встретился с Реджепом Эрдоганом

9 августа в Санкт-Петербурге состоялась встреча Президента России Владимира Путина и президента Турции Реджепа Эрдогана. Она стала первой после того, как 24 ноября 2015 года истребитель ВВС Турции сбил российский бомбардировщик Су-24М на границе с Сирией.

Накануне встречи, 27 июня 2016 года,  президент Турции направил Владимиру Путину письмо, где извинялся за гибель пилота Олега Пешкова. В Кремле неоднократно давали понять, что именно извинение и компенсация (за уничтоженный самолет и семье летчика) – обязательное условие восстановления диалога. Эрдоган упорно отказывался, но все-таки изменил свой подход. 

В сообщении, размещенном на сайте Кремля, Реджеп Эрдоган называет Россию «другом и стратегическим партнером» Турции, с которой турецкие власти «не хотели бы портить отношения». «У нас никогда не было желания и заведомого намерения сбить самолет, принадлежащий Российской Федерации». «Взяв на себя все риски и приложив большие усилия, мы забрали тело пилота у сирийских оппозиционеров и привезли его в Турцию». «Организацию предпохоронных процедур» Анкара провела «на уровне, достойном турецко-российских отношений». Турецкий лидер «всем сердцем разделяет боль» семьи летчика Олега Пешкова. «Семью российского пилота мы воспринимаем как турецкую семью. Во имя облегчения боли и тяжести нанесенного ущерба мы готовы к любой инициативе». В письме говорилось и о том, что «в отношении гражданина Турции, имя которого ассоциируется со смертью российского пилота, начато и ведется судебное расследование». Имеется в виду боевик турецкой националистической группировки «Серые волки» Алпарслан Челик, бравировавший в Интернете тем, что вел огонь по спускавшемуся на парашюте летчику.

Наблюдатели высказали несколько версий, почему президент Турции Реджеп Эрдоган пошел на уступки, что ему несвойственно. Согласно одной из них Эрдоган оказался в чрезвычайно сложной ситуации, испортив отношения со многими соседями, а также с некоторыми традиционными партнерами. 

С Евросоюзом, и особенно с его лидером Германией, постоянно идут трения, свидетельством чего стало принятие бундестагом резолюции о признании геноцида армян в Османской империи в 1915 году. Шансы на то, что в обозримом будущем Анкара получит долгожданное приглашение в ЕС, фактически сведены к нулю. 

С США постоянные трения возникают на «курдском фронте» – в Сирии Вашингтон поддерживает группировки курдов, которые Анкара считает террористическими. 

В сирийской войне стратегия Анкары не приносит ожидаемых плодов. Становится очевидным: без взаимодействия с Москвой будет крайне сложно решить эту проблему, затрагивающую жизненно важные интересы Турции. 

Еще одной причиной смягчения турецкой позиции могло стать давление на Эрдогана со стороны бизнес-сообщества, страдающего от разрыва связей с РФ,  особенно в области туризма и строительства. Эрдоган явно не ожидал масштаба последствий. 

До запрета доля турецких овощей в российском импорте составляла 34–50%, в частности, Турция была крупнейшим поставщиком в Россию томатов (57,7%), отмечает июньский мониторинг РАНХиГС. После введения ограничений крупнейшим поставщиком томатов стало Марокко, чья доля выросла с 17,3 до 56,6%. По последним подсчетам Национального союза производителей плодов и овощей, сейчас на Турцию приходится около 3% российского импорта овощей и 4% фруктов. Наибольшую долю занимают турецкие лимоны (64%) и грейпфруты (24%).

Вторым закрытым в ходе конфликта ключевым рынком стал организованный туризм, где Турция традиционно считалась самым популярным направлением летнего отдыха россиян. Еще по итогам 2014 года на ее долю приходилось 18,6% (3,29 млн человек) от числа наших граждан, отдыхавших за рубежом. По данным Ассоциации туроператоров России (АТОР), число проданных путевок тогда составило 2,4 млн, то есть пакетные туры приобрели почти 73% путешественников. 

В начале мая в администрации провинции Анталья говорили о сокращении турпотока из России на 90%, тогда как турпоток из Германии сократился на 30%, из Великобритании и Бельгии – на 36%. Предполагалось, что туристов будет больше за счет самостоятельных путешественников, но их число начало сокращаться на фоне терактов. 

Учитывая то, что первый шаг к примирению был сделан на условиях Москвы и главный раздражитель в двусторонних отношениях был снят, в Сочи отправился глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу, называвший Сергея Лаврова «своим другом», напоминает «Коммерсантъ». Лавров «о друзьях» не обмолвился (не в наших традициях вонзать друзьям «нож в спину»), упоминал исключительно «коллег».  

По словам Сергея Лаврова, российские власти извинения Анкары приняли: «Мы изначально считали, что без раскаяния в содеянном ни о какой нормализации отношений речи быть не может. То, что они одумались и признали свою вину, пусть и спустя столько времени, нас в достаточной степени удовлетворило. Лучше поздно, чем никогда», − сказал Лавров.

Военные источники  говорили, что в Москве, помимо официальных извинений, ждут от Анкары «активных шагов по борьбе с террористами». «Пусть турки докажут на деле, что готовы воевать против радикальных исламистов, а не подкармливать их на своей территории. У нас накоплено достаточно доказательств, что боевики пополняли арсеналы и людские ресурсы именно в Турции». По словам офицера Генштаба ВС РФ, в серьезность намерений Анкары снять напряженность в двусторонних отношениях и в регионе можно будет поверить «только в том случае, если она согласится участвовать в полном перекрытии сирийско-турецкой границы».

Реджеп Эрдоган просил Владимира Путина о встрече, чтобы «предельно откровенно поговорить». Этим же объяснялся и формат встречи: российскую сторону, помимо Владимира Путина, представляли помощник по международным вопросам Юрий Ушаков и глава МИД РФ Сергей Лавров, турецкую – Реджеп Эрдоган, заместитель генсекретаря аппарата президента Турции Ибрахим Калын и министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу.

Встреча состоялась 9 августа в Санкт-Петербурге. Перед переговорами протокольная съемка. Первым в греческую комнату Константиновского дворца входит Владимир Путин. Реджеп Эрдоган появился меньше чем через минуту. Они смотрят друг другу в глаза и готовятся начать непростой разговор. Последовало рукопожатие, главы перекинулись парой фраз на английском, обменялись сдержанными улыбками и приступили к отрытой части переговоров.

Свою речь Путин начинает осторожно. «За предыдущие годы уровень отношений достиг беспрецедентного качества, но после трагедии, случившейся в ноябре прошлого года, они деградировали. Ваш сегодняшний визит, несмотря на сложную внутриполитическую ситуацию в Турции, важен. У нас будет возможность поговорить по всему комплексу наших отношений, о торгово-экономических связях, а также о борьбе с терроризмом».

Президент России подчеркивает, что был одним из первых, кто позвонил Реджепу Эрдогану со словами поддержки во время попытки госпереворота. «Хочу еще раз сказать, что это наша принципиальная позиция: мы всегда выступаем против попыток неконституционных действий. Под вашим руководством турецкий народ справится с этой проблемой, и конституционный порядок будет восстановлен».

Реджеп Эрдоган в ответ заявил, что турецко-российские отношения вновь вошли в положительное русло. «Ваш звонок сразу после попытки переворота очень обрадовал меня и моих коллег», – сказал он, добавив, что всегда выступал «за демократию» и что «от Москвы и Анкары ждут шагов, которые приведут к стабильности в регионе».

Потом около двух часов стороны общались в закрытом режиме, в формате «три на три», после чего перешли к переговорам в расширенном составе. К российской делегации прибавились, в частности, глава «Газпрома» Алексей Миллер, министр энергетики Александр Новак, министр транспорта Максим Соколов, министр экономического развития Алексей Улюкаев, а также глава Генштаба ВС РФ Валерий Герасимов.

Далее последовала пресс-конференция, где президент Турции Реджеп Эрдоган называл Владимира Путина «моим дорогим другом», апеллировал к прошлым отношениям и прекрасным перспективам. Он выражал надежду, что в результате совместных шагов «ось дружбы» между Москвой и Анкарой будет восстановлена (члены российской делегации, услышав про «ось», улыбнулись).

Путин слушал Эрдогана внимательно, но внешне на его слова не реагировал. Турецкий президент это видел: рассказывая о перспективах сотрудничества в энергетической сфере, он пытался улыбаться, но было заметно, что  волнуется. Путин, напротив, сохранял спокойствие. И лишь говоря о том, что Россия начнет потихоньку снимать с Турции санкции, неожиданно запнулся и произнес: «Сан... Меры ограничительного характера». Видимо, слово «санкции» Путину не нравилось.

Владимир Путин сообщил, что чартерные рейсы между странами возобновятся в ближайшее время. Реджеп Эрдоган, комментируя этот вопрос, признал, что Анкара получала серьезные доходы от поездок российских туристов, которые «сближали наши народы». 

Стороны коснулись  «туристической» проблемы – визовых ограничений. Путин подчеркнул важность ее решения для разблокировки «вопросов экономического взаимодействия».

Был пролит свет на дальнейшую судьбу совместных проектов Москвы и Анкары: газопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую». Турецкий лидер заявил, что оба проекта будут возобновлены и доведены до логического завершения.

Владимир Путин приоткрыл некоторые подробности: «Что касается неких разрешений, то надо отдать должное нашим турецким коллегам: в отличие от проекта «Южный поток», за предыдущее время, даже несмотря на кризис наших отношений, турецкая сторона работала, и основные разрешения и вопросы, связанные с «Турецким потоком», уже оформлены и получены». Что касается АЭС «Аккую», то, по словам Эрдогана, Турция готова предоставить этому проекту статус стратегической инвестиции. 

Сергей ШИЛЬНИКОВ